Читаем без скачивания И тогда он зачистил город - Александр Тамоников

– Я-то здесь при чем?

– А при том, Виталик, что должен мне помочь!

– Должен?

– А разве нет? Или ты считаешь, я плачу тебе за красивые глазки?

– Ладно, говори, что конкретно требуется!

Мирза наклонился к следователю:

– Самая малость. Вызвать Тимохина на допрос по случаю избиения Леонидова, ведь это и он вполне мог за что-то так жестоко наказать своего бармена. Пусть версия не выдерживает критики, но это версия, и ее правоохранительные органы просто обязаны рассмотреть. Мне плевать, чем закончится беседа с Тимохиным, главное, чтобы завтра с десяти часов он был в прокуратуре, в кабинете следователя и чтобы не имел никакой связи. Не мог позвонить кому бы то ни было, ни ему не могли бы позвонить.

Следователь закурил:

– Тебе ли, Мирза, не знать, что случаями избиений граждан прокуратура не занимается. Это обычная хулиганка, пусть с очень тяжелыми последствиями. Вот если бармена убили бы в лесу, тогда другое дело, а так я просто не имею никаких оснований вызвать Тимохина.

Левоев отодвинул чашку:

– Значит, это не твой уровень?

– Увы!

– Тогда найди того, кто мог бы вызвать Тимохина. В прокуратуру, милицию, вытрезвитель, мне все равно. Мне надо, чтобы его не было дома завтра с десяти часов утра и до момента, когда я сообщу, что майора можно отпустить. Тебе понятно, что мне требуется?

– Понятно! Подожди!

Следователь прокуратуры достал сотовый телефон последней марки, набрал чей-то номер. Ждал недолго.

– Алло! Юра? Здравствуй, дорогой, Платонов беспокоит!.. Спасибо, все нормально! Вопрос у меня к тебе… Скажи, дело по избиению Леонидова по вашему РОВД проходит?.. Прекрасно! А кто ведет его?.. Ты? Ну, совсем хорошо!.. Да, понимаю!.. Конечно… какие могут быть следы? Слушай, Юрик, ты бы подъехал ко мне?.. Надо поговорить…. Если устроит, через час, но до 12.00. После двенадцати у меня совещание, а затем выезд в СИЗО на допрос… Подъедешь? Благодарю. Буду ждать! Только, Юра, в прокуратуру заходить не надо. Ты на подъезде позвони мне, я выйду и встречу тебя у входа. Договорились?.. Ну и добро. До встречи, дорогой!

Платонов, отключив телефон, взглянул на Левоева:

– Тебе чертовски повезло, Мирза, дело Леонидова…

Бандит прервал оборотня:

– Я уже понял, что его ведет человек, каким-то образом связанный с тобой! На него можно положиться?

– Иначе я не стал бы с ним разговаривать.

– Логично. Значит, отсутствие Тимохина дома в нужное мне время обеспечишь?

– Обеспечу! Но, Мирза, сам понимаешь, Юрику придется заплатить.

– Сколько?

– Думаю, двух штук будет достаточно!

– Неплохой аппетит у твоего Юрика.

– Ты же знаешь, как мало нам платят, а жить хорошо хочется всем!

Мирза достал из кармана пачку стодолларовых купюр. Под столом отсчитал две тысячи, сложил их, передал следователю:

– Держи! Но учти, твой Юрик ничего не должен знать обо мне!

– Естественно! Будь уверен, Лаврентьев парень ушлый, просекает все с полуслова. Ничего лишнего он не узнает и ничего лишнего никогда никому не скажет.

– Надеюсь, ты не ошибаешься в нем! Как только Тимохин войдет в кабинет Лаврентьева, последний должен сообщить об этом тебе, ты – мне.

– Хорошо!

– Свои бабки получишь, как всегда, в начале месяца, но думаю, Юрику больше тысячи в нашем деле не светит. Или я ошибаюсь?

– Какая разница, Мирза, сколько получит Юрик? Главное, он сделает то, что нужно тебе.

– Тоже верно. Но все! Я поехал!

Левоев вышел из подвальчика, сел в «Мерседес».

Водитель – Багров – спросил:

– Домой?

Подумав, Мирза приказал:

– В магазин «Золотой рай»!

– Понял!

«Мерседес 500» плавно тронулся. Левоев откинулся на спинку мягкого сиденья. Все идет по плану. Если не произойдет сбоя, то послезавтра он получит кафе. На перепланировку подвала уйдет недели две, если делать ее скрытно, не привлекая ненужного внимания. Значит, в установленные Салманом сроки он уложится. Останется дождаться товара, и начнется новая жизнь. А Тимохин дурак! Так и не въехал после своей армии в то, что страна изменилась. Теперь пусть пеняет на себя. А уж он, Мирза, постарается так наказать офицеришку за нанесенное оскорбление, что тот очень пожалеет о содеянном. Но после того, как подпишет все бумаги. Ах да, надо передать адвокату, чтобы приготовил нужные документы. Но это он сделает дома, после того как нейтрализует Дину подарком и получит взамен ее развратные ласки. Надо уметь сочетать полезное с приятным. Иначе зачем жить?

«Мерседес 500» остановился у магазина «Золотой рай».

Глава шестая

Звонок городского телефона в квартире Тимохиных прозвучал в 10.30. Трубку снял Александр:

– Слушаю!

И услышал приторно-противный голос адвоката:

– Доброе утро, Александр Александрович, вас Харчинский беспокоит, Эдуард Константинович.

Тимохин ответил:

– Кому доброе, кому нет, чего тебе надо?

– Ну зачем же так грубо, Александр Александрович?

– Я спросил, чего тебе надо?

Адвокат вздохнул:

– Ну вот, опять грубость. Чем я-то ее заслужил? Я человек подневольный.

– А ты не знаешь?

– Вы о случае с барменом? Клянусь, я об избиении Леонидова узнал недавно и не имею к этому никакого отношения! Мне искренне жаль парня.

– Оставь свою жалость при себе. Зачем звонишь?

– Не по доброй воле, а исключительно по требованию Левоева.

– Дальше!

– Меня уполномочили узнать, не изменили ли вы своего решения не продавать кафе?

Тимохин ответил кратко:

– Нет, не изменил.

Харчинский вновь по-бабьи вздохнул:

– Жаль! Вас, Александр Александрович, жаль. Мирза не остановится. Своим отказом вы провоцируете его на еще более агрессивные действия.

– Мне плевать, что намерен предпринять твой хозяин. Кафе он не получит.

– Сомневаюсь! Послушайте, Александр Александрович, ну неужели вам какая-то забегаловка дороже здоровья, спокойствия, жизни, в конце концов, семьи? Вас все равно ни при каких обстоятельствах не оставят в покое. Поверьте, я-то уж знаю этих людей.

– Я их тоже узнал. И мне они не нравятся.

– Вы совершаете роковую ошибку, Александр Александрович.

– Где-то и когда-то уже слышал об этом. Дальнейший разговор не имеет смысла. Кафе не продается.

– Подумайте еще сутки, Александр…

Тимохин опустил трубку на телефонный аппарат.

К мужу подошла Татьяна:

– Бандиты звонили?

– Их «шестерка» – адвокат!

– Опять грозил?

– Советовал продать кафе!

– Ты отказался!

– Я отказался.

– Как же жить дальше будем?

– Что-нибудь придумаем. Слишком Мирза торопится захватить кафе. Он постепенно раскрывается. Мы сумеем переиграть его.

– Уверен?

– Да, если ты, Оля и мать будете беспрекословно делать то, что говорю я.

– Мы так и делаем!

– Вот и хорошо!

Татьяна обняла мужа:

– Саша, ты действительно считаешь, что сможешь заставить бандитов уступить?

– Я считаю, что смогу переиграть их.

– Господи, и как долго будет продолжаться этот кошмар?

– Недолго, Танюша!

Позвонили в дверь. Татьяна вздрогнула:

– Ой! Кто это может быть?

В прихожую вошла мать Тимохина:

– Это наш участковый, Михаил Михайлович, человек порядочный, тебе, сын, не мешает с ним поговорить.

– Так он пришел по твоему приглашению?

– Да! Если это он, конечно!

Антонина Сергеевна, взглянув в «глазок», открыла дверь. Впустила в прихожую немолодого, лет под пятьдесят, мужчину в гражданском костюме.

Тот поздоровался:

– Здравствуй, Тоня, ты звала, я пришел. Что случилось?

– У сына проблемы. Поговори с ним!

Мужчина представился:

– Капитан милиции Михайлов Михаил Михайлович. Можно Михаил Михайлович или просто Михалыч. Ваш участковый!

Александр протянул ему руку:

– Майор запаса Тимохин Александр, а это, – он указал на жену, – моя супруга, Татьяна.

– Очень приятно! Где можем побеседовать?

Антонина Сергеевна сказала:

– Идите на кухню! Там и курить можно, и выпить найдется, если возникнет желание. А мы, – она повернулась к Татьяне, – пойдем в гостиную!

Михайлов с Тимохиным прошли в кухню. Присели за стол, друг напротив друга. Александр предложил:

– Может, действительно примем граммов по сто водки?

Капитан отказался:

– Спасибо, Александр, по утрам не пью! А вот закурить можно. Все пытаюсь бросить, а как продержусь дня два, так срываюсь.

Тимохин выложил на стол пачку сигарет, зажигалку, пепельницу. Участковый с удовольствием затянулся:

– Нет! К черту все эти бросания. Раньше надо было завязывать, а сейчас, когда жизни осталось немного, кому это надо?

– Супруга, наверное, против вашего курения?

– Нет у меня супруги. Умерла.

– Извините, не знал!

– Все нормально, так что за проблемы у вас возникли? Да не пугайся, майор, я не из тех, кто задницы начальству лижет да бандюкам прислуживает. Поэтому и в участковых хожу до сих пор. На пенсию же не выгоняют потому, как молодые на эту собачью должность не идут. Отбиваются как могут. Но, наверное, последний год дослуживаю. Ну и черт с ним. Так что у тебя стряслось? Антонина, мама твоя, сказала, что-то серьезное?