– «А я знаю!» – расстроил её Платон.
– «Слушай, а кстати, ты со следующей недели можешь уже пойти в отпуск! Сейчас нам производственная необходимость позволяет это сделать! Вот сегодня всё доделаешь и пойдёшь!» – сказала Надежда тут же, даже не маскируя свои подлые мысли и свою хитрожопую задумку.
Для Платона такое предложение начальницы было некстати, так как он ещё не был готов к отпуску, не имея конкретного плана работ.
Поэтому он решил пока потянуть время.
И это ему объективно сделать удалось бы.
Вдруг появилась небольшая, но срочная работа.
И он знал, как её правильно сделать.
Платон всегда считал, что лучше работать планомерно, методично, получая от этого удовольствие, чем хаотично, бессистемно, проклиная работу, ситуацию, безалаберных коллег и бездарную начальницу.
Платон мысленно перебрал всех женщин из своего окружения, всех когда-либо встречавшихся на его жизненном пути, и понял, что Надежда Сергеевна Павлова, как ни странно, оказалась среди них самой некультурной и самой невоспитанной.
Надежда не нравилась и своим «подругам», в частности Ноне:
– «Ой, мне так надоело здесь работать! Особенно рядом с Вашей мымрой находиться!» – как то пожаловалась она Платону.
Хорошо, что я скоро ухожу в отпуск, а Нонка уходит от нас! А то они бы с Надькой рано или поздно схлестнулись бы в скандале, а я был бы невольным свидетелем этого! – подумал Платон.
По первоначальному предложению Надежды в отпуск он должен был пойти с 24 мая, что его никак не устраивало по времени и по планам.
Из-за ремонтных работ дома и встреч со старшим сыном, в этом году Платон очень поздно открыл дачный сезон – только на первомайские праздники. Более того, первые четыре дня он только и сжигал ветки, оставшиеся после капитальной обрезки яблонь.
Даже новая костровая бочка не выдержала такого объёма – быстро прогорела в середине обечайки, но почему-то с одного бока.
А этот май по погоде был настоящим летом! Поэтому Платон, сделав срочную работу за понедельник, всё же взял досрочно пока только два отпускных дня – вторник и среду.
К тому же по работе у него наметилась небольшая пауза перед новой серией.
Он поехал на дачу, чтобы, после по разным причинам пропущенных дней, войти в нормальный график, выйти на обычный режим, косить, убирать, чистить, готовить дачу к приезду своих детей, и теперь ещё и внука Мишутки.
В четверг он снова вышел на работу, но, поняв, что ему пока всё ещё на ней нечего делать, взял отпускной день и на пятницу 28 мая.
В субботу Платон вместе с Ксенией вывез всех своих кошек на дачу.
И снова для него начался счастливый дачный период жизни, со всеми этому сопутствующими проявлениями и событиями.
Все свои отпускные и выходные дни Платон ударно трудился на даче, готовясь к приёму дорогих гостей – своих детей и внуков, в частности сделав первый покос молодой, но уже высокой травы.
Свежий, после дождевой воздух, напоенный ароматами трав, в том числе резким для него запахом свежескошенной травы, неожиданно пробудил в его сознании и памяти детские воспоминания о поездке к бабушке в деревню Верхняя Берёзовка Горьковской области.
Сквозь проявившиеся запахи он уловил и, тоже с детства знакомый, запах прелого сена.
Эти воспоминания, оказавшиеся такими близкими, лишний раз подчеркнули, как коротка человеческая жизнь, что надо беречь её, каждый день, и каждый час проводить с пользой для себя и своих близких.
Эта весна вообще для Платона закончилась бурным финишем в подготовке к лету сразу на двух дачах.
В Загорново он полностью закончил подготовку к летнему сезону и к приёму гостей.
А в Купавне произвёл грубую силовую повсеместную косьбу не только травы, но и молодых кустов, а также обрезку сухих веток, обилие которых сжигала Ксения.
Но это началось с перевозки в Купавну груза, скопившегося в коридоре около их квартиры за несколько лет.
Последний день календарной весны, понедельник 31 мая, Платон начал с раннего утреннего бассейна, который он посещал по абонементу в понедельники весь май.
Когда же он чистый, лёгкий, в хорошем настроении вышел утром из дома, то вдруг впервые во взрослой жизни ощутил далёкий, с детства знакомый, запах утренней майской Москвы.
И его очень обрадовало, что теперь его родной дом пахнет так же, как пахнул в детстве и отчий дом, утром в мае, в конце весны, перед летом!
В хорошем расположении духа и прекрасном настроении он направился на работу.
Москва раньше времени встретила его тополиным пухом, этим подтвердив и ранний приход лета.
А что там, в Буэнос-Айресе? Там ведь летом наступает зима! Как там Слава и его семья? – истинно заинтересованно подумал тогда он.
Завершилась великолепная весна!
А в ожидании лета Платон опять подумал о посетивших его за весну знамениях, о появлении предзнаменований чего-то нового, интересного, возможно даже и очень для него полезного.
И в надежде на хорошее лето он снова взял отпускной день на 1 июня.
Опять предзнаменование! Это же международный день защиты детей! – заметил писатель.
Глава 3. Знойное лето
Началось лето! Но вместе с ним закончилось плавание Платона. Теперь он жил на даче и не мог слишком рано по утрам в понедельники ходить в бассейн.
Интересно, а наш подъездный поп ещё будет ходить туда? – неожиданно возник у него вопрос.
Платон вспомнил, как тот как-то утром в один из понедельников обогнал его при выходе из дома, а снова встретившись в бассейне – несказанно удивился соседу.
Поп быстро разделся, не снимая домашних трусов, наскоро сполоснулся в душе, не замочив даже своей небольшой бородки, и решительно было ринулся в бассейн, но был остановлен замечанием Платона:
– «А они раньше семи пятнадцати не разрешают выходить из душа!».
– «А я раньше уйду!» – оправдался поп своими интересами, сходу плюхаясь в воду.
Но служителю культа не дали насладиться водной прохладой. Его заплыв был решительно остановлен дежурным тренером.
Отец Александр, в миру Алексей Демьянович Круглик, пытался было объяснить ей, что он раньше выйдет из воды, так как торопится на службу.
Но строго обученный персонал был непреклонен. Пришлось служителю культа, вспомнив предостережение Платона-неверующего, некоторое время помёрзнуть у бортика и несколько подсохнуть.
Уже начав свой заплыв, как всегда по дальней дорожке, Платон краем глаза заметил, как поп энергично пытается согреться и наверстать невольно упущенное по центральной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
