Читаем без скачивания Невообразимо далеко от дома - Павел Минка

– А привести его в себя вы можете? – спросила Халява.

Доктор заморгал.

– А разве он не в себе? – спросил он. – Во-первых, до сих пор лучшие умы Галактики не решили, что такое личность и есть ли она вообще. Поэтому я не знаю, в каком смысле вы употребляете слово «я», «самость», и, конечно, надо определиться, что значит «привести в себя». Во-вторых, неужели пациент не в себе? А где же он тогда? Мы видим пациента перед нами, значит, он здесь и, выражаясь вашим языком, в себе. Не так ли?

– Ладно, спрошу иначе: вы можете вернуть его в исходное состояние?

– В какое это?

– В то, в котором он был до того, как оказался в нынешнем состоянии.

– А, вы про это! – сказал доктор, потирая подбородок. – Не знаю. Надо сделать анализы, а для этого сдать кровь из пальца, из вены, мочу, кал… Я бы рекомендовал еще тест Фейбера, мозгоскопию, МСРП, ПУКЦ. Рентген, конечно, не помешает тоже. И без пробы Нечеркина тут тоже не обойтись… Кроме того, я все же узкий специалист. Я проктолог. Со своей стороны я сделаю все нужные обследования, но я так же рекомендовал бы пациенту осмотр невропатолога, психиатра, эндокринолога, кардиолога… Да, и обязательно нарколога!

– Выписывайте счет и забирайте его в вашу клинику, – сказал Курчи. – Думаю, у нас есть несколько лишних лет, что поставить Иванова на ноги.

– Уже все сделано, – сказал доктор и протянул Курчи чек. Тот подписал его и вернул доктору.

– По рукам, – сказал Курчи.

– Хорошо, вызываю санитаров! – сказал доктор и щелкнул пальцами. Ничего не произошло.

– Опять скорая помощь задерживается, – услышал Иванов все тот же меланхоличный голос. – Когда они будут – не имею ни малейшего понятия. Могут через минуту, а могут и завтра. Тут все так непредсказуемо… Но вы не волнуйтесь, пока мы их ждем, я расскажу вам, как буду лечить пациента. Сначала я разрежу его и извлеку кишечник. Остальное тело, совершенно бессмысленное без кишечника, я помещу в специальный раствор для сохранности. Потом на два месяца я уйду в отпуск (отдыхать, знаете ли, тоже надо!), а когда вернусь, то осмотрю кишечник больного. Вы спрашиваете, зачем для этого расчленять больного? Ну а как же еще исследовать его кишки во всей их красе? Для этого мне понадобится проктоинтегратор. Кстати, всегда ношу его с собой, мало ли в каких случаях он сможет пригодиться! Смотрите, какой он большой. Говорите, похож на орудие пыток, которое используют инквизиторы с планеты Рикан? Зря вы так! Ведь на вид проктоинтегратор намного страшней, но зато и пользы приносит во много раз больше, чем все эти орудия пыток инквизиторов! Мы все-таки цивилизованные жизненные формы, и для нас здоровье и жизнь пациента священны! А жить хорошо – это не иметь проблем с задним проходом и кишками! Согласны? Вижу-вижу, что согласны!

Неожиданно рядом с доктором возник овальный портал, из которого выпрыгнули крупные санитары в белых медицинских одеждах. Они схватили Иванова и метнули его на носилки.

– Ребята, вы почти вовремя! Ну что, полетели?

Но только они сделали шаг к порталу, как Иванов ожил, задергал руками и ногами и завопил:

– Отпустите меня! Пасть порву! Моргалы выколю! Попробуйте только тронуть меня!

– Зачем же моргалы? – спокойно, будто бы ничего не произошло, сказал доктор. – Поверьте, намного эффективней было бы вырвать кишки. Но не будем вдаваться в подробности. Главное, что вы очнулись. Заметьте, вылечил вашего пациента за считанные минуты, а не за годы, как планировалось. Но доплачивать не надо за столь эффективную работу. Ну что ж, до свидания! Если кто-то у вас еще заболеет, звоните!

Иванов соскочил с носилок. Халява уже не была пачкой из-под сигарет. Она превратилась в карлицу ростом не более метра.

– Что со мной произошло? – спросил Иванов. – Я встретил Петровича и Продавщицу, познакомился с неким доктором Пличко и по совместительству сверхчеловеком…

– Мы спасли тебя, – усмехнулась Халява. – Но это был не Петрович…

– Я уже понял. Но что же тогда это было?

– Это был Ивановоед, – сказал Курчи. – И вы полезли ему прямо в пасть. Еще бы чуть-чуть, и вы бы погибли. У вас и так мало шансов на то, чтобы спастись от него, и если бы не мы, то больше бы вы никогда не увидели белого света. Вам нужно быть предельно осторожным!

– Ничего себе! – воскликнул Иванов. – Даже не мог и подумать, что он так выглядит!

– Вы что, не знаете? – удивился Курчи. – Ну конечно! – он хлопнул себя по лбу. – Тогда сядьте! Я вам постараюсь все объяснить.

Иванов сел и принялся внимательно слушать.

Глава 17

Первое, что сделал Курчи, так это материализовал небольшой телевизор, похожий на жука с антеннами-рогами. Экран засветился. Заиграла мелодия. Иванов сразу же узнал ее – это была мелодия из программы «В мире животных».

– У вас тоже есть такая программа? – спросил Иванов.

– Угу, – буркнул Курчи. – Стащили идею у вас. Сейчас это модно. Идея проста: берется известный и популярный телепродукт на одной планете и адаптируется для зрителей другой. Примерно так.

В программе рассказывалось о галактических хищниках и их видах, а также о приемах, которые они используют в охоте. Затем Курчи сказал, что еще одним из законов мироздания есть принцип симметрии.

– Что такое симметрия? – спросил Иванов.

– Да уж, я была лучшего о тебе мнения, – сказала Халява. – Примитивен как двери.

– Двери бывают не такими уж примитивными, – возразил Курчи.

– Согласна! – сказала Халява. – Была я как-то однажды дверью, причем самой современной и со сложным замком. Кстати, не простой дверью, а королевской – я вела в покои самого короля в его дворце в Галактической Столице! Чудное было время! Но вскоре меня уволили на пенсию…

– В общем, Иванов, симметрия – это гармония, уравновешивание, – ответил Курчи.

– Ясно!

– Так вот, – продолжал Курчи. – Понимаете, наш мир – это совмещение противоположностей. Мужское и женское, добро и зло, белое и черное, свет и тьма, созидание и разрушение, разум и сердце…

– Стоп, стоп, стоп! – запротестовала Халява. – Почему это женщины у вас ассоциируются с тьмой и злом?

– Не у меня, – раздраженно ответил Курчи. – Так устроена Вселенная.

– И кто же, позвольте спросить, ее так устроил? – язвительно спросила Халява.

– Не знаю, да и никто не знает, но с головой он дружил, если она у него была. В отличие от некоторых своих творений!

– Женоненавистник! – крикнула Халява. – Тупой мужлан! Вы отстали от жизни еще больше, чем Иванов!

– Потом будете спорить! – резко сказал Иванов. – Мне сейчас нужно знать про Ивановоеда. Это вопрос выживания!

– Продолжаю, – отозвался Курчи. – Как я уже сказал, мир – это единство противоположностей. Все состоит из противоречий. И одно не может существовать без другого. Там, где есть жизнь, есть и смерть, и жизнь не может без смерти, как и смерть – без жизни. Чтобы жить – надо есть. Поедание есть уничтожение другой материи, другой жизни. Но поедание при этом и есть новая жизнь. Созидание и разрушение тесно взаимосвязаны. Это называется Законом Жратвы.

– Что-то об этом я уже слышал, – протянул Иванов и поскреб щетину.

– Слышал он! – пробурчал Курчи. – Но ничего не запомнил, судя по всему!

– Но я не пойму одного: почему это смерть невозможна без жизни?

– Что за глупый вопрос! – раздраженно сказал Курчи. – Так устроено мироздание! Убийство тем и оправдано, что все жрут всех, и таким образом выживают. Этот процесс бесконечен и не может быть прекращен. Иначе исчезнет сама Вселенная. Конечно, люди склонны забывать об этом или игнорировать такую очевидную истину, будто ее и нет вовсе. Но факт остается фактом: законы непреложны. Их нельзя изменить, но их можно нарушить. Но мироздание мстит за нарушение. Вы, Иванов, нарушили Закон Жратвы. Вы и есть само нарушение. Вырвавшись из своей среды обитания, вы тем самым нарушили вселенскую симметрию, но она тут же восстановилась. Так появился Ивановоед, охотящийся на вас. Так жизнь и смерть стали играть вновь. Принципы игры – все те же. Для вас все изменилось, конечно, но на деле все осталось прежним, если говорить о фундаментальных основах мироздания.

– В это я въехал, – сказал Иванов. – Но кто бы мог подумать, что Хищник может принимать форму близких мне людей!

– Так всегда! Чтобы охота была удачной, нужна приманка. Вы, например, когда ловите рыбу, то забрасываете столь желанного для жертвы червя. Но под ним – крючок. Ваш Хищник – не вы, а вы – не рыба, но суть примерно та же!

– Меня интересует одно: если действует Закон Жратвы, то могу ли я спастись?

– Почему бы и нет? Понимаете, закон есть, но проявляет он себя по-разному. Например, есть закон всемирного тяготения. Если вы прыгните с крыши высокого дома, то разобьетесь. Но это не отменяет того, что вы можете сконструировать летательный аппарат и полететь. И полететь вы сможете только в том случае, если действует этот самый закон всемирного тяготения. Закон нельзя отменить, но можно использовать его. Хотя, признаюсь честно, ваши шансы на выживание крайне малы…