выходные занимался обустройством своего жилища. Сад возле дома был в заброшенном состоянии, хотя сам дом привлекал своим внешним дизайном. Двухэтажный особняк с большими окнами, выходящими в сад, чем-то напоминал греческий стиль. Выкрашенный в светло-серый свет, он имел две колонны, фронтон, украшенный растительной лепниной и двухскатную крышу, покрытую зеленой черепицей. Дом восхищал своим внешним видом. Внутри мебель была почти новая, поэтому во внутреннем интерьере Вилен ничего не стал менять. Он, довольный, но уставший после работ в саду, вышел на работу.
Всего в их группе было шесть человек, а таких групп в тайном отделе насчитывалось семь, каждая занималась своим делом. Непосредственным начальником Вилена стал Гуар Дамин. Каждый руководитель группы непосредственно подчинялся герцогу.
— Нус, Реми, вы остаетесь здесь для связи, а мы выезжаем.
— Куда? — тихо поинтересовался Вилен у Джеха — молодого мужчины, с которым он сдружился в последнее время.
— Ограбление банка.
К банку переместились через портал. Большое двухэтажное здание выходило фасадом на большую площадь. Было интересно узнать, каким образом была похищена такая большая сумма, о которой говорил управляющий банком. Тем более вывезена, если все было на виду.
После приезда на место происшествия удалось выяснить, что воры устроили подкоп со двора соседнего с банком дома, проникли через него в комнату, где находились стальные шкафы. Ключи для шкафов, стоявших там, были сделаны на заказ, кроме этого, была применена охранная магия. Просто так выкрасть эти деньги и кое-какие документы, о которых речь пойдет ниже, злоумышленники не могли, пока это оставалось тайной. Было удивительно то, что на себе они выносили огромные сундуки с золотыми монетами. «Это не бумажные деньги нашего мира, они тоже тяжелые, но вынести золото в сундуках… Это какой же силой надо владеть?» — задумался Вилен.
Осмотрев все, ребята не нашли никаких следов. Магия за этот период уже выветрилась: дактилоскопии, чтобы снять отпечатки, в этом мире не было, их заменяла магия, по которой можно было вычислить человека или иное существо.
Но одного человека все же они арестовали. Им оказался хозяин того самого дома, откуда был сделан подкоп. В тот день, когда произошла кража в банке, ни его самого, ни его жены не было в столице: они уезжали в свое имение. По приезде его сразу арестовали, на все задаваемые вопросы он отвечал грубостью и грозился все рассказать королю. Обследовав, чем был сделан подкоп, ребята выяснили, что даже имея при себе специальные артефакты, невозможно это было сделать за один-два дня. Отсюда следовало, что хозяин знал о подкопе.
Когда ему сообщили о результатах расследования, то Гровер Барн — так звали сотрудника банка — вовсе замкнулся в себе. Добиться от него ничего не получалось. Могли бы поработать менталисты, но это оставили на самый крайний случай: у них и так в последнее время накопилось много дел.
— Может, установить слежку за супругой? Ведь наверняка перед тем как сделать подкоп, они встречались — жена должна знать, с кем именно, — предложил Вилен.
— Думаешь, она побежит сразу же искать тех, по вине кого ее дорогой муж оказался у нас? — спросил Гуар.
— Почему бы и нет? Все равно у нас нет никаких версий. Попытка не пытка.
Слежка за госпожой Барн привела в один из крайних таверн столицы под называнием «Бездна». После ее долгой встречи с клиентом этого заведения туда заявился Наэр Моган и стал узнавать все относительно гостя, снимавшего комнату в таверне. Выяснилось, что этот гость, записанный в учетной книге как Родер Тэлфор, снимал комнату уже месяц, а девушка бегает к нему через день. Наэр дождался, когда подозреваемый спустится на ужин в общий зал, и сделал магический снимок, то есть фотографию.
— А супруга-то служащего — баба еще та! — рассмеялся Наэр, рассказывая о результате слежки. — Надо показать этот снимок слугам дома Барн.
Назовите хоть один дом, в котором слуги бы не интересовались жизнью своих хозяев и не обсуждали их за чашкой чая, а может, и чего похлеще? Показав магический снимок дворецкому, тот лишь ехидно ухмыльнулся.
— Думаю, у вас для нас есть что сказать, — усмехнулся Джех, который посетил дом господина Барна.
— Мы многое знаем о господах, но место не хочется терять, господин, — хитро и с намеком произнес дворецкий. Джех вынул серебряный и всунул в ладонь мужчине.
— Раз надо для правосудия, я, конечно, все скажу, — склонившись, произнес дворецкий. — Это господин Тэлфор, часто бывал в нашем доме даже после того, как хозяина посадили. И даже оставался с госпожой на ночь в одной комнате, — склонившись, тихо произнес он.
— Еще что-нибудь знаешь?
— Хозяин с этим господином закрывался в рабочем кабинете. Сидели они долго, иногда, бывало, с утра и до ужина.
— Кто-нибудь приходил еще к хозяину?
— Нет, господин, никто.
— По ночам что-нибудь слышали?
— Нет, все крепко спали, я даже удивился, так как часто за ночь просыпался по несколько раз, а тут с месяц спал как убитый.
— Ну что же, спасибо и на этом, — ответил Джех и, попрощавшись, ушел.
Услышав все это, господин Гуар Дамин решил разговорить задержанного, но сделать это очень хитро. Он послал одного из сотрудников, точнее Реми Папилан, к госпоже Барн. Пошел он под прикрытием: как ближайший друг ее любовника Родера. К этому времени Родер Тэлфор исчез их столицы в неизвестном направлении. Он ушел от слежки, которая за ним была организована: просто телепортировался. Уже впоследствии станет известно, почему он сразу вычислил слежку. Родер был оборотнем со второй волчьей ипостасью, а слежка не учла этот момент.
Реми, одевшись в дорогие вещи, прибыл к жене Барна. В доме его никто не знал, и в банке после ограбления он тоже не присутствовал. Гуар всегда оставлял на запас два-три человека, чтобы использовать их при раскрытии дела. Никто не должен был видеть их лица на месте преступления.
— Госпожа Барн, мне очень приятно познакомиться с вами, — смотря восхищёнными глазами на женщину, мурлыкнул, словно кот, Реми. И получилось у него это превосходно.
— Добрый день, с кем имею честь разговаривать? — женщина кокетливо поправила волосы.
— Я большой друг Родера, он меня прислал к вам.
— Родера? Но я не знаю такого человека, — сказала Евета и опустила глаза.
— Ну как же? А Родер велел
