Значит, у нее нет друга или мужчины, который мог бы вскоре стать ее мужем. Джулиан вспомнил о своих списках и усмехнулся. У него ведь по существу тоже никого нет. Увидев, что Присцилла пытается дотянуться до своих костылей, Джулиан остановил ее.
— Я отнесу тебя наверх.
Присцилла нахмурилась. Джулиан не мог объяснить себе, почему стремится помочь этой женщине, бросающей на него сердитые взгляды. Возможно, он жалел ту маленькую девочку-сироту, которой она была когда-то. Джулиану хотелось защитить Присциллу от жизненных невзгод, заботиться о ней, холить и лелеять ее нежное тело.
— Я сама могу добраться до спальни, — недовольным тоном заявила Присцилла.
— Не сомневаюсь в этом. — Джулиана восхищала ее решимость самостоятельно подняться на костылях на второй этаж, что было сделать довольно непросто. — Завтра я разрешу тебе скакать по лестнице вверх и вниз сколько угодно. Но сегодня я сам отнесу тебя в твою комнату. Ты слишком устала.
Присцилла повернулась к нему, и их взгляды встретились. Джулиан оцепенел, ему казалось, что он сейчас утонет в лазурных озерах ее глаз. Присцилла затаила дыхание, видя, что Джулиан откровенно любуется ею.
Первым пришел в себя Джулиан. Не давая Присцилле времени на размышления и возражения, он быстро встал и подхватил ее на руки. Ей волей-неволей пришлось обнять его за шею. Задохнувшись от возмущения, Присцилла хотела что-то сказать, но Джулиан опередил ее.
— Не стоит благодарить меня, — сказал он, усмехаясь.
Радуясь своей маленькой победе, Джулиан с драгоценной ношей на руках направился к лестнице.
— Ты не имеешь права поступать так. Ты делаешь со мной все, что тебе захочется!
— Я знаю, — хриплым голосом отозвался Джулиан.
— Отпусти меня! — потребовала Присцилла.
Неужели она взволнована тем, что находится в моих объятиях? — подумал Джулиан и крепче прижал Присциллу к своей груди. Ее возбуждение передалось ему.
Войдя в спальню, Джулиан остановился около кровати и осторожно поставил Присциллу на пол, устеленный пушистым ковром. Больше всего на свете ему хотелось сейчас припасть к ее чувственным губам, но он не решался.
— Ты выпустишь меня наконец? — тихо спросила Присцилла.
Джулиан чувствовал, что Присциллу бьет дрожь. Но это был не испуг. Ее возбуждение передалось ему.
— А что, если мне не хочется выпускать тебя из объятий?
Джулиан знал, что играет с огнем, что еще немного и он утратит контроль над собой. Присцилла провела кончиком языка по пересохшим от волнения губам, и это было так соблазнительно, что Джулиан потерял голову. Он погрузил пальцы в шелковистые волосы Присциллы и стал жадно целовать ее. Она не сопротивлялась. Более того, через несколько мгновений начала отвечать Джулиану.
Он сразу понял, что у Присциллы нет опыта общения с мужчинами. Ее невинность сводила Джулиана с ума. Осыпая поцелуями ее лицо и шею, он прижал Присциллу к себе и почувствовал, как ему в грудь уперлись ее затвердевшие соски. Видя, что Присцилла тоже охвачена возбуждением, Джулиан отринул все сомнения и, сунув руки под футболку, ощутил нежную шелковистую кожу. Осознание того, что Присцилле доставляют наслаждение его прикосновения, опьяняло Джулиана.
Добравшись до бюстгальтера, Джулиан расстегнул его и стал ласкать упругие полушария ее груди. Но ему было мало этого. Джулиану хотелось любоваться ее прекрасным нагим телом, и он снял с Присциллы футболку.
Отстранившись немного, Джулиан окинул Присциллу оценивающим взглядом. Она была восхитительна. Джулиан не сомневался в том, что она хочет того же, что и он. Близости. Единения.
— Ты прекрасна. Что произошло с той неловкой девочкой-подростком, которую я знал когда-то? — задыхаясь от страсти, прошептал Джулиан.
9
Присцилла таяла в объятиях Джулиана, а когда он стал целовать ее обнаженную грудь, Присцилла застонала от наслаждения и закрыла глаза.
Положив ладони на обтянутые джинсами ягодицы Присциллы, Джулиан прижал ее бедра к своим, чтобы она ощутила его возбуждение. Не в силах больше сдерживать себя, он попытался расстегнуть джинсы Присциллы, но как назло, «молнию» заело.
Присцилла вздрогнула, слегка отодвинулась от Джулиана и, тяжело дыша, схватила его за руки. Отпрянув, она устало опустилась на кровать.
— Та девочка-подросток, которую ты знал когда-то, выросла. И она понимает, что ты в действительности не хочешь того, что делаешь сейчас, — грустно промолвила Присцилла.
— Я не понимаю, о чем ты… — пробормотал Джулиан, переводя дыхание.
Ее холодность и отчужденность поразили его. Только что Присцилла пылала страстью, но прошло лишь несколько мгновений, и она вдруг замкнулась в себе. Что с ней происходит? — недоумевал Джулиан.
— Что здесь непонятного? Если бы мы сделали то, что хотели, мы не смогли бы развестись, — объяснила Присцилла.
— Развестись… — мрачно повторил Джулиан и стиснул зубы так сильно, что на его скулах заходили желваки.
Идиот! — с чувством обругал себя Джулиан. Перед тобой сидит испуганная девчонка, пытающаяся скрыть свой страх под маской холодной сдержанности. Она боится тебя, боится окружающего мира, потому что никто никогда не заботился о ней, не помогал ей преодолевать страх перед жизнью. Она правильно сделала, что оттолкнула тебя. Ты не заслужил ее доверия.
— Ты права, — сказал Джулиан, старясь скрыть разочарование.
Он потерпел фиаско, и ему следовало убраться из спальни Присциллы как можно быстрее. Выражение обиды на лице Присциллы причиняло ему боль. Джулиану хотелось заключить ее в объятия, утешить, приласкать, как ребенка, но он не смел сделать это.
— Не беспокойся. Это гормоны пытались сыграть с нами злую шутку. Не принимай то, что произошло, близко к сердцу, — сказал Джулиан, пятясь к двери. — Не знаю, как обстоят у тебя дела с личной жизнью. Что же касается меня, то я уже давно не обнимал женщину. Природа требует свое.
Джулиан не смог бы объяснить Присцилле своих противоречивых чувств, он сам себя не понимал. С одной стороны, он испытывал к ней физическое влечение, а с другой — она совершенно не соответствовала его идеалу жены, подруги жизни.
Когда Джулиан вышел из спальни, Присцилла еще долго смотрела на закрывшуюся за ним дверь. У нее было тяжело на душе, она едва сдерживала слезы. Присцилла ни в чем не винила Джулиана. Ей следовало остановить его, как только он поднял ее на руки, чтобы отнести в комнату. Но она не сделала этого. Она жаждала его поцелуев, прикосновений и ласк. Присцилла могла бы позволить Джулиану то, что никогда не позволила бы другому мужчине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
