Закончив печь и накрыв столы для челяди, мы с подносом полным оладий пошли дальше, в дворцовый храм. Он располагался в самой высокой башне дворца.
— Там ты не найдешь не икон, не идолов своих богов. Только образы моих проотцов и проматерей, да Творца Всевышнего, в образе всевидящего ока, но есть у нас храм и твоих богов, попроси Мирану, сводит тебя.
Боги — есть суть предки наши, ибо мы ветви их прямые. Ничего удивительного, что существа живущие тысячи лет, молятся напрямую своим предкам, без посредников богов.
Жрецы в храме воспевали нам всеношные здравницы. И не остановились даже когда мы вошли.
Зал храма был круглым по его периметру стояли величественные статуи из белого камня. Возле каждой статуи поделенной на две половины, сверху люди, у ног их драконы, горели костры. Шесть мужчин и шесть женщин, стояли парами.
— Великие проматери, и проотцы мои, ведущие род наш с того времени, когда и времени то самого еще не было.
Огнеяр вел меня по кругу, от первой статуи к последней, называл имена своих предков, но я не слышала его голоса, бросая в огонь каждому по лепешке, я видела их красивые, величественные лица, в высоких всполохах огня, что вздымались после принятия жертвы. Предки мужа мне приветливо кивали, они принимали меня, и только в огне последней пары, статуй родителей Огнеяра, мне вдруг причудился уродливый демон, что попытался кинуться на меня из пламени, а по ушам резанул отчаянный женский крик, что раздался в моей голове:
— Беги отсюда, девочка! Беги!
Демон был настолько уродлив и реален, что от испуга я шарахнулась так, что налетела на алтарь с дарами, упала, ударилась головой об него же, и мир померк для меня.
Глава 20
Пришла в себя я, когда муж нес меня на руках обратно.
— Как ты? — спросил он, заметив, что я открыла глаза.
— Хорошо, — честно ответила, прислушавшись к себе.
Чувствовала себя я действительно хорошо, только голова немного кружилась. Должно быть, все обошлось благополучно только благодаря драконей крови. Ибо головой я приложилась, как помниться, знатно. А от воспоминаний жуткой морды, что кинулась на меня из огня, меня снова пробрало жутью.
В голове у меня было много вопросов, но поскольку за нами шла целая толпа людей, я сдерживалась, пока не оказались в покоях.
— Прислать лекаря? — спросил Варун уже у самых дверей.
— Нет необходимости, все хорошо, — заверила я с улыбкой.
— Продолжайте гуляния, — велел муж, уже войдя со мной в покои.
— Уверен? — Варун явно напрягся.
— Да, — твердо кивнул муж.
Как только двери закрылись, и муж понес меня к ложу, я не выдержала:
— Что это было в храме? — ответом мне стало лишь напряженное молчание. — Кем был твой отец? Почему в огне, я увидела уродливого демона, который попытался на меня напасть, а в голове услышала отчаянный женский крик, советовавший бежать отсюда. Как демон попал в храм? Как такое возможно?
Спросила и задохнулась от ужаса, потому что знала, что возможно это лишь в одном случае!
— От частички души кого из богов идет твой род? — спросила, боясь и дышать.
— И тьма, и свет — все едино. Все грани Творца Всевышнего, — ответил муж, аккуратно положив меня на постель.
От более чем прозрачного ответа, кровь в моих жилах заледенела.
Значит, только его увидев, я не ошиблась с предположениями — дракон является порождением темного пантеона.
Твоя мать полюбила темного?
— Он ее полюбил, — сухо ответил дракон и принялся раздеваться.
Снял кафтан и повесил на стул, затем рубашку. Мне и хотелось бы отвернуться, или закрыть глаза, но я отчего — то боялась, что дракон оскорбиться.
А он не такой уж и худой, без своей темной одежды, плечи широкие, руки переливаются мышцами. Ниже, старалась не смотреть.
Огнеяр не спешил развивать разговор, по его заострившемуся лицу и холоду в глазах, видно было, что тема эта, ему глубоко неприятна, но я должна была все знать, раз уж я теперь часть этой семьи и на мне лежит немалая ответственность продолжения рода. Я имела право знать, чего мне здесь следует опасаться.
— А почему он меня пугает? Не хочет, чтобы его род продолжался? Почему? Когда муж снял штаны, я таки не выдержала, отвернулась.
— Я все расскажу, обещаю. Но давай не сейчас. Не время — дракон сел на постель и нежно провел рукой по моему лицу. — Не бойся ничего. Моя кровь
— надежная защита ото всех напастей и бед. Даже от моего огня защитит. Ляг на живот.
Я покорно перевернулась на живот, и муж начал расстёгивать крючки на платье.
Мне отчаянно хотелось говорить и говорить. Что угодно. Лишь бы не молчать и хоть немного отвлечь его от главного. Но я прекрасно понимала, что это лишнее, а потому, закусив губы, молчала.
— Приподнимись, — попросил Огнеяр, когда с крючками было покончено, я покорно исполнила, он аккуратно стянул платье вниз, считанные секунды и оно уже полетело на пол, а я осталась совершенно голой перед мужем.
Не успела, и смутиться этому, как его сильные, теплые руки легли на мои плечи и начали нежно их разминать.
— Не бойся. Прошу тебя. Просто позволь мне… Позволь мне все. Позволь сделать тебе хорошо. Ты не сгоришь, обещаю. Вернее, гореть ты будешь, но в ином пламени, в таком, без которого ты скоро и жить не сможешь.
Поверь.
Ну, уж в том, что дракон, прожив свою огромную жизнь, стал искусным любовником, способным пробудить к страсти даже совершенно не желающее его тело, я не сомневалась. Страшно было даже представить со сколькими драконицами и девушками он свои умения оттачивал.
Сильные руки нежно щипали и гладили кожу, разогревая ее, делая чувствительной. Я расслабилась до такой степени, что мне просто жутко захотелось спать, ни смотря, ни на что. Последние двое суток в моей жизни, были просто невероятно насыщенными на тяжелые события. Глаза слипались, я удобно устроила голову на руках и наверно и уснула бы, если бы не почувствовала губы мужа на ягодицах.
С каждым прикосновением его поцелуи становились более жаркими, страстными. Он словно бы съесть меня хотел немедленно, но боли не причинял. Чуть вбирал кожу губами, ощутимо прикусывал ее, а потом проводил, поэтому же месту кончиком языка, заставляя меня вздрагивать от прилива приятных энергий, что плотным потоком проходили по позвоночнику и растекались по всему телу, делая его невероятно чувствительным.
Такая предательская реакция моего тела, снова заставила меня смутиться.
О, боги! Ну почему я так бурно реагирую на прикосновения мало знакомого человека, которого даже не люблю? Разве это правильно? Разве может служить мне оправданием то, что он мой муж теперь?
Когда язык мужа прошелся по складочкам меж ягодиц, я невольно сжалась от смущения. Ему, конечно, теперь все позволено, но это… Стыдно ведь позволять так ласкать себя незнакомцу! Пусть он и муж уже!
Но и запретить я ему это тоже не могу.
Дракон провел языком по складочкам, раз, другой, третий. Попытался раздвинуть их. Но я была слишком зажата.
Тогда он вдруг от души шлепнул меня ладонью по ягодице, я испуганно вскрикнула, нет, не от боли, от неожиданности и от мощного прилива будоражащей энергии, который последовал за шлепком. Дракон принялся кружить языком по горящей ягодице, вызывая во мне дрожь, а затем шлепнул по второй и стал, кружить языком и по ней.
Снова шлепал и снова вылизывал и так до тех пор, пока кожа моя не стала невыносимо чувствительной. А внутри, внизу, не стало мучительно больно от напряжения.
Я хотела попросить прекратить пытку. Хотела даже соврать, что мне больно, но дракон и сам вернулся к складочкам, которые вдруг намокли уже совсем не от его слюны. Но от прикосновений языка, которые просто обжигали, я снова зажалась, потому что ощущения были невыносимо острыми и ошеломляюще приятными. К такому, я была не готова.
— Перевернись, — приказал муж, хриплым, севшим голосом и едва я это сделала, ноги мои были подняты вверх, затем плотно прижаты ко мне.
