и полтора метра высотой. Самое главное, они определили: это не лодка, не субмарина, скорее всего, «объект животного происхождения».
Что касается Динсдейла, то он не дожидался официального признания. Энтузиаст вернулся к озеру на девять дней в июле 60-го, на десять - в марте 61-го и потом снова - в мае. Начиная с этого периода он дважды в год появлялся на Лох-Нессе вплоть до 1987 года. Часто останавливался здесь на все лето, живя неделями в 16-футовом фургоне под названием «Водяная лошадь».
Длительные разлуки с семьей стали не единственной расплатой за увлечение. Он переболел пневмонией, получал ссадины и синяки от падений на прибрежных склонах, коротал холодные и ветреные ночи в своем фургоне, не способном уберечь от непогоды. И за все годы он лишь два раза мельком видел Чудище - так называли монстра местные жители.
За многие годы Динсдейл полностью освоился на озере. Его фильм вызвал новые экспедиции - как случайных одиночек, так и хорошо оснащенных отрядов. Самым крупным и долговременным проектом стало Бюро по изучению лох-несского феномена (для краткости мы именуем его ИЛН - «Изучение Лох-Несса»). Его патроном был Дэвид Джеймс, тот самый член парламента, более известный в те годы за две дерзкие попытки побега из фашистского концлагеря (вторая увенчалась успехом). В 1962 году Д. Джеймс вместе с Констанцией Уайт основали ИЛН. К ним примкнули натуралист сэр Питер Скотт (сын знаменитого полярного исследователя Роберта Скотта) и Ричард Фиттер, а также Норман Коллинз, сотрудник Британского телевидения. В том же году, когда прибыло много экспедиций, Джеймс и два десятка добровольцев днем просматривали озеро с помощью биноклей и камер, а ночью использовали армейские приборы ночного видения. Но все, что удалось обнаружить, - толпы охотников за чудовищами, заполнивших берега Лох-Несса.
Наука штурмует озеро
Наблюдения 1962 года дали немного, лишь слегка дополнив имевшиеся сведения. В последующие годы ИЛН, призвав «батальоны» добровольцев, пользовалась круглосуточными камерами, которые просматривали 70 процентов поверхности озера с мая по октябрь. По подсчетам Джеймса, было потрачено не менее 30 тысяч часов для обследования поверхности озера и еще больше времени - для сбора показаний очевидцев. Исследователи работали с сонаром, летали над озером на вертолетах, разбрасывали булыжники, смоченные в лососевом масле и пахучих субстанциях, заводили под водой Шестую симфонию Бетховена, транслировали шум глубин...
В 1969 году ИЛН наняла сверхмалую субмарину «Уипер-фиш» для обследования озера. При встрече с чудовищем она должна была выстрелить специальным биопсическим гарпуном для забора образца ткани. При первом же погружении ярко-желтая подлодка зарылась носом в донный ил, и потребовалось продувать балластные цистерны, чтобы всплыть. Даже самые оптимистично настроенные исследователи вынуждены были признать, что лодка слишком шумная, медлительная и явно не подходит для поисков Несси.
На протяжении нескольких лет работой ИЛН руководил Рой Мэкал, первый представитель научного истеблишмента, воспринявший поиски Несси с полной серьезностью. В 1965 году, когда ему исполнилось 40 лет, он работал биохимиком в Чикагском университете, получив премию за исследования в области ДНК. Находясь в отпуске в Англии, он почувствовал необходимость отдохнуть от шума городского, купил тур на шотландские нагорья и отправился в путь. Через несколько дней он уже осматривал озеро из Уркухартской бухты, захваченный поисками, которые вела ИЛН.
Он встретился с Дэвидом Джеймсом в его домике на островке Мулл, а в Лондоне просмотрел фильм Динсдейла. И воображение его разгорелось: Мэкал стал охотником за чудовищами и представителем ИЛН в Америке, добыл значительные средства на проведение исследований и доложил ученым коллегам о состоянии дел в Лох-Нессе. Каждое лето он совершал «паломничество» к озеру. Но вплоть до 1970 года счастье увидеть Несси ему не улыбалось.
...Мэкал возился с гидрофонами для прослушивания подводных шумов, когда краем глаза заметил волнение на поверхности. Похожий на резиновый, треугольный предмет высунулся из воды примерно на полметра и исчез, а за ним последовала темнокожая спина животного. Через минуту все исчезло без следа.
Воочию убедившись, что чудовище существует, Мэкал с удвоенной энергией занялся его поисками. Не меньше волновали его и другие монстры, а именно Огопого и Шамп. А в 1980 году он отправился в Конго на поиски мокеле-мбембе (к нему мы еще вернемся). В это время он начал постепенно отходить от основной группы, энтузиастов Лох-Несса.
А между тем другой американец, сначала относившийся к проблеме весьма критично, погружался в лох-несскую тему все глубже и глубже. Роберт Райнс, 28-летний судья из Бостона, в 1970 году, прослушал в Массачусетсом технологическом институте выступление Мэкала об охоте на чудовище. Достигнув неплохих результатов в физике, Райнс получил патенты в области изобретения сонаров и радаров, но отошел от этой работы. Он помог организовать Нью-Хэмпширский юридический институт и особое внимание уделял вопросам юридической помощи молодым изобретателям, что позволяло им быстрее и безболезненнее обходить препоны чиновников.
В 1963 году Райнс с друзьями основал организацию под названием Академия прикладных наук для поддержки нетрадиционных видов исследований. Эта академия не имела официального статуса университета и программы исследований, но объединяла ученых с высоким научным потенциалом. Многие их увлечения совпали с целями и задачами охотников на чудовищ. Райнс приехал на озеро в 1970 году, пригласил Мартина Клейна, специалиста из МТИ, который изобрел особо чувствительный тип сонара, используемый при поиске затонувших судов и бурении нефтяных шельфовых скважин. Сразу же начались сюрпризы: прибор Клейна засек наличие крупных движущихся объектов, в 10-50 раз превышающих размеры самых крупных рыб. Он также подтвердил гипотезу о том, что под водой имеются пещеры, в которых вполне могут укрываться чудовища.
На следующий год Райнс приехал уже с подводной камерой, снабженной синхронизатором и мощным источником рассеянного света, который предоставил Райнсу Гарольд Эдгертон, профессор МТИ, придумавший эту аппаратуру. На протяжении многих лет Эдгертон был экспертом по осветительным приборам у Жака Ива Кусто, французского исследователя, и команда «Кусто» называла его «Папаша Флеш» («вспышка»). Два года исследований не принесли результатов, но в итоге Райнс был вознагражден снимками, которые по праву заняли одно из самых значительных мест среди немногочисленных ликов лохнесского чудовища.
Однажды в августе ранним утром сонар на лодке «Нарвал» засек присутствие крупного подводного объекта. Некоторое время спустя из воды выпрыгнул лосось, явно спасаясь от какого-то хищника. Подвешенная на глубине около 45 футов камера Эджертона дала удивительное изображение. Впоследствии фотография, обработанная с помощью компьютера в лаборатории Калифорнийского технологического института, представила то, что многие признали фрагментом тела огромного существа с плавниками. Эксперты определили длину плавника - около восьми футов, а ширину - четыре. Три года
