Читаем без скачивания 50 знаменитых загадок Средневековья - Мария Згурская

Вместе с Имой Косса сначала перебрался в Бургундию, затем в Савойю и только потом вернулся в Италию. Он остановился в одном из городов Лигурии и отправил верную Иму с письмом к своему бывшему кардиналу, теперь папе Мартину V. На тот случай, если папа по каким-либо причинам не прочитает письмо, Име был дан наказ просить влиятельных людей во Флоренции выступить ходатаями перед Мартином V. Има исполнила все в точности, и Коссе было дозволено приехать во Флоренцию.

Бывший папа Иоанн XXIII приехал во Флоренцию и был принят Мартином V. Косса на коленях просил у папы прощения, заверяя его, что он не имеет никаких претензий к новому папе и обещает никогда не претендовать на престол Святого Петра. Но, верный себе, он попросил у Мартина V откупного. И получил — красную кардинальскую шапку. И снова стал именоваться «кардиналом Балтазаром Коссой». Мартин V назначил его епископом Тускуланским и первым деканом коллегии кардиналов.

Балтазар Косса жил вместе с Имой в одном из прекрасных дворцов Флоренции. С этого времени никаких сведений о нем больше не имеется. Говорят, в последние годы жизни Балтазар каялся в своих грехах и писал философские стихи о бренности бытия…

Умер Балтазар Косса на свободе, во Флоренции 22 декабря 1419 года, и ему были устроены пышные похороны. На могиле Балтазара Коссы воздвигнута часовня — выдающееся произведение скульптора и архитектора Донателло. На могильной плите лежит позолоченная маска Коссы, ниже — герб Иоанна XXIII, под ним высечены из мрамора кардинальская шапка и папская тиара, надпись гласит: «Здесь покоится прах Балтазара Коссы, бывшего папы Иоанна XXIII».

Кровавые тайны рода Борджиа, или «Святое семейство»

Пожалуй, ни одна фамилия не оставила в сознании человечества такой след и не обросла столькими легендами, мифами, слухами и предположениями, как эта. Ни историки, ни современники так и не поняли до конца, что представляли собой эти Борджиа, один представитель которых был папой и заставлял пресмыкаться пред собой даже государей, другой казался настолько свирепым и опасным, что Людовика XII от одного его имени бросало в жар, как бросает в жар и теперь тех, кто читает повествование о совершенных им злодеяниях, а имя третьей — их дочери-супруги-невестки — стало нарицательным для обозначения роковой женщины, сочетающей внешнее совершенство с изощренным коварством.

Читая описание жизни Борджиа, вы на каждом шагу наталкиваетесь на труп, тайну, интригу, инцест и самый одиозный разврат и удовлетворение личных эгоистичных амбиций… Эти циничные и жестокие умы, холодные и страстные одновременно, возбуждали любопытство и интерес во все времена. Удивительная история семейства Борджиа интересна прежде всего тем, что раскрывает темные стороны человеческой жизни. Им приписывали всевозможные грехи, святотатство, кровосмешение, убийства. Многие из этих грехов, вероятно, были выдуманы политическими противниками всесильного клана. Но, как известно, нет дыма без огня…

Вообще, так уж получилось, что сама фамилия Борджиа сейчас ассоциируется с одними убийцами и отравителями. Вспомним знаменитые перстни Борджиа — предмет вожделения и страсти коллекционеров. Эти ювелирные шедевры времен Ренессанса пользуются такой же мрачной славой, как и их владельцы. Сын папы Александра VI, знаменитый своей храбростью и жестокостью Чезаре Борджиа, носил перстень с огромным рубином под названием «Пламя Борджиа» и утверждал, что камень этот не раз спасал ему жизнь — видимо, потому, что под камнем находился потайной резервуар с ядом, который он и подсыпал в бокал с вином тому, кто осмеливался покуситься на жизнь хозяина перстня. Перстни, кольца, кулоны, эгреты эпохи Борджиа — не просто выдающиеся ювелирные изделия, часто это контейнеры для смертельных ядов, возбуждающих или одурманивающих веществ. Однако было бы несправедливо считать заказчиком этих смертоносных украшений только папу Александра VI Борджиа и его сына Чезаре. Любила такие игрушки и зловещая отравительница Екатерина Медичи, и герцоги д’Эсте, и клан Сфорца, и многие другие тираны, папы, кондотьеры, князья. Кстати, многие из исторических преемников Борджиа старались любыми путями добыть именно их перстни «с секретом». Что ж, видимо, и тогда была важна известность бренда. Эти драгоценные игрушки были редкостью и возбуждали не только страх, но и интерес, стремление к обладанию «полезным» украшением.

Американский писатель Чейз даже написал роман «Перстень Борджиа», в котором сюжет строится вокруг старинного кольца, принадлежавшего этой семье, кольца, из которого, в случае необходимости, выскакивала крошечная иголочка с ядом…

Фамильный герб Борджиа (Борхо) — красный бык — как нельзя более подходил для них: обуздать это мощное свирепое и похотливое животное не так просто. Согласно историческим хроникам, род Борджиа происходил из Испании, однако в этой стране никакими лаврами увенчан не был. Зато перебравшись в Италию в XV веке, стяжал громкую, хотя и неоднозначную славу: там эта семья «подарила» католикам двух римских пап — Каликста III и Александра VI.

По одной из версий, первый из них, именовавшийся в миру Алонсо, имел скандальную репутацию, поскольку много лет был гражданским мужем своей сестры Иоанны Борджиа, и якобы этой связи обязан появлением на свет Родриго Борджиа — будущий Папа Римский Александр VI, который родился в местечке Хатива, неподалеку от Валенсии, 1 января 1431 года. Поэтому, когда Родриго появился на свет, муж Иоанны, Готфрид Ленсуоли, попросту не признал его своим законным сыном, ибо давно замечал, как

Иоанна относилась к своему брату Алонсо. Это привело к тому, что супруги разошлись, и Родриго, которому было отказано в фамилии Ленсуоли, стал называться Борджиа.

История рода Борджиа тесно связана с борьбой за папский престол, когда в мире сразу было по нескольку пап, один из которых объявлялся истинным, а все остальные — ложными, антипапами. Духовная карьера Алонсо началась в 1416 году, когда ему было уже 36 лет. В то время, будучи делегатом Констанцского собора, где происходили выборы папы, он быстро почуял, что к чему, и проголосовал за низвержение своего благодетеля Бенедикта XIII. Действовал так Алонсо по тайному приказу короля Арагона Альфонсо V. Король Альфонсо в награду за предательство добился назначения Борджиа епископом богатой Валенсийской епархии.

Семь лет Алонсо верой и правдой служил своему королю, борясь против Бенедикта XIII, и наконец произошло то, чего он добивался: Бенедикта низложили, а Борджиа, доблестный и верный, получил от Альфонсо новую награду — должность канцлера его величества.

Спустя некоторое время Альфонсо счел нужным подружиться с очередным антипапой — Феликсом V, надеясь с его помощью посадить на трон Неаполя своего побочного сына Ферранте. Но Борджиа, уже осознавший собственную значимость, мечтал отдать это тепленькое местечко своему племяннику (а злые языки утверждали, что сыну) Педро-Луису. И как только представилась возможность, канцлер предал своего короля, за что папа Евгений IV возвел его в кардиналы.

Новый кардинал перебрался в Рим, куда к нему приехали два племянника. Один из них — Педро-Луис, второй, на год его постарше, — уже упоминавшийся выше Родриго. Итак, два молодых испанца приехали в великолепный Вечный город, шумный, более свободный и демократичный в нравах, нежели Мадрид. Племянники быстро вошли во вкус римской жизни.

Родриго изучал в Италии юриспруденцию и успешно занимался адвокатурой. Поначалу он решил специализироваться в этой области и, надо сказать, сразу же преуспел на этом поприще, стал признанным авторитетом по защите всяких сомнительных лиц и деяний. Однако адвокатура заставляла вести более строгий, чем ему хотелось бы, образ жизни. Для адвоката, который постоянно имеет дело с законом, очень много значила собственная репутация. Посему после не очень тягостных раздумий бравый и смазливый Родриго Борджиа сменил мантию адвоката на мундир военного.

Итак, в молодости он дрался, грабил, искал опасных приключений, но потом понял, что только Церковь может дать ему то положение, которого требовало его ненасытное честолюбие. Он бросает военную карьеру и вступает в монашеский орден, сея повсюду раздоры и становясь знаменитостью исключительно благодаря скандалам. Вскоре Родриго при помощи дяди возвели в сан архиепископа Валенсии, где когда-то служил Алонсо. Позже Валенсийскую епархию Родриго отдал своему сыну Чезаре, так что можно сказать, что Валенсия буквально вскормила этот знаменитый род.

Еще юношей Родриго сошелся с молодой вдовой Еленой Ваноцци, подозреваемой в убийстве мужа, заставшего ее в объятиях любовника. В те времена подобные убийства случались часто и считались делом обычным. Более того, преступление Елены Ваноцци скорее возвысило, чем унизило ее в глазах Родриго, для которого цель всегда оправдывала средства. Елена растила двух дочерей: старшую, очень некрасивую, имя которой неизвестно, и младшую — Розу (по одним источникам — Розу-Ванессу, по другим — Розу Ваноцци деи Каттани, или Джованну, а может быть, также Елену), настоящую красавицу. Она хорошо знала о преступлении матери, но до поры до времени хранила тайну, выжидая момента, чтобы отомстить за смерть обожаемого отца…