советов, проходившем в декабре 1935 года, заговорили о форсировании переворота. Крестинский свидетельствовал:
«Чрезвычайном VIII съезде советов, Тухачевский поставил передо мной вопрос о необходимости ускорения переворота. Дело заключалось в том, что переворот увязывался с нашей пораженческой ориентацией и приурочивался к началу войны, к нападению Германии на Советский Союз, и поскольку это нападение откладывалось, постольку откладывалось и практическое осуществление переворота.»129
Тухачевский заглядывал наперед и видел, что в ближайшие годы нападения не будет. Однако он недооценил германский фактор. Германия вместе с Польшей не строили планов совместной агрессии, гитлеровский вермахт не был еще достаточно силен. Немцы рассчитывали, что их шпионская сеть в СССР дождется нападения на СССР, чтобы разгромить сталинский режим ударами с двух сторон. Их категорически не устраивал военный переворот с приходом к власти непредсказуемой хунты. В ситуации ускорения планов переворота Сталин для них становился предпочтительней.
Планы свержения Сталина раскрыл немцам белогвардейский генерал Н. Скоблин, который мог знать об этом по линии своих кураторов в ОГПУ. Эту информацию Гитлер получил не от военных и их разведки, а от СС, Шелленберга и его начальника Гестапо Гейдриха. Сам Шелленберг вспоминал:
«Тем временем информация Скоблина была передана Гитлеру. Он стал теперь перед трудной проблемой, которую необходимо было решить. Если бы он высказался в пользу Тухачевского, советской власти, может быть, пришел бы конец, однако неудача вовлекла бы Германию в преждевременную войну. С другой стороны, разоблачение Тухачевского только укрепило бы власть Сталина, Гитлер решил вопрос не в пользу Тухачевского. Что его побудило принять такое решение, осталось неизвестным ни Гейдриху, ни мне.»130
Гитлер, решив поддержать Сталина приказал позже провести скрытную операцию по изъятию документов о сотрудничестве военной разведки и Тухачевского. Почему он просто не попросил у военных эти документы? Наверняка потому что он опасался, что несогласные военные могут попытаться сорвать эту операцию. Куратор военной разведки в СССР генерал Гаммерштейн критически относился к Гитлеру, поэтому его и не привлекли к устранению части его агентуры. Группа Тухачевского попадала в капкан.
Новый центр правых
Ликвидация группы зиновьевцев, части троцкистов и постепенное раскрытие группы правых делало неизбежным полный разгром всей верхушки заговорщиков, которая до этого была не раскрыта. Зиновьев, Бухарин и другие уходили в прошлое, но правые и троцкисты по-прежнему оставались. Кому-то пришлось бы стать новым центром для них и этим центром должен был стать Ежов. Он знал почти всех заговорщиков. Еще до того, как он стал наркомом НКВД он сильно оброс связями в среде чекистов, речь не только об Агранове.
Председатель западно-сибирского края Роберт Эйхе плохо знал Ежова до 1936 года, но потом они стали больше общаться. Весной 1936 года они отдыхали в одном санатории в Крыму, никаких антисоветских разговоров они не вели, Эйхе не знал, что Ежов правый, но Ежов все знал об Эйхе. В июле того же года Эйхе снова был в Москве, он пришел в гости на квартиру Ежова в Кисельный переулок, где встретил старого друга Ежова Льва Марьясина, некоего Урицкого, потом они поехали на дачу к Ежову. Там к ним присоединились Е. Евдокимов, М. Фриновский, Л. Заковский. 131 Евдокимов старый чекист, враг Ягоды, изгнанный им из органов, действующий чекист Фриновский его подручный и Заковский, с которым Ежов вместе скрывал следы убийц Кирова. Это было в июле и вряд ли такие встречи могли быть тайной для наркома Ягоды.
Уже позже после отставки Ягода сам стал гостем в доме Ежова, как и другие чекисты Прокофьев и Островский. К ним присоединился глава ВЛКСМ Косарев 132, твердо вставший на путь борьбы со Сталиным. В октябре Эйхе снова прибыл в столицу на очередной пленум ЦК и в перерыве он пришел на квартиру Ежова. Там хозяин начал вести странную беседу, критикуя коллективизацию, прямо они ни о чем тогда не говорили, но нарком все понял и решил подождать до следующего пленума.
В конце года Ежова посетил маршал Егоров и сообщил, что военный атташе Германии Эрнст Кестринг намерен встретиться с ним по поручению генерала Гаммерштейна. В условиях конспирации Ежов подготовил место для встречи – новую дачу на Ленинградском шоссе, куда Егоров и Кестринг должны будут прибыть, все конечно якобы "случайно". Все были одеты в штатское. Оказавшись на даче, они позавтракали и Кестринг, который родился в России и свободно говорил по русски, сказал, что ему приказано установить с ним контакт. Он сказал, что пост наркома НКВД дает возможность объединить всех недовольных сталинским режимом, Ежов должен их возглавить.
Кестринг рассуждал о роли военных: «Мы – военные – рассуждаем так: для нас решающий фактор – военная сила. Поэтому первая задача, которая, как нам кажется, стоит перед нами, – это объединение военных сил в интересах общего дела. Надо всячески усилить ваше влияние в Красной армии, чтобы в решающий момент направить русскую армию в соответствии с интересами Германии».44
Из всех военных он выделял именно маршала Егорова: «Александр Ильич наиболее достойная фигура, которая может нам пригодиться, а его группа по своим устремлениям целиком отвечает интересам Германии».
Кестринг поставил задачу для работы в НКВД: «В общем плане задач, которые стоят перед нами, Народный Комиссар Внутренних Дел должен сыграть решающую роль. Поэтому для успеха переворота и прихода к власти вам надо создать в НКВД широкую организацию своих единомышленников, которые должны быть объединены с военными. Эти организации, как в армии, так и в НКВД, должны быть так подготовлены, чтобы к началу войны обеспечить объединенное выступление в целях захвата власти.»
Егоров со всем согласился, понимание было достигнуто. Через 1,5 часа подобной беседы Кестринг и Егоров уехали. Год заканчивался.
Источники:
1. Беседа Сталина с представителем объединения “Скриппс-Говард Ньюспейперс”, господином Рой Говардом. 1 марта 1936 года. Источник: Сталин И.В. Cочинения. – Т. 14
2. VI съезд Коммунистической партии Югославии.
3. Алексей Иванович Рыков. СОСТОЯНИЕ И ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В УСЛОВИЯХ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ. (Доклад на IV съезде СНХ 18 мая 1921 г.)
4. Юрий Ларин. Частный капитал в СССР. 1928 г.
5. Сталин И.В. О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников: Доклад на Пленуме ЦК ВКП(б) 3 марта 1937 года.
6. Ферр Гровер. 1937. Правосудие Сталина. Обжалованию не подлежит! Стр.7
7. Заявление Менжинского, Ягоды и Трилиссера. 6 февраля 1929 г. Истмат.
8. Андрей Светланин. "Дальневосточный заговор". Глава "Подполье в ВКП (б). Посев.
9. Из протокола допроса А.С. Енукидзе. 30 мая 1937 г. Истмат.
10. Из показаний П.П. Буланова. 25 апреля 1937 г. Истмат.
11. Выписка из протокола допроса Триллисера. 26 января 1939 г. Истмат.
12. Выдержки из протокола допроса А.Х. Артузова. 15 июня 1937 г. Истмат.
13. Протокол допроса Ягоды от 13 мая 1937 г. Истмат.
14.
