На морской набережной Нанта русские расчехлили свой прибор, и сотрудник Терры смог сделать несколько очень четких его снимков. Это оказался несколько модифицированный аппарат климатического наблюдения, серийно выпускаемый фирмой «Siemens». Всякие сомнения Терры растворились окончательно. Один из русских тем временем сворачивал и зачехлял прибор, а второй набирал что-то на клавиатуре своего сотового телефона. «Он пишет SMS, – сказал Терра, – быстро организуйте перехват. Упустите – лично позабочусь, чтобы вы регулировали движение где-нибудь в глухой провинции до конца своих дней». Сотрудники не подвели. У них все было готово. Достаточно было звонка агенту, который уже сидел в коммуникационном центре сотового оператора. SMS состояло из двенадцати групп цифр, разделенных запятыми. «Может означать что угодно, – подумал Терра озабоченно, – а может не значить ничего». Он распорядился изучить снимки прибора, выяснить точно его модель и раздобыть его описание. Но все оказалось не так просто. Никакой подсказки к расшифровке описание прибора не дало. И еще Терра снова упустил момент, когда русские сбыли с рук свой прибор перед прохождением контроля в аэропорту имени Шарля де Голля. Пометав громы и молнии в адрес своих агентов положенное количество минут, Терра успокоился, отправил их брать билеты в Брюссель, а сам позвонил заместителю главы Еврокомиссии. Он доложил о действиях русских, о приборе и об SMS, которое пока не удалось расшифровать.
– Что-нибудь еще? – спросил чиновник.
– Нет, – ответил Терра, – за исключением того, что они каким-то образом переправляют сами себе прибор по Европе, и я пока не знаю, каким.
– Где вы ожидаете их в следующий раз?
– В Германии, – уверенно ответил Терра.
– Почему?
– Они поедут с юга Германии на север, – также уверенно проговорил Терра. – Я думаю, они прилетят в Мюнхен, а улетят из Гамбурга. Потом будет Великобритания. Потом Испания или Португалия.
– Вы так и не сказали, почему.
– Я только не уверен в последовательности Великобритания – Испания, сэр. Но это будет легко отследить по получению ими британской визы. Им надо к началу зимы закончить свое исследование. У них хватает дней в шенгенской визе на две-три страны. Если им нужно море, значит, им нужен Гольфстрим. Я бы на их месте в декабре оказался в западной точке Европы, на побережье океана. До этого времени они успевают заполнить еще один пробел. И это самый центр Европы. То есть Германия.
– Хорошо, Терра. Продолжайте работать. И докладывайте, когда появится что-то существенное.
Терра не стал рассказывать еврочиновнику о «неготовности старушки к климаксу». Он понял, что такой информации вполне могло бы хватить, чтобы снять капитана Интерпола с дела. Но Терра не собирался дать им возможности избавиться от него. Он доведет дело до конца, прижмет русских в Англии, Испании или Португалии и возьмет их с прибором, данными и их собственными головами, из которых он выжмет все, что там есть, не чинясь и не заботясь о правах человека. Права человека – это для европейцев, русские шпионы, да еще стоящие между его будущими детьми и их хорошим образованием, никаких прав не имеют.
Двое русских действительно через пару недель объявились в Германии и действительно прибыли в аэропорт Мюнхена. Немецкие коллеги сработали четко, и сотрудники Терры вели русских от самого выходи из таможенной зоны аэропорта. К тому времени Терра уже успел подготовиться, и поэтому кружение русских на арендованной машине по Баварии не было для него загадкой: русские проезжали именно те районы, где прошлой зимой стояли самые сильные морозы. Всю весну и лето шли ремонты, и все равно к концу осени еще не все было готово. Совершенно не стесняясь, русские остановились у одного из мест, где происходила перекладка подземных коммуникаций, перелезли через ограждение и нагло рассматривали все, что делают рабочие, пока к ним не подошел здешний менеджер с вопросом, какого черта им надо. Русские пожали плечами и ушли. Они сели в машину и уехали, но, как выяснилось, недалеко. У немцев не бывает обедов не по расписанию. В час дня фрицы расселись по машинам и отправились жрать свои колбаски. А русские вернулись пешком, переодевшись в спортивную одежду. Они огляделись по сторонам и, перешагнув ограждения, полезли под землю. Терра выбрал хорошую наблюдательную позицию – русские его не заметили. На исследование места ремонта у русских ушло не больше пятнадцати минут. Отряхиваясь, они вылезли на поверхность, и один из них произнес фразу, которую уловил микрофон дальнего мониторинга и которую через пять минут Терре переслал на английском брюссельский переводчик: «Такой порядок хуже нашего полного беспорядка (смысловой перевод жаргонного слова). То ли перестали понимать, то ли никогда и не понимали. Я шокирован (смысловой перевод жаргонного слова)».
Потом русские двинулись севернее и посетили три маленьких швабских городка, которые в прошлую зиму были относительно обойдены морозами: Нойфен, Донздорф и Нюртинген. Это были промышленные городки. На их окраинах сплошь располагались фирмы, занимавшиеся машиностроением, промышленной электроникой и химическим производством, и сплошь, если не в их названии, так в описании деятельности, встречался корень «Maschine». Все это находилось в глухой провинции, по сути дела, посередине «нигде», но это самое нигде было просто нашпиговано промышленной и технологической мощью Германии, которая, пусть и сдала в последнее время под натиском азиатов, но все еще оставалась внушительной. Кроме топ-менеджмента, который могли нанимать и из других федеральных земель, здесь работали в основном местные жители, всю свою жизнь вкалывавшие на одних и тех же заводах и фабриках или в местных магазинчиках, ресторанчиках и автозаправках. Эти местные, швабы, были, пожалуй, самыми противными из немцев, по природе своей ленивые, медлительные и страшно прижимистые. Поистине, Терра мог только удивляться, как этим людям удавалось поддерживать работающей всю эту окружавшую их промышленную махину. Русские посетили шесть предприятий и восемь ресторанов. Однажды команде Терры удалось сделать очень неплохой аудиоперехват довольно длинного фрагмента их беседы. Как ни странно, речь шла именно о том же, о чем думал Терра. Само по себе это не говорило ни о чем: сотрудники русских фирм вполне могли перемыть этой теме все косточки – она просто лежала на поверхности. Но Терра насторожился. Ему очень захотелось узнать, кто и почему так радушно принимает русских и на французских, и на немецких заводах. Отправив запрос немецким коллегам, он направился за машиной русских в Штутгарт, и в этот самый момент дойчи все-таки его подвели, причем всерьез. Машина, за которой следил Терра, поехала не в отель, забронированный русскими, а в контору проката автомобилей. Терра достал свой бинокль, присмотрелся к двоим, сидевшим в машине, и чуть не задохнулся: это были совершенно неизвестные ему люди. Дальнейшее понятно: сдавшие на станции «Sixt» автомобиль немцы сели на такси, доехали до автосалона, забрали там два новеньких фургончика «Volkswagen Transporter» и взяли курс обратно в Нюртинген. Терра перехватил их на выезде из Штутгарта. Это были сотрудники одной из фирм, которую посещали русские. Для их компании были готовы эти фургончики в автосалоне, и они ездили за ними в Штутгарт. Заодно шеф попросил сдать в «Sixt» машину, взятую напрокат его гостями. Что за гости и что они делали на их фирме, сотрудники, естественно, не знали. Терра титаническим усилием воли заставил себя не думать о том, решили ли русские сбросить хвост и, если да, то почему, и пять минут придирчиво изучал карту Германии. «Нет, – решил он, – мимо Франкфурта или Дюссельдорфа с Кёльном они никак не проедут».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
