— Ну, что ты! — выдохнула Настя. — Без проблем! В четверг, так в четверг. Спасибо, что позвонил.
* * *
— Не понимаю, — отрицала Настя в четверг в двенадцать часов десять минут.
— Настя, Настя! — взывал Сергей. — У меня безвыходное положение!
— Не бывает безвыходных положений, — чужим голосом произнесла Настя.
— Да, выход есть: я могу снять малобюджетный сериал. И это будет очередной позор! Но пойми: у меня есть шанс сделать высококлассное кино — как «Место встречи изменить нельзя»!
— Твой шанс — снять какую-то бездарную клюшку, которая трахается с деньгами, только потому, что тебя шантажирует ее кредитная карточка? Он что, правда, может не дать денег? — Настя откинулась на спинку стула и вынула из сумочки сигареты.
— Здесь нельзя курить… — простонал Сергей.
— Да пошел ты… — ответила Настя и закурила.
— Вообще-то, она не бездарная клюшка, — мстительно сообщил Сергей. — Она начинающая актриса, снималась уже в двух фильмах и сериале.
— Да ну? — Настя подняла брови.
— Ну, да… — кивнул Сергей. — Так что извини. Решение окончательное. Я обязательно приглашу тебя в следующий проект.
Но правда заключалась в том, что, конечно, Гайсинский не очень-то хотел снимать какую-то там начинающую актрису, и инвестор не то чтобы давил, а, скорее, намекал… Но еще со вчерашнего вечера, когда инвестор пригласил его вовсе не на судьбоносные переговоры, а всего-навсего на обед, Сергей уже мучился, и страдал, и не находил себе места. В ночь со вторника на среду его одолело беспокойство, причину которого он искал всю ночь — метался, пил виски, курил вишневый табак… И нашел!
Анастасия!
Сама мысль о ней доставляла нравственные мучения — она терзала, давила и угнетала его! Конечно, Сергей был разумным человеком и попытался доказать себе, что все это глупости, что он, возможно, каким-то невероятным образом умудрился в нее втрескаться, но… Чем добрее и рассудительнее он старался быть, тем больше ему хотелось ворваться к Насте и наорать на нее за то, что она появилась в его жизни…
И когда ему, измученному, инвестор в очередной раз намекнул, что его, инвестора, протеже неплохо бы пристроить, и лучше всего на главную роль, нервный и невыспавшийся Сергей прогнулся. И мгновенно почувствовал облегчение — никаких Анастасий, никогда и ни за что!
Настя сидела, опустив голову. Ей так хотелось наслать на проститутку Гайсинского какую-нибудь старую добрую порчу, но она ведь была обыкновенной девушкой, а не ведьмой.
Да, не ведьмой, не ведьмой, не ведьмой! Черт, черт, черт!
Не говоря ни слова, она встала и вышла из кабинета режиссера, который, разумеется, что-то бубнил ей вслед, но, впрочем, не очень настойчиво.
Выйдя из здания, Настя сделала странную вещь, объяснить которую не могла и не желала: она сняла розовые дымчатые очки от Диор, швырнула их на тротуар и растоптала. После чего зашла в первый попавшийся магазин, купила глухие черные очки, немедленно нацепила их на нос и почувствовала себя куда более уверенно и удобно.
Глава 9 Как приготовить измену
Елена неохотно подошла к интеркому.
— Кто? — спросила она.
— Я по поводу Игоря Плотника, — ответила женщина в роскошной шляпе с широкими полями.
— И в чем дело? — грубо спросила Елена.
— Вы не хотите спуститься? — поинтересовалась женщина.
— Не хочу, говорите так, — отрезала Елена, которая, во-первых, никогда не отличалась вежливостью, а во-вторых, побаивалась поклонников и жен некоторых бизнесменов.
— Говорить «так» я не собираюсь, — не менее резко ответила незнакомка. — Я пью капуччино в кафе внизу, так что у вас есть минут десять, чтобы застать меня там.
И интерком отключился.
— Ха! — сказала Елена и пошла обратно в постель.
Но телевизор не смотрелся, апельсиновый фрэш не пился — женщина застряла в мыслях у Елены и не давала покоя. Дело в том, что Игорь Плотник был очередным проектом телеведущей — очень важным стратегическим проектом. Она уже вволю намучилась с дурацкими миллионерами, которые не хотели разводиться с женами, с глупыми бизнесменами, которые только и ждали, чтобы променять ее на какую-нибудь Жанну Фриске или Анастасию Цветаеву. Актрисы, мать их, певицы! Певицы, по мнению миллионеров, были намного лучше «говорящей головы» Елены, и это, признаться, больно ранило самолюбие хозяйки ток-шоу. Елена хотела, чтобы ее любили. И не просто любили, а обожали, преклонялись! Но отчего-то никто не сходил по ней с ума и не терял чувства меры, презентуя часы за миллион баксов. Не то чтобы часы были ей очень нужны, но ведь если Собчак дарят такие часы и Цейтлиной тоже дарят, то с какой стати ей, самой красивой женщине на телевидении, никто до сих пор не предлагал ничего подобного?
Елена много думала над этим вопросом и решила, что просто-напросто ей нужен мужчина другого типа. Богатый, но из творческой среды. И красивый — чтобы лучше выглядеть в светской хронике. К тому же красивые творческие союзы очень популярны у журналистов — их будут снимать для «7 Дней», для «Домашнего очага», для «Hello!» и прочих популярных журналов. Игорь Плотник был отличным, замечательным кандидатом, и все так здорово складывалось, пока он не подцепил эту мочалку…
Елена сорвалась с кровати, напялила джинсы, накинула пальто и выскочила на улицу.
В кафе, бросившись к даме в шляпе, Елена упала на стул и брякнула:
— Ну?
— Насколько я понимаю, вас не очень устраивает, что Игорь встречается с… некой Сашей?
— Какое вам дело? — насупилась Елена.
Шляпа отвернулась и решительно крикнула:
— Счет!
— Ну? — повторила Елена.
— А что, мы продолжаем разговор? — Дама подняла брови.
— То есть? — опешила Елена.
— Слушайте, милочка, беседовать с вами в таком тоне я не собираюсь, даже несмотря на то, что эта встреча — и в моих интересах, — отбрила ее шляпа.
Елена слегка присмирела.
— Но я же вижу вас первый раз в жизни… — все же привычно возразила она.
— Хорошо, — кивнула дама, — минутку… — Она достала мобильный и позвонила. — Борис, дорогой, это Аглая Лемм. Да, все замечательно. Да, я тебя жду в пятницу. Послушай, ты можешь сказать одной милой девушке несколько слов обо мне? Нет, это не клиентка. Это личное. Спасибо милый, передаю трубку.
Елена, внимательно глядя на женщину, взяла трубку, резко бросила в нее:
— Слушаю! Елена Ульянова… — И тут же сменила тон: — Да, Борис Николаевич… Конечно, Борис Николаевич… Понимаю, Борис Николаевич… Ну, разумеется. Спасибо, большое. Было очень приятно с вами пообщаться… — Она в растерянности нажала на «Отбой» и протянула трубку хозяйке. Хотела было что-то спросить: — А…
