Читаем без скачивания Рыцари Света и Тьмы (иллюстр. М. Мисуно) - Сергей Сухинов

— Неужели мечта моей жизни исполнится, — грустно улыбнулся Олдар, — и все пленные рудокопы вновь станут свободными?.. Жаль, мне этого уже не увидеть. Но мне грех жаловаться: недавно я наконец-то встретился с сыном. Теперь и умереть не страшно…

— Хорошо, что Аларм не слышит твоих слов! — возмутился Куртис. — Он бы очень огорчился. Не о смерти сейчас надо думать, а о нашей победе!

Куртис подхватил старого рудокопа под мышки и помог тому подняться на ноги. И в этот момент из-за поворота коридора появились трое патрульных каббаров. Заметив беглецов, они радостно завопили и побежали, выставив вперед алебарды.

— Спасайся, капитан! — крикнул Олдар. — Я постараюсь их задержать!

Но Куртис понимал — бежать уже поздно. Выхватив из-за пояса кинжал, он приготовился дорого отдать свою жизнь.

Однако случилось чудо. Подбежав ближе, каббары сорвали шлемы — и оказалось, что под звериными масками скрывались лица людей.

— Святой Торн! — воскликнул пораженный Куртис, узнав своих друзей-офицеров, тех, что Аларм спас на острове Смерти. — Варгар, Савраш, Дигон! Друзья, как вы здесь оказались? Мы же договорились, что вы будете прятаться в пещерах возле берега моря.

— Разве мы появились не вовремя, капитан? — усмехнулся Савраш. — А прятаться уже нет смысла. Остров кипит, словно муравейник! Только что от главного причала отплыл флагманский корабль. Мы видели издалека, как к нему направилась огромная процессия. Во главе на звероконе ехал Пакир, закованный в железные латы. В руках он держал нечто накрытое черным покрывалом. За ним следовали придворные и министры, маршал Хорал и другие высшие офицеры. А потом, уже возле причала, рядом с Пакиром словно из воздуха появилась Ланга.

— О чем они говорили? — спросил Куртис.

— Не знаем, — пожал плечами Дигон. — Уж слишком далеко мы стояли. Как только Пакир взошел на борт корабля, тот сразу же отплыл и направился на север. А мы побежали сюда, во дворец. Слава Торну, здесь царит такой хаос, что мы сумели без труда проникнуть на первый этаж. Если нам повезет, то мы постараемся вас вывести.

И трое бывших офицеров вновь надели маски каббаров и шлемы. Затем они связали руки Куртису и Олдару и повели к выходу.

По пути им встретилось еще несколько патрулей. Варгар, обладавший басистым, грубым голосом, искусно имитировал косноязычную речь каббаров. Он объяснил, что маршал Хорал приказал привести пленников к нему в кабинет. К счастью, никто из стражей не заподозрил обмана.

Дойдя до выхода, лжестражники развязали руки Куртису и Олдару и вручили им кинжалы. Охрана попыталась помешать им выйти из дворца (для этого требовались особые документы за подписью самого Хорала). Завязалась схватка, в которой взяли верх Куртис и его друзья.

Наконец-то они вновь оказались на свободе! Но желания прятаться в пещерах ни у кого уже не было. Не теряя времени, бунтовщики направились к лагерю рабов.

Еще издалека было слышно, что в лагере творится нечто странное. Обычно рабы, вернувшиеся со строительства Лестницы, сразу же расходились по казармам. Выходить оттуда без разрешения стражников строго запрещалось.

Но сейчас на улицах между бараками находилось несколько сотен рабов. Они что-то громко выкрикивали и потрясали в воздухе кулаками. Надсмотрщики, каббары и ящеры нещадно осыпали их ударами кнутов, но это ни к чему не приводило. Рабы пока еще не бунтовали, но и слушаться приказов уже не желали.

Оказалось, что рабы выкрикивают имя Олдара и других арестованных строителей Лестницы.

— Свободу Олдару! Свободу Олдару! — кричали сотни пленных рудокопов.

Куртис радостно улыбнулся.

— Все идет отлично! — воскликнул он. — Рудокопы уже готовы к восстанию. Ну а мы им немного поможем…

Он обменялся несколькими словами со своими друзьями. А потом трое переодетых офицеров решительно направились к воротам лагеря. Их остановили стражники, вооруженные арбалетами.

— Что вам нужно? — злобно воскликнул командир стражи.

— Маршал Хорал послал нас к коменданту лагеря со срочным посланием, — ответил Варгар.

— Покажите документ! — недоверчиво потребовал командир стражи.

Варгар поначалу растерялся — ведь никакого приказа у него конечно же не было. Но он быстро нашел выход из положения.

— Маршал Хорал так торопился, что приказал нам передать сообщение коменданту лагеря на словах.

Стражники озадаченно переглянулись. Но Варгар торопливо добавил:

— И знаете, парни, что приказывает Хорал? Он хочет, чтобы мы перебили всех рабов до единого! Великая война началась, и Властелину уже не нужно это жалкое отребье. Мы сбросим их всех в море рыбам на закуску!

Варгар все рассчитал верно. Каббары ненавидели людей, а уж пленных рудокопов — тем более. Если бы не страх перед Пакиром, рабы давно бы уже были уничтожены. И вот сам Хорал приказал начать бойню!

— Слава Пакиру, он все-таки услышал наши мольбы! — радостно завопил капитан стражи. — Всю жизнь мечтал перебить этих жалких тварей!

Он отдал приказ своим солдатам, и те открыли ворота.

Увидев трех каббаров с алебардами в руках, рабы замолчали. Они словно почувствовали, что сейчас должно произойти нечто очень важное.

Капитан стражи выхватил из-за пояса кинжал и закричал:

— Братья каббары! Наконец-то настал день, о котором мы все давно мечтали. Властелин отдал приказ перебить…

Но тут Варгар поднял алебарду и метнул ее в спину стражника. Тот рухнул на землю.

Варгар сбросил с головы шлем и маску и закричал:

— Пакир только что уплыл с острова! Братья, пора браться за оружие! Бейте этих боровов!

Выхватив кинжал, он бросился на ближайшего стражника. За ним последовали Савраш и Дигон. Чуть позже к ним присоединился и Куртис.

Стражников в лагере было не меньше сотни, но под яростным натиском четверых опытных воинов они невольно дрогнули и начали отступать к дому коменданта.

Увидев все это, пленные рудокопы сразу же вышли из оцепенения. С громкими криками они бросились на своих мучителей. Несколько восставших сразу же погибли, но их товарищи успели вырвать оружие у каббаров. И разгорелся смертельный бой…

Олдар наблюдал за восстанием со слезами на глазах.

— Неужели все это мне не снится? — бормотал он. — Какое же счастливое настало время… Сначала я встретил своего сына Аларма, которого уже и не чаял увидеть, а сейчас мои собратья бьют этих жирных боровов… Эх, жаль, в моих руках нет прежней силы!

Вдруг он увидел, что на земле валяется арбалет — его выронил один из стражников. Олдар, прихрамывая на правую ногу, заспешил к оружию.

Неожиданно со стороны порта показались несколько звероподобных коней. На них восседали комендант лагеря и его телохранители. Они только что проводили Пакира и сейчас возвращались в лагерь.

Олдар, закусив губу, бросился к арбалету. Он понимал, что если всадники ворвутся в дерущуюся толпу, то могут склонить чашу весов на сторону каббаров.

К счастью, рядом с арбалетом лежал полный колчан стрел. Старый рудокоп дрожащими руками погладил приклад оружия.

— Давненько я не держал в руках арбалета… — прошептал он. — А ведь когда-то меня считали лучшим стрелком в стране Рудокопов! Ну что ж, посмотрим, на что я еще способен…

Он вложил первую стрелу в арбалет, натянул тетиву и, опустившись на правое колено, прицелился во всадника. Комендант лагеря с головы до ног был закован в стальные доспехи, а его огромную кабанью голову закрывал ребристый шлем. Оставалось лишь одно уязвимое место — горло. Но попасть туда с такого большого расстояния казалось почти невозможным.

Увидев, что творится в лагере, комендант издал яростный рык и, выхватив меч, пришпорил своего звероконя.

Олдар хладнокровно ждал, приложив приклад арбалета к плечу. И когда до всадника осталось метров тридцать, старый рудокоп выстрелил. Короткая стрела описала невысокую дугу и вонзилась прямо в горло каббару. Не издав даже звука, комендант рухнул на землю.

Увидев гибель своего командира, остальные всадники злобно завопили и понеслись на одинокого противника. Казалось, они неминуемо растопчут его.

Олдар спокойно вложил в арбалет очередную стрелу и с помощью специального механизма натянул тетиву. И вновь рука бывшего королевского ловчего не дрогнула — один из каббаров полетел на землю.

Остальные каббары явно струсили. Развернув своих звероконей, они помчались прочь.

Этот эпизод решил исход всей битвы. Поняв, что помощи извне ждать больше не приходится, солдаты обратились в паническое бегство, бросая на бегу оружие. Восставшие гнали их до самого моря. Солдаты Пакира успели сесть в несколько больших лодок и торопливо отплыли от берега.

Рабы встретили бегство врагов восторженными криками. Но Куртис не разделял их радости. Он понимал, что битва за остров Горн еще только начинается. Поднявшись на невысокую скалу, он обратился к восставшим: