в сумку, что собирала Дора. Сверху лежал пестрый томик. Та самая книга, которой она хорошенько врезала мне по лицу. "Унесенные ветром". Значит, она мечтает стать такой же сильной как героиня романа? Улыбнулся, положив книгу на стол.
В дверь тихонько постучали и в комнату вошла Нина.
— Привет, не помешаю? — улыбнулась девушка, проходя в спальню. — Для меня ты так не старался. Влюбился в кудрявую?
— Нет, — спокойно ответил девушке. — Просто хочу помочь ей.
— Чем, Коннор? — усмехнулась Нина. — Тем, что спишь с ней?
— Она не ты, — тихонько рассмеялся.
— Но вы неплохо смотрелись спящими в спальне Доры, — неприятная блондинка, присела на краешек кровати. — Ты случайно ее обнял, прижал к себе и уснул?
— А ты побежала и разболтала Вивиан? — в тон девушке парировал я.
— А почему бы нет? — гордо вскинула подбородок девушка. — Ви ждала тебя из безумных экспедиций. Ты обещал ей жениться, но что я слышу? Весь дом гудит о том, что вы расстались.
Весь дом! Это кухарка и полторы горничные? Усмехнулся, вставая с кровати.
— Лучше так, чем на улице в метель и без штанов! — выкрикнул и громко рассмеялся, выходя из гостевой. — Запомни, Нина. Паркер никогда не станет тебе больше, чем партнером по сексу в снегу. В лучшем случае, разобьет твое глупое сердце.
— А в худшем?
— Обрюхатит и свалит! — я схватил девчонку за плечи и хорошенько встряхнул. — Очнись ты наконец! Ты ему не нужна!
— Посмотрим! — заорала девушку и, оттолкнув меня, побежала в крыло для прислуги.
Глава 13
Тина
Медленно распахнув тяжелые веки, попыталась встать и тут же рухнула на мягкую подушку. В голове шумело, а тело снова знобило. Казалось, что я уснула возле метро, и сейчас покрылась тонкой корочкой льда.
Оглядела помещение, пытаясь вспомнить, где я нахожусь и почему лежу на мягкой подушке, укутанная лоскутным, но теплым одеялом.
Синие бархатные стены. Золотая лепнина на высоком потолке, огромная люстра с плафонами в виде экзотических цветов. Сознание потихоньку просветилось. Я была в кабинете самого Филиппа Брайтона.
— Проснулась? — приятный баритон раздался из дальней части кабинета. — А мы волновались. Приходил доктор Спарк. Категорически запретил тебе вылезать из теплой постели.
— Господи, как неудобно, — хрипло прошептала, поднимаясь на уютном диване. — Простите, сэр. Я не нарочно, правда. Мне ужасно стыдно и неловко. А еще кукушка…
— Какая кукушка? — лукаво улыбнулся Филипп.
На мужчине были надеты пижамные штаны и вязаный свитер. Я сразу узнала руку мастера. Этот свитер вязала Дора. В горле першило и очень хотелось пить.
— Спасибо за заботу, мистер Брайтон, но я пойду, — в голове снова зашумело, но я все же смогла подняться с дивана, осторожно складывая красивое одеяло. — Который час?
— Полночь, — улыбнулся хозяин дома. — Составь компанию старику. Я собирался выпить чаю.
Он указал на стол, на котором стоял красивый синий чайник и две небольшие чашки. Все в тон комнаты. Странные все-таки они, богатые люди.
— Мне неловко, — повторила я, поправляя неудобную форму.
— Да брось ты, — улыбнулся седовласый мужчина, и я рассмотрела его лицо.
Он был добрым. Это было видно по улыбке, морщинкам у глаз и приятному голосу. Осторожно поднявшись, схватилась за диванный подлокотник. Перед глазами все плыло. Я и раньше часто болела, но в этот раз было особенно паршиво. А еще я боялась, что все-таки вылечу с этой работы, как пробка из бутылки. Медленно ступая по ковру босыми ногами, дошла до стола. Мужчина подал мне руку, помогая присесть в бархатное кресло. Он вел себя вполне естественно, словно я была такой же как он.
Взяв в руки чашку, принюхалась. Блаженная улыбка расползлась по бледному лицу. Чай с бергамотом, точно такой же, как заваривала мама.
— Ну, рассказывай, как тебя угораздило попасть в наш дом? — весело спросил Филипп, подставляя мне сахарницу. — Не стесняйся. Чувствуй себя как дома.
— Спасибо, — улыбнулась мужчине, сделав крохотный глоток ароматного напитка. — Мне просто повезло, — ответила на заданный вопрос. — Не знаю, по какой причине, но из всех претенденток, ваша супруга выбрала именно меня.
— И как тебе здесь? Нравится? Не обижают?
— Нет, что вы, — я испуганно махнула рукой. — Все добры и обходительны. Особенно Дора. Она мне как мама.
После упоминания о женщине, лицо Филиппа немного осунулось. Он отвернулся к огромному окну и тихо заговорил:
— Дора потрясающая женщина. Всегда была такой. Я знаю ее очень давно.
— Я знаю вашу тайну, — не подумав сболтнула, и прикрыла рот рукой.
— Тайна, на то и тайна, чтобы о ней знали все, верно? — подмигнул мужчина. — Видимо я кажусь тебе подлым и плохим, но все не так-то просто.
Филипп минуту помолчал, нервно теребя края вязаного свитера, а затем начал свой рассказ.
Приехав с отцом за лошадьми, он сразу заприметил симпатичную и скромную девушку, но отец его был властным и алчным. Еще до того, как Филиппу исполнилось пятнадцать, он заключил сделку с семейством Ивлен и пообещал, что сын женится на их дочери. Будущее мальчика было предопределено. В первый свой приезд на ферму он был сдержан, но то и дело поглядывал на веселую девушку, что ловко справлялась с самыми быстрыми скакунами. Накануне свадьбы, Филипп сбежал из дома и снова приехал на ферму. Он наивно полагал, что отец изменит решение, и даст ему шанс стать счастливым. Но тут его ждало разочарование. Выйдя вечером из дома Доры, он встретил отца. Тот приехал за ним и силой увез в Нью-Йорк. Дора так и не узнала, почему он уехал даже не попрощавшись.
Вернувшись домой, он обвенчался с Флоранс и помогал отцу в его фирме. Молодая жена не питала романтических чувств к парню. Даже спали в разных комнатах. В особняке шептались и отец Филиппа, насильно заставил двух молодых людей спать в одной постели. Постепенно оба привыкли друг к другу и даже зачали ребенка, но любви между ними так и не случилось.
А потом приехала Дора. Девушка была на сносях
