Всем, кто возразит, что Моррис Билл писал не про наше время, советую заглянуть в новостной журнал Time от 22 декабря 1980 года, но в рубрику «Право», а не «Медицина».
Там говорится, что двумя годами ранее молодая пара бежала из Массачусетса в Мексику, потому что не хотела следовать решению суда продолжать лечить с помощью химиотерапии их трехлетнего сына Чада (Chad), страдавшего лейкемией. Через девять месяцев «неамериканского» лечения мальчик умер, и родители остались не только без ребенка, но и без дома, так как в США против них было возбуждено дело.
Разумеется, никто не мог доказать, что мальчик выздоровел бы, если бы его подвергли пресловутым американским методам лечения, тем не менее, американские власти по нашептыванию всемогущей медицины утверждали, что было бы именно так.
Если бы результаты лечения с помощью химиотерапии в Америке были положительными, родители, скорее всего, согласились бы ее продолжить вместо того, чтобы тратить силы и деньги на бегство в Мексику. Большинство людей, которые отказались от традиционных методов и прибегли к экзотическим, сделали это, потому что пациента было уже невозможно спасти, потому что прежнее лечение оказалось неэффективным. Но, разумеется, такая точка зрения не является официальной.
Далее статья в Time указывает:
«Бывший исполняющий обязанности главного прокурора Джонатан Брант (Jonathan Brant), который в 1978 году представлял сторону обвинения в этом деле, сообщил суду, что Чад отметил бы свой пятый день рождения на этой неделе, если бы родители согласились на химиотерапию».
Разумеется, судья, как и все американцы, подвергавшиеся промывке мозгов, искренне верил в это, хоть все факты свидетельствовали об обратном.
Наступление рака
Из цифр, которые ежегодно публикуются Американским онкологическим обществом (American Cancer Society) и Службой статистики народонаселения (Vital Statistics), следует, что заболеваемость раком постоянно растет. В 1968 году от рака умерло 16,6 % американцев, в 1970 этот показатель равнялся 17,2 %, в 1975 достиг 19,3 %, в 1978 превысил 20 %, а в 1984 году составил 25 %. Причем во всех так называемых цивилизованных странах, где служба здравоохранения сходна с американской, картина примерно такая же. Министр науки Ризенхубер (Riesenhuber) в августе 1984 года привел официальные данные о том, что 25 % всех смертей в ФРГ приходятся на онкологию.
Таковы результаты прибыльных онкологических исследований, которые в течение двухсот лет проводились исключительно на животных.
В 1773 году во Франции некий Бернар Пейриль (Bernard Peyrilhe) впервые описал онкологический эксперимент на животном. Он ввел собаке «раковую жидкость», взятую у пациентки с раком груди, чтобы получить первый приз за доклад на тему «Что такое рак»; приз этот предложила Академия наук в Лионе.
С тех пор не миллионы, а миллиарды животных всех известных видов погибали за огромные деньги налогоплательщиков и всего общества, и нас уверяли, что это лучший способ «разгадать тайну рака» – которая не является тайной, ибо подавляющее большинство онкологических заболеваний хорошо известны, и их можно предотвратить через профилактику. Но Медицинская Сила оставляет профилактику в стороне, ведь она не несет с собой денег.
Таким образом, безмерно расточительные попытки найти «целебное средство» от рака через вызывание болезни у миллионов животных ежегодно стали самоцелью, они так же бесполезны и глупы, как и стремление контролировать преступность с помощью компьютера. Все должны были бы понимать – то есть, все те, кто не совсем утратил аналитические способности вследствие регулярного промывания мозгов – что экспериментальный рак (вызванный через пересадку раковых клеток или другим искусственным и насильственным методом, например, с помощью неправильного питания или введение вредных субстанций) должен в корне отличаться от рака, возникающего самостоятельно и, к тому же, у человека. Спонтанная онкология тесно связана с организмом, который вызывает ее и, возможно также с психикой, в то время как между пересаживаемыми раковыми клетками и чужим организмом, выполняющим лишь роль питательной среды, нет никакой связи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тем не менее, страх перед ужасной болезнью, возникающей преимущественно вследствие соприкосновения с продукцией химический лабораторий, стал для фармацевтических предприятий и медицинского истеблишмента неиссякаемым источником дохода. В XX веке так называемые «онкологические исследования» и «лечение рака» стали невиданным ранее золотым дном.
* * *
Из статьи «Почему онкологические исследования потерпели крах» (Why Cancer Research Has Failed) в The Star, Йоханнесбург, 10 апреля 1981 года: «Возможно, причина, по которой онкологические исследования столь безуспешны, заключается в экспериментах на животных, у которых, как правило, развиваются другие виды рака, нежели те, от которых страдает человек». Это точка зрения доктора Роберта Шарпа (Robert Sharpe), приглашенного на симпозиум, посвященный экспериментам на животных.
Доктор Шарп сказал, что альтернативные методы испытаний в онкологических исследованиях существуют, но не находят широкого применения.
«Заслуживающее доверия исследование показало, что в Британии наблюдается тревожная тенденция увеличения заболеваемости раком. Причина, по которой научные поиски столь безуспешны, может заключаться в том, что они сосредоточены на проведении экспериментов на животных».
* * *
Как же проводятся эти «онкологические исследования»? Самозваные ученые в вивисекционных лабораториях не имеют ни малейшего понятия, как исследовать болезнь. Они умеют только вызывать разные болезни, в том числе рак. Здесь они проявляют исключительную изобретательность и добились успеха.
«Дайте нам много денег, чтобы мы смогли купить много животных. Чем больше денег и животных, тем больший успех нас ждет». Действительно, некоторый успех.
Животным имплантируют опухоли под кожу, а потом наблюдают, как они растут и в конце концов поражают жизненно важные органы. Болезнь прогрессируют, а страдания усиливаются, пока не наступает смерть. Других животных подвергают воздействию больших доз облучения, чтобы изучить его действие на вызванный искусственным путем рак, который, как уже говорилось и как доказали многие ученые, не имеет никакого отношения к болезни, возникающей спонтанным путем у людей.
Часто конечности животных облучают так интенсивно, что в них развивается гангрена, и они в конце концов отваливаются. Другим животным скармливают большие количества канцерогенных или предположительно канцерогенных веществ. В результате у них начинается рвота и длится до тех пор, пока от судорог не наступает смерть. Многие животные с большими опухолями отказываются от еды и воды, в результате, рост опухолей замедляется, но одновременно растягиваются и страдания. Кроме того опухоли могут воспаляться и животное погибает от общей инфекции. Раковые образования им выращивают на всех частях тела – на груди, позвоночнике, хвосте, ушах… А «сокамерники» часто отгрызают внешние опухоли. Других животных с искусственно вызванным раком держат на холоде или на жаре, чтобы пронаблюдать воздействие температуры на рост опухолей.
Как в Европе, так и в Америке в книгах можно прочитать множество аргументированных сообщений об онкологических больных, которые получили смертный приговор от официальной медицины, но полностью выздоровели – обычно, благодаря правильному питанию и образу жизни. Но медицинские правящие круги легко находят отговорку: «Если пациент выздоровел, значит, это был не рак», не обращая внимания на тот факт, что диагноз «неизлечимый рак» им поставили «признанные» врачи с помощью «признанных» методов.
* * *
Вот газетная заметка, появившаяся 7 сентября 1979 года в Philadelphia Inquirer и цитирующая некую Дэбби Дэвис (Dabbie Davis):
