Глава 10
По пути из Хатегата я успел продумать приоритеты дел. Магазинные маговинтовки — вот что должно пойти в первую очередь. Боеприпас к ним, само собой, и не только пули, но и пириты, установленные на неизвлекаемость. Значит, и галенит тоже. То и другое у нас в достаче. Кокс как топливо. Это значит, крупные куски без пыли. Наверное, такой найдется, но проверить надо. Морских мин нет, их сделать все равно не успеют, а вот противопехотные МОНки — это да. У меня есть две штуки в приличном состоянии. Корпус третьей сильно покорежило, выправить можно, но быстрее сделать новый. Проверить, хватит ли поражающих элементов.
Хорошо бы, конечно, сколько-то самозарядных винтовок, но еще не факт, что их вообще можно пускать в серию. А если и так, то очень не хочется светить их среди казаков. К тому же самозарядки более трудоемки в изготовлении. Нет, пусть подождут. Впрочем, разве что для моих стрелков… Посмотрим.
Что у нас по нужным кристаллам? Во-первых, даже если установка Сафара и не отлажена, отполировать штуки три танзанита он сможет. А если я или Сарат к нему в помощь, то и больше. И еще нужен кварц — универсалы всегда пригодятся. Стоп, опять не в тему. Думать нужно не о том, что пригодится, а о том, без чего ну никак не обойтись.
Еще раз стоп. А не дурак ли я? Думаю, прикидываю, строю шикарные планы. А все это может полететь кувырком под влиянием какого-то нового обстоятельства, о котором мы сейчас ни сном, ни духом. Поэтому размышлять как раз нужно о перспективных вещах, а злоба дня пусть себе довлеет… дневи.
Поэтому ставим в перспективные планы создание оружия уже не стрелкового класса. Придется послать старшину на север к уже известному месторождению шпинели. Больше некого, у него купецкая жилка есть, а мы с Сафаром будем очень заняты. На всякий случай дать ему магофон… хотя нет, на расстояние сто миль он не добьет. Тем более местность холмистая, почти гористая. И устроить мозговой штурм по поводу конструкции. Кое-какие задумки у меня есть, но пусть ребята расстараются.
Что еще на перспективу? Начать строительство корабля, а где? Идея относительно использования Пограничья хороша, спору нет, в части быстроты строительства (кстати, не забыть спросить Кимира, как у него с запасами сухой древесины), но в части сохранения тайны место так себе. Пограничье — не остров, имеет налаженные связи с центральными областями. Пусть даже к казакам не ездят посторонние (хотя и это возможно), но сами-то они еще как ездят. И могут проболтаться… нет, что я говорю: обязательно проболтаются. Через месяц, самое большее, Академия будет знать, что у Ржавой Горки есть верфь, а на ней строят корабль океанского класса. Интересно, какие оргвыводы сделают? Если информация попадет к Тофар-уну, то она прекрасно ляжет в схему, которая у него уже есть: моя команда собирается в океан на необитаемые острова за кристаллами. В этом случае препятствий у нас не будет. Но инфа может уйти к кому-то еще.
Какие тут видятся варианты? Первый и самый очевидный: вообще ничего не строить в Ржавой Горке. Все работы в Черных землях. Рассекречивание строительства может произойти только, если найдется толковый аналитик и подумает над назначением грузопотоков. Хотя и их замаскировать можно: пустить часть из них по реке хотя бы и через ту самую Ржавую Горку. Выполнимо. И разговоров будет меньше, чем если строить большой корабль.
Второй вариант: строить корпус корабля на Ржавой Горке, а потом переправить его на главную верфь и там достроить. Осуществимо? Вполне. Целесообразно? Под вопросом. Я не имею представления о том, что более трудозатратно: корпус или оснастка. Ради выигрыша в тройку недель не стоит и огород городить. И потом, корпус обитатели Ржавой Горки все равно увидят. И оценят размеры. И конечно, будут чесать языками.
С подобного рода размышлениями дорога до дома показалась совсем не длинной. А под конец я и вовсе отставил мысли в сторону, просто наслаждаясь неярким весенним солнцем.
Как обычно, по приезде было положено выслушать доклады. Первым, вопреки обыкновению, вылез Сафар. Немножко лошадиная морда парня светилась довольством. Сначала я подумал, что его любезная Хаора наконец-то ему дала, но потом решил, что причина, вероятно, в том, что удалось довести до ума станок, предназначенный для резки и полировки — в противном случае он не торопился бы с докладом. И оказался почти прав. Вместо доклада парень положил на стол блистающий ровнейшими гранями двадцатигранный кристалл кварца сантиметров пять в поперечнике. Намек был ясен, терять время на ненужные расспросы не стоило:
— Сколько времени ушло?
— Точно не скажу; от получаса до часа.
Этот ответ навел меня на мысль обзавестись своими часами. Придется для этого заготовить с пяток комплектов специализированных кристаллов для часов. Два комплекта можно спокойно сменять на готовые часы, а еще три тому же часовщику и продать.
— Какие трудности?
Мой мастер-гранильщик со всей очевидностью был готов к вопросу:
— Нелегко с мелкими кристаллами. Их надо очень аккуратно закреплять и очень тщательно выводить углы. От этого работа идет медленно. Думаю, будь этот же кристалл дюймового размера — и двух часов не хватило бы. Впрочем, все равно быстрее, чем твоя полировка. И еще одна трудность с неправильными кристаллами…
Разумеется, подразумевались кристаллы неправильной формы, но я уже привык к такой манере выражаться.
— …на них иной раз не сходу найдешь главную ось…
Сафар, конечно, имел в виду характерную для кварца ось симметрии шестого порядка.
— …и все равно я сделал восемь танзанитов, да пару красных гранатов, да бесцветного кварца двенадцать штук. Цирконы не трогал.
Надо было восхвалить парня, что и было сделано:
— Когда появится Гильдия гранильщиков кристаллов — быть тебе Первым мастером. Ты уже сейчас этого достоин…
Реакция предвиденная.
— …а что цирконы не трогал — правильно. Их огранка очень непростая.
И это чистая правда. Я запланировал дать им что-то вроде алмазной огранки. Не знаю, когда это удастся сделать, но чувствую, что надо. И алмаз надо бы огранить, но уж это точно не первым приоритетом. Уж больно работа кропотливая.
— И еще момент, командир. Фараду я сказал, что этот станок для измерений граней кристаллов. Для диссертации то есть.
— Ну, ты хитрец из хитрованов… Все правильно предусмотрел; если у Фарада будут неприятности, то они по нам же хвостом ударят.
Как бы у Сафара приступ зазнайства не случился, от такого-то количества комплиментов и похвал.
Второй была Моана.
— Первый вопрос к вам: как там Ира?
— Она молодая здоровая женщина. И у нее все проходит так, как и должно идти у молодой и здоровой. Это понятно?
Ага. Мало я знаю случаев патологий беременности, что ли? Именно это я сдуру и ляпнул. Темные глаза госпожи доктора магии стали похожими на грозовые тучи с проблесками молний:
— Должна ли я вас понять…
— Отставьте пикировку, Моана. Я беспокоюсь об Ире потому, что должен это делать. Независимо от ее состояния — это понятно?
Тучи становятся менее грозовыми.
— Ладно, из уважения к вам проявлю снисходительность. Теперь: вот что я услышала от академика Тофар-уна…
Услышанное мне очень не нравится. Но для хорошего анализа нужно набрать побольше фактов.
— Все, что я сейчас скажу, я знаю от вас, а вы, как понимаю, от покойного Хадор-ала. Итак: нами интересуется Рухим-аг. Это лучший боевой маг Академии, в этом смысле почти универсал, поскольку силен во всей стихийной магии, третий по влиянию член Академии, принадлежит к группе ревнителей сохранения стабильности общества. Иначе говоря, наш враг изначально. У вас есть еще что-то добавить?
Пауза. По-видимому, Моана собирается с мыслями.
— Все так, но есть еще кое-что. Он ни в медяк не ставит общепринятые правила; по этой причине его почти все не любят, и очень многие боятся. О его отношении к тем, у кого нет магических способностей… ну, думаю, вы сами догадаетесь.
А вот это, пожалуй, положительная информация: меня и мою команду он будет недооценивать. И одновременно отрицательная: означенный академик, выходит, без колебаний нарушит эти самые правила в отношении к магам жизни. Значит, и сама Моана может попасть под удар. Надо заранее обдумать контрмеры…
— То, что вы сказали, Моана, надо обмыслить. Попросите Хорота зайти, будьте добры.
Пока за ним ходили, я успел набросать пару эскизов.
Степень лохматости моего главного оружейника была ниже обычной. Я счел это добрым знаком и не ошибся.
— В общем, командир, разработка самозарядной винтовки завершена. По подсчетам испытателей, один отказ на сто пятьдесят выстрелов…
Дальше последовал рассказ о том, какое это замечательное оружие. Я терпеливо выслушал.
— …в общем, с нашим оборудованием я готов изготавливать по винтовке в день. Или даже больше, если часть деталей делать на стороне.
