выйдет. Девушка разочарованно вздохнула и встала. А Муся как раз слопала ещё кусочек. После этого она вместо Петеньки покосилась на Лушу. Жёлтые перья её встали дыбом. И вдруг на всю комнату раздалось: «Не нр-р-р-авится, не нр-р-р-авится, не нр-р-р-авится!» Маленькая учительница всплеснула руками: «Она просто издевается!» Попугай удивился, сделал маленькую паузу, но ненадолго. «Лукер-р-р-рья! Не нр-р-р-равится!» – снова проговорила птица.
– Детка, не обращай внимания, – под общий хохот попытался утешить Лушу Олег, – не всем же иметь хороший вкус! На Петю ты тоже нисколько не похожа. А Муся из вас двоих явно предпочитает его!
– Пётр, да ты, никак, принял мои слова на свой счёт? – поднял брови Майский, в ответ на протестующий жест Синицы. – Уж не думаешь ли ты, что любая дама, даже какаду…
– Ох, садитесь, всё готово, оладьи остынут! – утирая слёзы от смеха, ласково проворчала тётя Муся.
После завтрака демократия, равенство и братство закончились. Тётя Муся принялась убираться. А Синица с ассистентами перешёл к себе в кабинет.
– Петя, Сева Польских нам перевёл аванс. А сегодня пришло письмо по электронной почте, он нас просит с первым следующим платежом подождать до конца месяца, – сообщил Олег.
– Подождём! Ну, ребята, кто первый? – спросил Пётр и сам себе ответил. – Давай, Олег. Ты с тётей Раей поговорил?
– У меня для «застольного периода» пока немного. В компьютер я о сотрудниках всё занёс, что накопал. Толково поговорил с Эдиком. И установил очень любопытную фигуру среди пациентов. Ситуация многообещающая. К ним люди обращаются на основе строгой анонимности. Они завели такую систему: ты сам – конечно, если хочешь – берёшь себе псевдоним. И всё дальнейшее происходит уже под псевдонимом. То есть, врачи и сёстры тебя только так называет, все сведения о тебе – что в компьютер, что в картотеку – заносятся тоже так. Никто не знает настоящих имён. Ни телефонов, ни адресов, ничего. Но незадолго до исчезновения Эрны Александровны явилась к самому концу приёма разгневанная женщина, тут же назвалась и устроила форменный скандал.
– Её там неправильно лечили? – спросила Луша.
– Не угадала! – довольно усмехнулся Олег.
– В таком случае, нарушение врачебной этики? Разглашение информации? Просочились сведения о её проблемах?
– Вовсе нет, пациенткой была не она, а муж. Эта дама заявила, что доктор Мухаммедшина разрушила ей семью. Грозила всеми смертными карами. А для начала судом. И подумать только, что её муж назвал своё настоящее имя! Это тем более удивительно, что он фигура заметная. Ректор известного технического университета.
– А почему же пострадала семья? Его не вылечили?
– Снова не угадала! Видишь ли, о его делах я ничего не узнал. Эдик нем как рыба. Он мне назвал имена, поскольку баба орала, как одесская торговка. Её имя и имя её мужа не слышал только глухой. А с чем там обратился супруг, придётся самим разузнавать.
– Вот так история! Очень интересно. Но при чём тут Эрна, ты так и не сказал. В чём её обвиняют?
– Муж ушёл от этой мегеры.
– Муж ушёл? Постой, к кому? К Эрне? – удивился Пётр. Эдик сказал, поначалу покинутая жена несла невнятицу. Он подумал, что она, возможно, толком не знала, кто её счастливая соперница. Всё это надо будет нам уточнить. Но, кажется, просто у него была другая женщина. Возможно, имелись трудности. Эрна их успешно преодолела. А он на радостях и ушёл! Но всё это одни предположения.
– Хорошо! Вполне перспективное направление. Давай дальше. Только почему ты ни слова не сказал о Рае?
– Понимаешь, она за два дня до пропажи Эрны взяла отпуск. Я звонил домой – не подходят. Как только вернётся, я сразу её возьму за жабры.
– Бог ты мой, она что же – на целый месяц?
– Нет, не пугайся. Около недели. Это отгулы, переработка и прочее такое. Скоро придёт. Сейчас же совпало, выходные, праздники! Хорошо, я Эдика дома нашёл, а то тоже бы пришлось ждать.
– Да, время нам терять не приходится. Ну ладно, а теперь Луша. Ты как, готова?
– О, у меня полно новостей. Я с «единственной подругой» Северцевой хорошо поговорила. А у Таубе уже целых три раза была. Могу теперь про детство Эрны объяснить, что к чему. Помните, мы удивлялись, отчего она в подвале школы жила? Так вот.
И она рассказала, как красивая и весёлая молодая женщина Кира родила ребёнка, потому что так получилось. Как ребёнок этот своим родителям скорее мешал, но пока живы были бабушка и дедушка Эрны со стороны матери, всё шло своим чередом. Девочка была ухожена и накормлена, хотя жила семья очень бедно. Она даже научилась свободно и бегло говорить по-французски. Но Кира вышла замуж за Сашу Мухаммедшина, потому что у неё что-то не получилось с кем-то другим. А Саша был в недавнем прошлом боевой офицер, по профессии артист, эффектный мужчина и очень влюблён. Он уговорил Кирочку! Но мужем оказался нерадивым. Ребёнка Саша не заметил. Общительный и легкомысленный, он убегал в театр на репетиции, а возвращался с ватагой друзей и навеселе. Жена стала раздражаться. А он со своей стороны скоро остыл. Он видел – Кира его совершенно не любила.
Старики умерли один за другим. Дела в семье пошли совсем плохо, и, наверное, Мухаммедшины просто вскоре б разошлись, но здоровье Саши, получившего на войне несколько ранений, быстро ухудшалось. У него развилась эмфизема лёгких. А он продолжал курить, любил выпить, лечиться же, напротив, терпеть не мог. Поэтому их супружеская жизнь кончилась иначе. Александр Мухаммедшин сгорел быстро, он просто совсем ещё молодым сошёл в могилу.
Вокруг Кирочки всегда роились поклонники. Она преподавала французский в военной академии. А после работы рада была развлечься.
Если удавалось договориться с соседкой по коммуналке, она оставляла ужин Эрне и убегала на весь вечер.
Ей было уже за тридцать. Иная женщина, оставшись одна с ребёнком, страдала б от одиночества и тревожилась за будущее. Ведь после войны свободных мужчин было значительно меньше, чем женщин. Но красавице Кирочке, окружённой всегда вниманием, не особенно и хотелось связывать себя, заниматься хозяйством, сидеть дома. Ещё меньше желала она детей, которых скорей всего бы ожидал новый супруг. Танцевать, ходить на каток и лыжи, бегать на концерты и выставки было куда приятней. Бог знает, как могла сложиться её судьба. Но Кира опять встретила настойчивого мужчину. Её снова уговорили! Она вышла замуж во второй раз.
Горный инженер Семён Цаплин был старше Киры. Он один раз уже был женат и страшно неудачно. Едва избавившись от вульгарной, горластой, склочной бабы, на которой
