— С тобой все в порядке, Рейчел? — спросил он и перевел взгляд на Джонни. В глазах его явственно обозначилась неприязнь.
— Вы очень вовремя явились, — нахально усмехнулся Джонни. — Я как раз собирался сорвать с нее платье.
— Да как ты?.. — враждебно прошипел Роб.
— Конечно, я в порядке. — Рейчел поспешила взять Роба за руку, одновременно смерив Джонни свирепым взглядом, которым надеялась усмирить его. Голос ее прозвучал вдвойне резко: она была раздражена поведением Роба (который почему-то нашел рискованным ее общение с Джонни) да и идиотским выпадом самого Харриса. — Джонни шутит, не правда ли? — Легкое ударение в конце вопроса должно было подсказать Джонни единственно верный утвердительный ответ.
— О да, сущая правда. — Но интонация таила в себе провокационный оттенок.
Рейчел хмуро уставилась на Джонни. Почему он так стремится настроить окружающих против себя?
— Ты готова? Мы опоздаем на концерт, — отрывисто произнес Роб и взял ее за руку.
Рейчел заколебалась, взгляд ее метался от одного мужчины к другому. Оба источали неприкрытую взаимную ненависть, так что процедура представления их друг другу выглядела бы по меньшей мере нелепо. Полные противоположности, они бы в любой ситуации невзлюбили друг друга с первого взгляда. Сорокалетний интеллигентный Роб выглядел весьма изысканно в дорогом сером костюме и шелковом галстуке песочного цвета. Средний рост и коренастое телосложение, скорее, добавляли ему солидности и респектабельности, присущие верхним слоям среднего класса. Его светло-каштановые волосы были коротко и стильно подстрижены так, что даже намечавшаяся на затылке лысина, которую Роб и не стремился камуфлировать, вовсе не портила впечатления. Пусть и не такой красавец, как стоявший напротив соперник, и, конечно же, не такой вызывающе сексуальный, Роб тем не менее выгодно отличался от него в плане жизненной перспективы. И для разумной женщины это, естественно, было гораздо важнее.
— Я готова, — сказала Рейчел, ответив на легкое пожатие его пальцев. — Но перед уходом мне нужно поговорить с Джонни, это займет минуту, не больше. Ты не станешь возражать, если я попрошу тебя подождать меня в магазине?
Роб нахмурился, дав понять, что еще как возражает. Она игриво улыбнулась ему:
— Ну пожалуйста. Обещаю одну минутку, не больше.
Он не ответил на ее улыбку. Зато адресовал Джонни взгляд, в котором читалось недвусмысленное предупреждение.
— Я подожду за дверью, — произнес Роб, намекая на то, что будет в пределах досягаемости, если вдруг Рейчел понадобится его помощь. Она подавила вздох облегчения, когда Роб наконец выпустил ее руку и вышел из кабинета. Поистине респектабельному тейлорвиллцу трудно было реагировать на Джонни иначе, кроме как с повышенной подозрительностью.
— Я и не знал, учитель, что в вас таится такая сладостная женственность. — Джонни улыбался, но его интонации были начисто лишены добродушия. — «Пожалуйста», — говорит она, и он тут же тает под нежным взглядом ее огромных глаз. Вы с ним спите?
— Однажды, — отчеканила Рейчел, — кому-нибудь удастся заткнуть твой поганый рот смачным ударом в челюсть. Очень хотелось бы, чтобы этим смельчаком оказалась я.
— Ответьте на мой вопрос. Итак?.. — Улыбка померкла на его губах.
— Это не твоего ума дело. Если ты не наладишь контакт с Беном, мне придется тебя уволить, а безработного, тебя тут же вернут обратно за решетку. Ну, как перспектива, упрямец?
Джонни скривил рот.
— Никогда не произносите угроз, выполнить которые не в состоянии. Вы так же не посмеете уволить меня, как только что не посмели вызвать полицию.
— Неудачный пример. — Рассердившись, Рейчел отвернулась от него и направилась к двери. Она чувствовала на себе его взгляд, от которого ей вдруг стало неуютно. Передвигаясь на высоких каблуках, она невольно покачивала бедрами.
Женщина уже была возле самой двери, когда вдруг Джонни издал странный звук, заставивший ее обернуться.
— Рейчел, — произнес он хриплым шепотом, глядя на нее в упор, — не спи с ним. Спи лучше со мной.
На мгновение у нее перехватило дыхание — неожиданные слова коварным змием-искусителем подкрались к самому сердцу. Лишь заставив себя двинуться с места, она смогла разорвать державшие ее путы.
10
Концерт, состоявшийся под огромным шатром на берегу озера, прошел с большим успехом. Во всяком случае, Рейчел так сказали. Сама же она была настолько поглощена своими мыслями, что едва ли слышала хотя бы ноту.
Жар, в который повергли ее слова Джонни, спал лишь к концу действа, когда разодетая публика начала покидать свои трехсотдолларовые места. Под музыку Моцарта и Шопена прихотливое воображение рисовало Рейчел знойные сцены ее грехопадения с Джонни Харрисом. Ей приходилось делать над собой усилие, чтобы изгнать непристойные образы. Но если с разумом еще удавалось справляться, налившиеся сексуальным волнением груди и возбужденная плоть подчиняться отказывались. И тем не менее Рейчел нашла способ обуздать непокорную буйную фантазию, сосредоточившись на реальности. И речи не могло быть о Джонни Харрисе как партнере по постели, каким бы сексапильным она его ни находила. Рейчел была достаточно рассудительна, чтобы спать с мужчиной лишь ради усмирения взыгравшей похоти. В ее возрасте пора уже было думать не просто о мужчине, но о муже и детях, тем более что перед глазами имелся пример младшей сестры, которая обзавелась семьей и родила трех дочерей. Джонни Харрис явно не принадлежал к числу тех, с кем можно было связывать надежды на будущее.
Хотя Рейчел и была убеждена в его невиновности, факт оставался фактом: Харрис был осужденным, и в этом смысле ее мать права. Стереть такое позорное клеймо невозможно. Так же как переубедить враждебно настроенных горожан. Единственное, что могло в корне изменить ситуацию, так это поимка настоящего убийцы, но Рейчел сомневалась в вероятности подобной развязки. После ареста Джонни она долго билась над разгадкой тайны смерти Мэрибет Эдвардс, сочиняла разнообразные сценарии происшедшего, где в роли убийцы побывали все подозреваемые. Впрочем, на самом деле трудно было представить, чтобы кто-то из тех, кого она знала, оказался способен на столь чудовищное преступление, поэтому претенденты на роль главного злодея отсеивались один за другим. Рейчел все более склонялась к версии о том, что Мэрибет стала жертвой залетного серийного убийцы-маньяка, охотившегося за молоденькими девушками.
Но и это предположение казалось слишком уж надуманным — такие сонные городки, как Тейлорвилл, убийцы-гастролеры не очень-то жаловали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
