Его тело поразила, судя по крику и судорогам, весьма острая боль, а затем…
Я почувствовал, как мое кольцо чем-то напиталось. Невольно шикнул от раскаленного добела собственного перца, почесал нос, стараясь выбить из носа запах паленой плоти, но, боль, как быстро пришла, также быстро ушла. Ожог, очевидно, затянется тоже, быстро.
Надеюсь…
Ивана без чувств выволокли из здания двое крепких парней в форме сотрудников правоохранительной формы и следом…
Привели Степана.
Прокурор, сидевший за соседним от меня столом, но который даже не разговаривал со мной, было возмутился, мол, сейчас же рассматривать Вольфовича должны, но судья его сразу осадила.
В целом, Степана обвинили по статьям, похожим на отцовские, только прибавили еще пару раскрытых «случаев», с созданием преступной группировки, налетов на склады, вооруженные ограбления.
«А малец-то, наделал себе, как минимум, лет на тридцать…»
Предположил верно. Ровно тридцать лет дали Степану. С теми же условиями, что и его папашке. Даже в ту же колонию.
Даже как-то было его жаль. Чуть-чуть совсем.
Считай, жизнь только началась, а он выйдет из тюрьмы уже «на пенсию». Если так можно было сказать. Но и его суд — лишил права магии.
Кричал он истошно. Очень. Даже когда, «специалист» еще ничего не сделал. Мое же кольцо после его действий, опять раскалилось. Только было еще более болезненно.
Ворон, заговоривший в моей голове, принес весьма хорошие вести.
«По силе перстня, ты и Виктор — на одном уровне. Понимаешь, что-то значит?»
Скрывая улыбку рукой, сам все понял.
Глава 11
«Если все сделать так, как ты планируешь, у тебя большие шансы сместить Виктора», — подытожил Ворон.
Только вот, шанс появился гораздо раньше. Чем мы предполагали.
Степана бледного как смерть вывели спустя пару минут. Было ощущение, что парнишка просто прирос к скобе на столе. Его лицо полное боли и унижения, было чем-то, особо запомнившимся мне в тот день.
— Ведите… — участники заседания не поняли такой долгой паузы.
Судья молчала больше минуты, то и дело, заглядывая в лист бумаги в собственных руках, словно перепроверила информацию.
— Нет, — улыбнулась она, наградив надменным взглядом адвоката Воронцовых Ивана и Степана, — Я, сразу же, отклоняю прошение о внесение залога.
Я повернулся на побледневшего адвоката. На нем действительно лица не было, а вот троица грузных мужчин за его спиной, весьма с недовольными мордами, встали, что-то пробормотали и вышли.
Лица — я запомнил. Очевидно, группа поддержки москвича.
— Приведите Виктора Вольфовича, — закончила судья, разрывая листок прямо на глазах у всех.
«Любопытно. Это с чего это она так с ходу решила отказать в „выкупе“?»
Ответ пришел сам собой.
— Дело Виктора будет пересмотрено повторно, после ознакомления следствия с новыми «особенностями». Суд отклонил ходатайство защиты на перенесение заседания в славный город — Москва.
— Протестую! — бледный писклявый мужчина, похоже, совсем отчаялся, — Прописка моего подзащитного…
— Судится он здесь, — перебила судья, — И будет осужден тоже, здесь.
— На основании чего?
Злобного взгляда женщины, хватило ему, чтобы сесть на свое место и молчать в тряпочку. Увы и ах, судьба была не на его стороне. Три подзащитных и три провала…
— Виктор Вольфович подозревается в организации преступной группировки в городе Петербурге. А также, подозревается в организации покушения на Воронцова Дмитрий Юрьевича. И…
Зал замер с полуоткрытыми ртами.
— Подозревается в преступном сговоре с целью устранения и присвоения бизнеса покойного Юрия Юрьевича Воронцова. С этим же пунктом прошу ознакомиться органам правопорядка, для заключения под стражу Виктора Юрьевича Воронцова.
Вот тут я чуть было не присвистнул.
На Вольфовича было смотреть еще страшнее, чем на Степашку. Зеленое лицо, красные глаза, даже, как мне показалось, мнимый крик о несправедливости судьбы в полуоткрытом рту.
— К… — единственное что он смог выговорить.
— Вас интересует, на основании чего такие подозрения? — улыбнулся статная старушенция, — Так это я вам объясню. Можете передать привет Воронцову Ивану, только боюсь, вас ждет смертная казнь. Так что, Иван — вас переживет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Вот это подарок судьбы…»
* * *
Таксист следуя моему указанию, ехал след в след за машинами сопровождения к дому Виктора Юрьевича.
Я досидел на месте ровно до того момента, пока этого выродка не выволокли из собственного дома. Благо хоть халат позволили накинуть на это дрыщавое тело.
Заспанный, явно с похмелья, и весьма недовольный. Мою улыбку — он не забыл бы, если бы меня видел.
Было еще, выбежал Олег и его мама, весьма грузная женщина, но на этом — все. Я поехал домой с легким трепетом на душе. И всю дорогу до фамильного «особняка» гонял возможные варианты развития событий.
Старик, который с упоением, выслушивал меня, в определенный момент лишь качнул головой.
— Маловероятно, что Виктора посадят. Вольфович не сдаст его. Даже несмотря на то, что Иван его, считай, под плаху завел.
— Почему это?
— За Вольфовичем будут следить его же «собратья» по бизнесу. Если он сдаст другого члена банды, пуская и из другого города — это будет смерть всему роду. А как я понимаю, у них братьев предостаточно.
— Так, а улики?
— Какие там улики? — грустно ответил старик, потягивая трубку, — Думаешь, я не был там? Был… ничего. Чистая работа.
Мне лишь оставалось не перенять это паршивое настроение. С одной стороны, я их и не знал вообще, этих родителей тела юнца, с другой стороны, хотелось как-то помочь, что ли…
Только вот чем? Я не знал.
Спустя полчаса, как я закрылся в своей комнате, проигнорировав момент с отсутствием Жанны, она же и постучалась в комнату. Точнее, открыла ее ключом снаружи.
Передала письмо, которое получила Елена, и я с нетерпением распечатывал его.
В принципе, мое предположение оказалось верным. Состав был странным по всем меркам.
Не то чтобы я знал, что должно было быть в настоящем, но мне хватило перечень сушеных трав, которые… барабанная дробь… производились на кое-какой ферме Виктора!
Это была победа. Безоговорочная. С этим списком — я мог приструнить что старшего, что младшего, а еще…
— Ты знаешь, где живут Вертихвостиковы?
Красотка посмотрела на меня с некоторым удивлением, но все же, кивнула. Только вот, настояла на том, чтобы мы поехали вместе. Все же, ее знают.
— Да и меня бы пропустили, — я почесал затылок, не понимая ее желания выйти из безопасной зоны.
— С чего бы вдруг?
И тут я понял, что до сих пор ей ничего и не рассказал. Вышел диалог достаточно трудоемким для меня, ибо эта мадам… ну, просто не умела слушать, не вставляя свой комментарий. Мне же было интересно, с Аллой у них были такие же диалоги? Или все же, она рядом со мной дает слабину?
Договорились на том, что пока не решится вопрос с Вольфовичем, будет заключенной моего дома. Ну, как договорились? Приказал.
Причем приказной тон ей пришелся по душе. Попыталась было, свалить все к интиму, но получила отказ. Попыталась взять с меня «слово», что ночью я буду в ее распоряжении, но опять же, получила отказ.
Это пришлось ей не по душе, но объясняться — не стал. Да и загадывать не хотелось.
Альбина, тем временем, подслушивала разговор у двери. Можно было представить мое удивленное лицо, когда дверь отворилась и она чуть ли не носом вперед — залетела в мою спальню. А вот ее, я взял с собой.
* * *
Особняк Вертихвостиковых располагался, на удивление, не так уж и далеко. Каких-то десять минут езды по бездорожью, и по итогу… высокие каменные стены, выложенные очень симметрично из каменных блоков, высоченный, трёхэтажный дом, и куева туча охраны. На всякий лад
В глаза даже бросилась вышка, с самым настоящим прожектором. С учетом площадки участка я было решил, что таксист привез нас в самую настоящую тюрьму, но, когда запривидел парочку «сторожевых дяденек» с винтовками за плечами и символом «хвоста», предостерег свои мысли.
