– Ура! – И Билли умчался.
Когда Чарли с Габриэлем вошли в спальню, беловолосый очкарик уже ждал их, спрятав крысу под плащ.
Мастерская художников находилась на том же этаже, что и спальни мальчиков. Она представляла собой просторное помещение с высоким потолком; большие окна выходили на руины. По мастерской разбрелось целое стадо мольбертов, а к стенам были прислонены начатые холсты и заготовленные подрамники. Клетка Босха хранилась в углу, за шкафом с рисовальными принадлежностями.
В мастерской и впрямь не было ни души, кроме Эммы, работавшей над картиной, которая изображала большую белую птицу, летящую лесной чащей. Оторвавшись от полотна, Эмма показала мальчикам нижнюю полку шкафа, где лежал порядочный запас крысиного корма. Билли пересадил Босха в клетку, а Эмма насыпала крысе зерна, налила в плошку воды и закрыла защелку.
– Я все думаю про мистера К., – вздохнула она. – Мне… нам всем так его не хватает. Он ведь всегда принимал нашу сторону.
И вдруг по бледным щекам Билли покатились слезы.
– Ужас, ужас, – всхлипнул он. – Я все видел.
– Что ты видел? – вскинулся Чарли.
Билли вытер рукавом нос и дрожащим голосом, прерывисто вздыхая, рассказал о том, в какой кошмар превратился его восьмой день рождения: про Душкин бедный хвост, про страшную каргу, возникшую на месте Беллы, про летающие огненные камешки и, главное, про то, как мистер Краплак, сам не свой, ушел из академии.
– Он даже Босха не узнавал! – прохлюпал Билли, дыша на затуманенные очки. – Вообще, по-моему, забыл все на свете, и даже свое имя, по-моему, забыл.
– Ясное дело, гипноз, – одними губами произнес Чарли.
Остальные в ужасе переводили глаза с него на Билли. Потом Эмма испуганно спросила:
– Неужели Белла столько всего умеет? Как же нам теперь помочь Рики?
– А вы что, выяснили, где он? – Билли даже рыдать перестал.
Чарли в замешательстве молчал. Сказать или не сказать? Билли, конечно, жалко, кто бы спорил: и самый маленький, и сирота, и альбинос к тому же, – но ябедничал-то Манфреду именно он, верно? Значит, доверять ему полностью пока еще рановато, пусть сначала докажет, что он на нашей стороне. Чарли оглядел друзей и понял, что они пришли к такому же выводу.
– Где именно – пока не знаем, – тщательно подбирая слова, ответил Габриэль. – И вообще, давайте-ка по койкам, а то надзирательница вот-вот выйдет на охоту.
– А можно, я еще минутку с Босхом поговорю? – взмолился Билли.
– Ладно, только дверь потом за собой прикрой, – разрешила Эмма, и Билли остался наедине с крысой, а остальные разошлись под звуки оживленного попискивания.
Маленький альбинос заболтался с новым знакомым и потерял счет времени: когда он пожелал крысе спокойной ночи, по коридору уже успел разнестись клич надзирательницы: «Отбой! Тушу свет!»
Билли спохватился и выскочил в темный коридор, придерживая сползавшие с носа очки и спотыкаясь.
– Где это ты гулял, Гриф? Дорогу Билли преградил Манфред. Лгать мальчик боялся, поэтому решил сказать правду. Но не всю.
– Я ходил кормить крысу мистера Краплака, – выдавил он. – Нашел ее в коридоре.
– Что-то ты темнишь, Билли, – негромким голосом, не обещающим ничего хорошего, усомнился Манфред. – И недоговариваешь.
– Да правда же! Нашел в коридоре! – отчаянно пискнул Билли.
– Хочешь, я тебе скажу, что с тобой было на самом деле? Ты кое-что видел. Кое-что, не предназначенное для твоих красных глазок. И крысу эту ты спас ровно в тот час, когда с нашим незабвенным ушедшим преподавателем случилась маленькая неприятность. Я прав?
– Нет!
Манфред навис над съежившимся Билли:
– Ну так что ты видел?
– Ничего! – Билли на всякий случай отвел глаза.
– Ложь. Наглая ложь. Ты видел, что произошло с мистером Краплаком, и все выболтал Чарли Бону. Верно?
«Если сознаюсь, Чарли попадет в беду», – лихорадочно сообразил Билли и дерзко ответил:
– Ничего я не видел и Чарли Бону ничего не говорил! Вот!
Манфред раздраженно выдохнул сквозь стиснутые от злости зубы – получилось какое-то змеиное шипение.
– Может, ты питаешь надежду на то, что четверть кончится и моей ноги в академии больше не будет? А?
Билли такая мысль и в голову не приходила. Он помотал головой.
– Все старшеклассники сдадут весенний экзамен и уйдут. А поскольку мне предстоит экзамен, то сейчас у меня дел по горло. Но не надейся, я вместе со всеми выпускниками не уйду. Я останусь и буду за тобой следить. Следить очень внимательно, Билли.
– Ясно, – сник Билли.
– Поэтому пока что подумай хорошенько, Билли, подумай и реши, с кем ты – с нами или против нас. А то не видать тебе новых папу-маму. И не мечтай.
Глава 6
СКВОРЕЦ
Билли сидел на краешке койки, и, хотя все прочие мальчики уже спали, у него сна не было ни в одном глазу. И немудрено: попробуй усни после такого разговора с Манфредом! Но и это еще не все: до того как староста устроил Билли допрос, мальчик успел еще побеседовать с крысой Босхом, и тот поведал мальчику такое…
Обрадовавшись, что теперь у него есть с кем поболтать, крыса рассказала о некоем доме, который весь искрился и сверкал радостью, светом, счастьем и смехом. Да, когда-то в этом доме жило счастливое семейство, которое читало книги, любовалось картинами и наслаждалось музыкой. И был в том семействе мальчик Рики, замечательный флейтист. Родня надеялась, что со временем у него разовьется и другой талант, которым владели его отец и старший брат, под умелыми пальцами которых камни начинали сверкать, искриться и гореть. Но потом Рики отправили в школу, и больше он домой так и не вернулся.
Вот что рассказала крыса по имени Босх.
Билли прекрасно помнил Рики Сверка: тот учился на музыкальном отделении, а по выходным гостил у приятеля. И любопытный же он был! Все время совал свой длинный нос куда не надо, вот и поплатился за неумеренную любознательность.
Однако крыса утверждала, что Рики так и остался в стенах академии Блура: она, дескать, почуяла присутствие пленника где-то на бескрайних просторах многочисленных чердаков. А вот увидеть она Рики не увидела, только палец на ноге, потому что любопытный мальчишка стал невидимкой. Еще крыса сказала, что на чердаке обитает огромнейшая змея, ужасное создание с лазурной чешуей – такое древнее, что просто в голове не укладывается.
– Голова-то у крысы маленькая… – пробормотал себе под нос Билли.
– Ты чего сам с собой разговариваешь? Чарли Бон подошел к Билли так беззвучно, что от неожиданности тот чуть не упал с койки.
– Я все про Босха думаю, – шепотом отозвался Билли. – Он мне столько всего нарассказал – я прямо обалдел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
