Сердце опять не на месте. Выкручивает мой разум, и в тот момент я замечаю, как в столовую, где мы уже минут десять как сидим, заходит компания Алекса.
— Упс, — хихикает подруга, заметив парней. — Сегодня на обед у нас будет компания.
Ребята и правда идут к нам и, даже не спрашивая разрешения, опускаются на стулья возле.
— Привет, красотки, — Алекс включает режим хулигана, а я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
Это поддержание имиджа начинает меня бесить.
Кивнув, я продолжаю свой обед.
— Как дела с рефератом? — Алекс не отступает.
— Все хорошо, спасибо за помощь, — нервно улыбаюсь, ведь на меня буквально все смотрят. Ну, кроме Катьки. Она занята изучением хмурого лица Дена.
Лгунья.
Уже жалею, что все ей рассказала. Не то чтобы я боялась, просто как-то не очень красиво получается.
После обеда все вместе выходим на улицу. Я всем телом чувствую, как на меня пялятся все представительницы женского пола.
С добытых рассказов Катьки было понятно, что у Алекса много поклонниц, но чтоб прям так — я даже подумать не могла.
В принципе, как пройти и не заметить такие красивые глаза?! Да и не ботан он в очках, в конце концов, а статус паршивца только прибавляет баллов в копилку.
— У нас еще две пары, — ставит меня в известность Ден. — А потом в бильярд. Как насчет вас?
— Я не пойду, — выпаливаю и спешу занять лавочку под навесом. Боюсь, скоро на ногах не смогу устоять.
— И я, — поддерживает меня подруга.
— Жаль, — хмыкает Алекс, усаживаясь рядом. — И куда ты намылилась? Меня возьмешь с собой?
— Домой, учить много.
Надеюсь, мама и правда скоро приедет.
Последние две пары пролетают как минута, я даже не успеваю толком окунуться в темы, как нас отпускают. Домой не хочется, точнее, хочется…
Господи!
Я запуталась. В чувствах, желаниях и, главное, в правильности.
Возле ворот ребят нет, но машины еще стоят.
— Я домой. Сегодня с мелким сижу, — улыбается. Я даже в какой-то мере ей завидую, а потом напрашиваюсь поработать нянькой.
И так за памперсами и агуканием пролетает и вторая половина дня, а когда я собираюсь домой, на улице уже темно.
С неохотой собираюсь и только тогда вспоминаю о своем телефоне.
— Капец! — смотрю на сто двадцать пропущенных звонков от Алекса. — Я забыла с беззвучного снять, — возмущаюсь. — Алекс миллион раз звонил.
— Набери, он, наверно, волнуется, — играет засранка бровями.
Знаю, что волнуется, вот только орать он точно будет сейчас.
Набираю номер и жду криков, но вместо них в трубке осевший голос:
— Где ты?
— У Кати.
— Жди, я сейчас приеду.
— Я такси возьму.
— Мил, — цедит сквозь зубы. — Я недалеко, жди. — Скидывает вызов, а у меня от телефонных гудков мурашки по спине бегают. Его спокойный голос в ушах звенит, а сердце норовит взорваться от бешеного ритма.
Катька с грустно мне улыбается и подает курку.
— Держись, подруга. И будь сильной, — крепко обнимает.
Я покидаю квартиру, а у самой сердце не на месте.
Такое впечатление, что я совершила преступление, и сейчас будет надо мной суд и приговор, что страшнее всего.
Все-таки думаю заказать такси, правда, сначала хочу вдохнуть свежего воздуха.
Возле подъезда замечаю машину Алекса и сразу прячу телефон. Такси уже точно не нужно.
Парень стоит возле открытой пассажирской двери и, как только я сажусь, закрывает дверь и сам садится за руль.
— Пристегнись! — на меня даже не смотрит. Поворачивает ключ в замке, принуждая мотор зареветь, и плавно начинает движение.
— Уже.
Чтобы не разглядывать парня, опять достаю телефон и опять пересматриваю пропущенные, боюсь, что мама тоже звонила, но, к счастью, нет. Только от Алекса.
— Куда мы едем? — подняв глаза от гаджета, почти выкрикиваю. Я не боюсь, но на улице темно, и кто знает, что скрывается за маской спокойствия моего водителя.
Ответа нет, ведь уже через несколько минут автомобиль тормозит на холме. Алекс оставляет ближней свет фар и нервными движениями избавляется от ремня безопасности. Вылетает на улицу, громко хлопнув дверью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Выхожу следом. И подхожу вплотную.
Город весь в огнях, как на ладони. Любоваться и любоваться красотой.
— Алекс, — тихо произношу, оставив пейзаж. Смотрю на напряженный профиль парня и понимаю, что он волновался. — Прости, я забыла снять телефон с беззвучного. Все же хорошо, я просто помогала Кате с братом.
— Все хорошо?! — впивается в меня потемневшими глазами. — Я раз сто звонил, ты как сквозь землю провалилась. Вышел из универа, ты уже улизнула, домой не пришла, — протягивает ладонью по лицу, громко выдыхая. — Я отвечаю за тебя, понимаешь?
Боль мгновенно оседает корочкой в груди. Только отвечает?! И все?!
— Ты же в бильярд собирался или передумал? — шиплю в ответ.
— Я не пошел. Задолбала эта Оля!
— Почему? Красивая девушка и видно, что тебя любит. — И сразу ругаю себя за острый язык.
Поздно.
Голубые глаза опять меняют оттенок. Алекс начинает громко смеяться. И опускает руки на мои плечи, вторгаясь в мое личное пространство.
Сантиметр. Может, и меньше между нашими губами.
Коленки начинают дрожать. Мне приходится собрать всю силу воли, чтобы не потянуться и самой не поцеловать.
— Ты ревнуешь? — обпаливает горячим дыхание губы. — Нет, не отвечай, я сам узнаю ответ.
Впивается в мои уста, сминает их как свою собственность. Обхватывает руками лицо, а я не в силах оттолкнуть.
Знаю, что неправильно. Знаю. И все равно тону в сладком небытие. Закидываю руки парню на шею, чтобы быть еще ближе.
46. Алекс
— Что с миной? — Ден садится на бортик стола и бьет. Я сосредоточенно наблюдаю за шаром, катящимся прямо в лузу.
— Ничего нового, — сжимаю в руках кий.
Уже неделя прошла, а меня все еще коротит. Под кожей словно цепи, обвивающие вены до пекучей боли.
Избегает меня. Даже за стол не садится, когда я есть. Убегает, как трусливая мышь, от своих чувств.
— Ты уже неделю сам не свой, может, наконец, расскажешь, в чем дело? — Резким ударом загоняет еще два шара в разные лузы.
Могу спросить его то же самое, только злиться не хочу еще больше. Кир мне рассказал, как он с Катькой себя ведет, типа привлекает, строит из себя. Не мое это дело, но вижу, как он подыхает. А девочка, между прочим, даже номер телефона сменила.
— Мне пора, — ставлю кий на место.
— Блин, Алекс. Опять в мастерскую? — садится на бортик стола. — Реально я не понимаю, у тебя же есть бабло, почему бы им не воспользоваться, а горбатиться, еще и на батю.
— Все, пока, — накидываю куртку и выхожу из бара. Не хочу ерепениться с Деном. По сути он, может, и прав, только дед с бабулей не для того мне деньги подарили. Если будет крайний случай — возьму. Но сейчас могу и сам заработать, тем более что папа разрешил работать в нашей мастерской. Учеба и пять часов работы в день напрочь выбивают из меня желание ночью думать о пустяках.
Суббота и воскресенье выходные, так будет время оторваться и заехать в квартиру.
Отрабатываю спокойно и даже без левых мыслей, но перед окончанием в мастерскую въезжает знакомый автомобиль.
— Только тебя здесь не хватало, — кидаю под нос.
— Алекс, — Тим быстро подходит ко мне, — вы уже закрываетесь?
— Да, через пять минут.
Парень одет с иголочки, и явно не в кафе идет, возможно, на свидание.
— Выручи, мне через полчаса надо быть в одном месте, а малышку мою постоянно дергает. Понятия не имею, что с ней.
Киваю. Очень не хочу ему помогать, но я на работе, а камеры все пишут. С отцом не хочу ругаться, у меня и так проблем полно.
Мила — самая большая. Я не знаю, как себя с ней вести. Как расположить к себе и дать понять, что мы ничего такого не делаем. Тем более я уверен, Марина с отцом долго не выдержит.
После возвращения из Египта я каждое утро слышу, как они ругаются.
Только этой девочке что-то вбить в голову невозможно. Да и разговаривали мы в последний раз, когда она оттолкнула меня на холме.
