Читаем без скачивания Воровка с того света (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

Печально, что я осталась без одежды. Мокрую и грязную я сняла, а вся остальная пропала вместе с каретой. Подозреваю, что близнецы просто не придали этому факту значения, и я оказалась буквально нагишом. Пришлось мастерить себе изящное платье из шелковой простыни и шнурка от балдахина. Получилась изящная греческая тога. Длинные ноги, узкая талия и заметная грудь все же величайший подарок судьбы (давно ли я стала так думать?) в любом случае простыня на мне смотрелась весьма прилично.

В таком сомнительном наряде я отправилась на разведку. Темные коридоры замка были пусты, и я старалась идти на цыпочках, чтобы по замку не раздавалось гулкое эхо шагов. Не то что я опасалась быть услышанной, просто казалось кощунственным шуметь, где тишина и покой.

Я спустилась на первый этаж, где, словно незаметные серые тени бродили охранники. На меня они не обращали внимания ровно до тех пор, пока я не пристала к одному с вопросом, где здесь можно найти кухню и еду.

— Леди голодна? — серьезно спросил меня мужчина средних лет вооружённый двумя кинжалами за поясом и арбалетом. — Сейчас я разбужу Глорию, она сегодня дежурит на кухне. Но сейчас, думаю, ушла вздремнуть.

— Не нужно никого будить! — тут же встрепенулась я, испытывая неловкость. — Просто, скажите где. Я бы приготовила себе чай. Поверьте, я смогу справиться сама.

Охранник посмотрел на меня с недоверием. Я его понимала. Девица, которая не в состоянии найти себе платье, вероятно, не сумеет приготовить чай. Но спорить он не стал, а объяснил, как пройти в нужную мне сторону. Я поблагодарила и отправилась изучать дом дальше. Волшебным образом, как только я узнала, где находится кухня, мне сразу же расхотелось туда идти.

Я побродила по этажам и наткнулась на дверь. Она располагалась у лестницы и вела, по всей видимости, в северную башню. Я как известная любительница высоты заинтересовалась и дернула ручку посильнее. Потом еще раз и уже начала оглядываться по сторонам, чтобы найти что-то похожее на отмычку. Дома я обычно носила при себе булавку. А тут у меня была только простыня и шнурок.

— Не стоит туда ходить.

От спокойного голоса я даже подпрыгнула и развернулась. За спиной у меня стоял Габриэль. В светлых, слегка волнистых волосах путался лунный свет, а шнуровка на груди серой домашней рубашки была распущена.

— Ты меня напугал, Габриэль! — выдохнула я и привалилась спиной к стене.

— Ты уже нас различаешь? — удивилась он.

— Да. — Я пожала плечами. — Это несложно. У вас разные жесты и выражения лиц. Я путала только пока не знала, что вас двое. Так почему туда нельзя? — поинтересовалась я.

— Потому что ничего интересного там нет. Один старый хлам, ну и лестница обвалившаяся, дверь закрывают на ключ, чтобы случайно кто-нибудь не травмировался. А ты зачем туда хотела?

— Любопытство, — отозвалась я. — А потом мне еще хотелось найти выход на крышу. Люблю смотреть на звезды.

— Пойдем, покажу. Выход есть, но он не здесь.

— Пошли, только я хотела спуститься на кухню и сделать себе чай.

— Тут всегда есть горячий шоколад, — поддержал меня маг. — Глория оставляет его в неостывающих чашках специально для таких полуночников, как мы.

— Это даже лучше! — Я кивнула и, обогнув Габриэля, пошла к выходу. Он последовал за мной молчаливой тенью.

— Кстати… скажи, мне кажется или это простыня с фамильным гербом на уголочке.

— Ну, прости. — Я хмыкнула. — Но в грязную и недосохшую одежду мне влезать совершенно не хотелось. — Другой у меня не было. Пришлось импровизировать.

— Мое упущение. Завтра распоряжусь, чтобы тебе сменное платье.

— Тут так много бесхозной женской одежды? — удивилась я.

— Немного, но, думаю, что-то найти получится, — невозмутимо ответил Габриэль, заставив гадать мне принесут платья служанок или умершей хозяйки.

Глава 10

Мы не стали пить какао на кухне. Взяли неостывающей чашки — большие, с удобной ручкой и поднялись на крышу.

— Ты не замерзнешь? — спросил маг, подозрительно покосившись на мои открытые плечи, но я отрицательно замотала головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет. Ради неба и звезд я готова потерпеть неудобства. К тому же летняя ночь не была холодной. Ветер лишь покрывал кожу мурашками. Не очень приятно, но не смертельно.

Здесь, куда меня привел Габриэль, крыша была плоской, и с нее открывался вид на освещенное лунным светом озеро и горы — такой же был у меня из комнаты, но отсюда он смотрелся масштабнее. Днем, наверное, будет не менее притягательно. А пока лунный свет отражался в неподвижной водной глади и серебрил снежные вершины гор. Пейзаж казался монохромным, мистическим и поэтому завораживал. Серебро, рассыпанное по небу, серебро в черных водах озера серебро, запутавшееся в кронах вековых елей.

— Так красиво, — восхищенно прошептала я и подошла к самому краю, забравшись на парапет. Я два раза чуть не умерла, сорвавшись с высоты, но все равно ее любила. Она меня завораживала. Позволяла чувствовать себя по-настоящему живой.

— Осторожнее, — обеспокоенно сказал маг у меня за спиной, но я только засмеялась.

— Не переживай, не упаду. Высота меня окрыляет. Разве ты не чувствуешь ту свободу, которую она дарует?

Я вдохнула полной грудью свежий воздух и уселась на крыше, свесив ноги вниз, с тоской отмечая, что мне не хватает высоты. Всего три этажа — ничто для той, кто привык бегать по крышам высоток. Возможно, если заберусь на крышу ратуши, будет лучше? Только вот Габриэль запретил даже соваться в то крыло дома. Вопрос почему?

Немного подумав, маг присоединился ко мне, устроившись совсем рядом. Так, что я обнаженным плечом чувствовала тепло, исходящее от его тела. Внезапно захотелось, чтобы Габриэль меня обнял. Просто так, чтобы согреть. Правда, просить я его об этом все же не рискнула.

— Я испугался за тебя, — признался маг неожиданно и я замерла.

— Почему? Слишком ценный эксперимент?

— Не только… — отозвался он, уставившись куда-то вдаль на серебряную лунную дорожку. — Я испугался именно за тебя.

— Я сама за себя испугалась. Как-то невесело получить жизнь, пусть и не ту, которую хотела. И тут же ее лишиться.

— Скучаешь по своему миру? — спросил Габриэль, сделав большой глоток какао. Я последовала его примеру. Напиток оказался горячим, густым и насыщенным. Лучший горячий шоколад в моей жизни. Вопрос Габриэля требовал размышлений. Я так просто не могла на него ответить.

— Там я умерла… — Я, наконец, более или менее связно сформулировала свою мысль. — Глупо сожалеть о том, что получила второй шанс.

Габриэль посмотрел на меня задумчиво и долго, а потом нежно убрал от лица прядь волос. Я на секунду прикрыла глаза и прижалась рукой к его ладони, растворяясь в притягательно тепле, но потом отстранилась. Я не знала, что чувствую. И не понимала, как реагировать на нежность, которая, возможно, проявлена просто к красивому телу.

Габриэль все понял и убрал руку, просто долго посмотрел на меня и снова глотнул из кружки.

— Мы с Алексом могли часами сидеть на этой крыше. Прибегали сюда летом каждую ночь… иногда встречали рассветы. Я рад, что тебе понравилось это место.

— Спасибо, что показал, — сказала я и положила голову ему на плечо. Просто потому, что так захотелось. В этот момент казалось очень логичным.

Габриэль повернулся и нежно скользнул рукой по моему подбородку, обхватывая его и заставляя чуть приподнять голову навстречу к его губам, и тут за нашими спинами раздался подозрительно бодрый голос Алекса.

— Так и знал, что мою любимую крышу кто-то занял!

Мы отпрянули друг от друга, и я внезапно почувствовала себя очень глупо здесь на этой крыше почти целующая Габриэля. Словно я что-то должна Алексу или его брату. Идиотская ситуация. Как получилось, что меня с ними обоими связывает нечто, заставляющее испытывать неловкость. Я злилась на Алекса зато, что нарушил момент, и в тоже время была ему за это же благодарна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я вообще собралась уходить. Освобождаю твою территорию.