При невозможности поступить на военный завод, устроиться чернорабочим жел[езно]дор[ожного] транспорта, где проводить диверсионные акты путем организации крушений воинских эшелонов. Кроме этого, проводить фашистскую агитацию среди населения, склонять красноармейцев к переходу на сторону противника.
Бывший красноармеец 765[-го] сп. 5-й гвардейской стрелковой дивизии Байгузинов Адорахим Абдумкерович[46], 1916 года рождения, исключен из ВКП(б), судим за хулиганство, при вербовке и переброске на нашу сторону получил задание устроиться поваром в одной из воинских частей и отравить красноармейцев ядом, который получил от немцев при вербовке.
Бывший командир отделения 112[-й] сд Переведенцев при переброске на нашу сторону получил задание взорвать склады с боеприпасами. Перед этим он проходил 5-дневную подготовку по подрывному делу.
Материалами следствия установлено, что немецкая разведка широко развернула работу по вербовке для шпионской деятельности антисоветски настроенных элементов, дезертиров из Красной армии и уголовников, проживающих в местностях, оккупированных фашистскими захватчиками.
Завербованные используются немцами как для работ в оккупированной местности, так и для переброски на нашу сторону.
При освобождении Красной армией дер. Ратово Ленинского района Тульской области Особым отделом НКВД 50-й армии вскрыта вооруженная контрреволюционная диверсионная группа, созданная немецким командованием для борьбы с партизанским движением, разведками частей Красной армии и для вылавливания красноармейцев и командиров, выходящих из окружения.
По делу арестованы: Жучков Петр Иванович, 1922 года рождения; Голиков Григорий Иванович, 1922 года рождения; Сарычев Павел Никитович, 1922 года рождения; Жучков Иван Степанович, 1922 года рождения. Все дезертиры Красной Армии. [Арестованы] Лубянский Борис Петрович, 1895 года рождения и еще 9 чел[овек], все уроженцы дер. Ратово.
Указанные лица немцами были вооружены револьверами, винтовками и автоматами.
Из материалов следствия устанавливается, что немцы применяют следующие виды переброски агентуры на нашу сторону:
– переброска на транспортных самолетах по 9—10 человек. Этот вид переброски использовался главным образом в первые дни войны;
– переброска агентуры в санитарных машинах под видом раненых красноармейцев;
– групповые переброски через линию фронта по 5—10 человек под видом военнослужащих, выходящих из окружения;
– внедрение массовой агентуры (отдельными подразделениями) в наши части, попавшие в окружение, с последующим созданием выхода этих частей из окружения;
– переброска под видом беженцев…».
Справедливости ради надо сказать, что наряду с успешными операциями по обезвреживанию вражеской агентуры сотрудники особых отделов, случалось, занимались прямой фабрикацией шпионских дел. Так, в вышеприведенном документе фигурирует руководитель шпионско-диверсионной группы А. А. Форст, который 11 февраля 1942 года был осужден военным трибуналом Западного фронта к высшей мере наказания. 7 человек, арестованных вместе с ним по этому делу, были приговорены к различным срокам лишения свободы. Прошло несколько десятилетий, прежде чем повторным расследованием было установлено, что объективных фактов для обвинения Форста, Осипова и других в создании шпионско-диверсионной группы нет… 24 декабря 1990 года все осужденные были реабилитированы Московским городским судом.
Другой известный случай фабрикации шпионских дел сотрудниками особых отделов произошел в 7-й Отдельной армии Карельского фронта незадолго до учреждения управления контрразведки «СМЕРШ».
По материалам следствия, проведенного особым отделом армии, одно из дел представлялось следующим образом:
«Резидент немецкой разведки Никулин, снабженный немецкой разведкой оружием (пистолетом и гранатами), получил от немецкой разведки задание вести обширную шпионскую деятельность в Красной армии – вербовать шпионов, взрывать мосты, поджигать воинские склады, советские учреждения и т. д. Никулин имел в своем распоряжении агентов-связистов, которые, переходя линию фронта, передавали немцам шпионские сведения, собранные Никулиным. В числе других шпионов Никулин завербовал командира Красной Армии младшего лейтенанта Шведова».
Проверка этого дела, произведенная по настоятельной просьбе командующего 7-й Отдельной армией генерал-лейтенанта А. Н. Крутикова[47], дала совершенно иной результат. Выяснилось, что И. А. Никулин – совершенно неграмотный мужик. До войны и во время войны работал плотником на Тихвинской лесобирже и полтора месяца прожил на захваченной немцами территории. Со Шведовым познакомился в то время, когда воинская часть, в которой служил Шведов, располагалась по соседству, где проживал Никулин.
В свою очередь, младший лейтенант Шведов после кратковременного знакомства с Никулиным отбыл вместе со своей частью на Волховский фронт, под Синявино, откуда и дезертировал. Вскоре Шведов был задержан особым отделом 7-й Отдельной армии, ему первоначально было предъявлено обвинение в дезертирстве, а затем в шпионаже. Через некоторое время после ареста Шведов сознался в шпионской деятельности и показал, что в шпионы он был завербован Никулиным.
Дальнейшее расследование показало, что обвинение Никулина и Шведова в шпионаже совершенно бездоказательно и необоснованно.
В итоге по приказу И. В. Сталина от 31 мая 1943 года несколько сотрудников особого отдела во главе с заместителем начальника контрразведки 7-й Отдельной армии подполковником Керзоном были приговорены к пяти годам лагерей или направлению в штрафные роты.
Некоторым из особистов, помимо фабрикации дел, приходилось выступать – умышленно или нет, неизвестно, – в роли пособников фашистам. Об одном из таких удивительных фактов свидетельствует приказ № 0098 Ленинградского фронта за подписями командующего фронтом Г. К. Жукова и членов Военного совета А. А. Жданова, А. А. Кузнецова и И. С. Исакова:
«Сов. секретно
экз. № 42
Приказ
Войскам Ленинградского фронта № 0098
гор. Ленинград, 5 октября 1941 г.
20 сентября к линии обороны 289-го отдельного артиллерийско-пулеметного батальона на участке 2-й роты подошли переодетые в солдатскую форму немецкие офицеры и предложили группе красноармейцев сдаться в плен к немцам. Вместо того чтобы употребить власть и поступить, как требует от командиров воинский долг и присяга, т. е. немедленно захватить фашистских лазутчиков в плен или уничтожить их на месте, командиры взводов – младшие лейтенанты Пономоренко и Ясько и помощник командира взвода Русин, допустили фашистских агитаторов к переднему краю обороны и совместно с некоторыми красноармейцами вступили с ними в переговоры, начали предательское “братание”. В качестве “переводчика” в этих переговорах участвовал заместитель парторга политбоец Барский. После этого пять бойцов перебежали на сторону врага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
