Читаем без скачивания Проверка на прочность - Михаил Николаев

Стояло раннее утро и прохожих на улицах еще небыло. Взрыв разбудил многих, но людям, чтобы попасть на улицу, надо было одеться и спуститься вниз. Тем не менее, толпа вокруг горы поддельного золота собралась на удивление быстро. И в этой толпе было подозрительно много корреспондентов ведущих мировых агентств, которые вовсю снимали и тут же передавали «жареную» информацию.

Полиция Нью-Йорка быстро оцепила Либерти-стрит, но было уже поздно. Информация о содержимом хранилища золотых слитков уже разлетелась по всему миру.

Америка выдержала к этому времени целый ряд не сломивших ее ударов. Исчезновение всех спутников, потерю большей части флота и Корпуса морской пехоты, гибель нескольких сотен генералов и миллиардеров, даже потерю золотого запаса можно было пережить. Все это было не критичным. А вот потеря доверия контрагентов была фатальной. Компенсировать ее было нечем. Коммерсант будет иметь дело с человеком, которого подозревают в воровстве. Может быть, удвоит или даже утроит осторожность, но — бизнес есть бизнес. А вот с уличенным вором он уже не станет вести дела.

У преступных организаций существует понятие общака. Если кто-либо запустит туда шаловливую рученку — всей птичке не жить. Ну, а если крысой оказался сам пахан — его порвут, не взирая ни на какие прошлые заслуги. Это потеря лица.

В данном случае лицо потерял не отдельный банк и даже не президент страны. Лицо потеряло государство. Подобное мировое сообщество уже не могло оставить без последствий, ни при каких обстоятельствах.

Золотой слиток, заполненный вольфрамом

Единственная в мире супердержава не только потеряла за одни сутки почти весь свой военно-морской флот, всю спутниковую группировку, большую часть военного и финансового руководства и потенциального будущего президента, но и стала сначала банкротом, а потом и изгоем.

Сарай Обама был в ярости. Да, войну начал он, но к поддельному золоту он ведь не имел ни малейшего отношения. Это случилось задолго до его прихода к власти. Семейка Блинтонов постаралась. Сарай, не стесняясь в выражениях, поминал самого Блинтона, его жену, почему-то маму, а потом и всех остальных близких и дальних родственников. Вспомнил даже Монику, попеняв, что у той не хватило решительности вовремя сжать зубы.

Он мог ругаться еще очень долго, но понимал, что делу это уже не поможет. Войну надо было останавливать любой ценой. Каждое последующее действие русских становилось для Америки все более и более разрушительным. Разрушительным не в утилитарном смысле. Эти разрушения как раз были минимальны. Действия русских были нацелены, в первую очередь, на престиж Соединенных Штатов Америки. Они разрушали государство, политический строй и финансовую дееспособность.

Сарай отдал несколько распоряжений, немножко подумал и, дрожащей рукой снял трубку специального телефона, установленного еще при Кеннеди для экстренной связи с Москвой.

Одиннадцатая глава. Аляска, сэр!

К вечеру в операционном зале Дома министерства Обороны СРГ стало заметно спокойнее. Нервозность ушла, но появилась усталость. Больше всего устали глаза, вынужденные постоянно считывать информацию с экранов. У Георгия начала затекать шея. Кресло было достаточно эргономичным, но его спинка заканчивалась на уровне плеч, а подголовника не имелось вовсе. Высшие офицеры, сидевшие рядом с ним за подковообразным столом, были намного старше, и им приходилось значительно тяжелее. Но, пока никто не жаловался.

Боевые действия уже закончились на всех театрах военных действий кроме Чукотки. Но и там, по сути, все было уже решено. Курсантские группы и охотники при поддержке боевых вертолетов заканчивали брать в плен окончательно деморализованных американских морпехов. С теми из них, кто по каким либо причинам не торопился бросить оружие и поднять вверх руки, не церемонились. В большинстве случаев для вразумления не понявших того, что игры закончились, хватало одного-двух выстрелов на поражение из снайперской винтовки, но иногда, приходилось вмешиваться и вертолетчикам. Правда, в этих случаях, брать в плен становилось уже некого.

— Что-то Сарай нам звонить не торопится, — посетовал Георгию Ванников, — может быть имеет смысл Пентагон запалить?

— Вы этих тормозов на свой аршин меряете, — улыбнулся в ответ Георгий, — давайте еще хоть полчасика, не будем усугублять ситуацию и спокойно подождем. Я одним местом чувствую — вот-вот позвонит.

Звонок, действительно, раздался буквально через несколько минут. Ванников не торопясь, снял трубку.

— Это президент Соединенных Штатов Америки, — донеслась из динамика английская речь. — Могу я переговорить с кем-нибудь, кто принимает решения?

— Уже говорите, — ответил Ванников, также на английском, и представился.

— Я прошу Вас прекратить боевые действия и больше не бомбить нашу территорию!

— С какого это перепуга, — удивился Ванников, — если мне не изменяет память, а мне она пока не изменяет, это ваши корабли вторглись в наши территориальные воды, выпустили по нашей территории тысячи крылатых ракет, и даже высадили десант.

— Это была ошибка!

— Ничего себе ошибка — попытаться развязать третью мировую войну! Эта ошибка — больше чем преступление. За такие ошибки следует ответ держать.

— Мы готовы ответить, я обязуюсь, что Соединенные Штаты Америки, компенсируют вашей стране все потери.

— Потери у вашей страны, а не у нашей. У нас расходы. И чем вы собираетесь их компенсировать?

— Золотом!

— Золота у Вас столько просто не имеется, а то, что соберете, Вам придется отдать тем, у кого Вы украли то золото, что Вам сдавали на хранение. Так что это предложение не проходит. Итак, повторяю вопрос: чем вы собираетесь расплачиваться?

— Это не я, это еще до меня украли. А что Вы хотите в качестве компенсации?

— Аляску.

— Это невозможно. Аляска это территория Соединенных Штатов. Мы не торгуем своей территорией.

— Ну почему же своей? Это ведь мы ее вам в свое время продали. А теперь вы вернете ее нам обратно.

— Я не имею права на принятие таких решений!

— Войну значит, начинать Вы имели право, а отвечать за это не имеете? Собирайте тех, кто имеет такие полномочия, договаривайтесь с ними и звоните.

— А Вы можете прекратить боевые действия прямо сейчас?

— Простите, а на каком основании? У нас тут еще 4 авианосца в непосредственной близости отирается. И еще какая-то мелочевка.

— Они немедленно уйдут и вернутся в Америку!

— Вернутся ли они в Америку, будет зависеть от того, насколько быстро Вы позвоните в следующий раз. А теперь не тяните время, мы тут работаем.

Ванников повесил трубку, не обращая внимания на дальнейшие крики американского президента.

— Отправляйте крейсера, — обратился он к Шкиперцу, — в Черном море им больше делать нечего. Великоваты они для него. Пусть в Средиземном море немножко разомнутся. Заодно и эсминцы пускай с ними прогуляются. Надо попугать янки напоследок. Быстрее решение примут.

Командующий ВМФ снял трубку и отдал командующему Черноморским флотом необходимые распоряжения, предупредив, что стрелять без особой необходимости не следует, но турок в проливах можно слегка попугать.

Тяжелый ракетно-артиллерийский термоядерный крейсер Ленинград приказ о выдвижение в Средиземное море застал на траверзе Очамчыры. Капитан первого ранга Семен Семенович Кузнецов не отказал себе и экипажу в удовольствии и дал команду проложить курс таким образом, чтобы сначала пройти мимо Поти и Батуми, и только потом, демонстративно пройдя вдоль самой границы территориальных вод Турции, направиться к Босфору. Крейсер, шел мимо грузинского побережья, развернув башню электромагнитных 12-дюймовок в сторону берега и, время от времени, слегка поводя стволами. Стальной гигант двигался неторопливо, лениво разрезая волну острым форштевнем. Он прямо-таки излучал спокойную уверенность, подавляя грозной мощью русского оружия.

На некотором удалении от тяжелого крейсера параллельным курсом следовали все три эсминца типа «Морской конек». На траверзе Трабзона, эскадра довернула мористее и, увеличив скорость до 35 узлов, двинулась на запад. Турецкие корабли попрятались в базах, опасливо наблюдая за русскими и благодаря Аллаха, что в ордере их эскадры нет ни одного десантного корабля, а значит, скорее всего, она пройдет мимо. Турки, действительно, не интересовали «Ленинград». Для разборок с турецким флотом, еще недавно самым грозным на черноморском театре, теперь хватило бы и пары «Морских коньков». «Ленинград» шел на перехват шестого флота США.

Его систершип[13] «Россия», взяв на борт усиленный батальон морских пехотинцев, практически одновременно вышел из Севастополя и, почти сразу набрав 35-узловую скорость, пошел прямо к Босфору, ни на что не отвлекаясь. Контр-адмирал Сергей Александрович Викторов, под командование которого на время средиземноморского похода поступила эскадра тяжелых крейсеров, держал флаг на России. Еще с севастопольского рейда он дал радиограмму в Стамбул, уведомляющую Турцию о проходе эскадры через проливы[14], заодно предупредив, что торопится и просит, на время прохождения эскадры, очистить фарватер от любых плавсредств.