мокрая и продрогшая. Все очень плохо.
Заглядываю в комнату Евы, через полчаса, и вижу, что сестра спит, ее все еще знобит, но уже не так сильно как в тот момент, когда она пришла домой. И это хоть чуть — чуть, но радует. Скоро уже придет мама, и может быть даст Еве что — то от простуды, чтобы наверняка. А то не хватало еще заболеть, перед Новым годом, и сессией.
Звонят в дверь, и я спешу скорее открыть, так как боюсь, что тот, кто пришел, может разбудить Еву, а ее сейчас лучше не тревожить лишний раз.
Передо мной стоит Егор, он встревожен, и очень нервничает глядя мне в глаза. Видимо пытается понять, знаю я все или нет.
— Что пришел? Адрес перепутал? — Скрещиваю руки на груди, и не даю ему ни малейшего шанса пройти в квартиру.
— Соф, давай поговорим. Я все тебе объясню, прошу тебя. Детка, я к тебе пришел. Мне никто кроме тебя не нужен. Не делай поспешных выводов.
— О чем разговаривать будем? О твоем друге, который разбил сердце моей сестры? Или о том, как ты начал встречаться со мной, чтобы Нату свою позлить?
— Она не моя! Сонь, я понимаю. Что все это со стороны ужасно выглядит, тем более с той подачей, которую тебе дали, но милая все не так. И в нашем случае, и в случае Димы. Но, в их отношения я лезть не собираюсь, пусть сами разгребают, мне важно объяснить все тебе, и наладить наши отношения. Прошу, выслушай!
Егор умоляюще смотрит на меня, в его взгляде есть все: боль, надежда, страх. И мне безумно хочется ему верить, но я понимаю, что сейчас на эмоциях я могу что-то упустить или совершить глупость, о которой потом жалеть буду, поэтому решаю отложить наш разговор, на более подходящее время. Пока я совершенно к нему не готова!
— Нет, Егор. Не сегодня. Я не готова ничего сейчас слушать. Мне нужно все переварить. Мне больно, за себя, за сестру. И я хочу сначала немного успокоиться, а потом уже на трезвую, так сказать голову поговорим.
— Хорошо, малыш. Хорошо. Только прошу тебя, не принимай решений, не выслушав меня. Я могу все объяснить. Раз тебе нужно время, то я его тебе даю, сколько хочешь, только прошу, вернись ко мне, и не руби с плеча.
— Хорошо. Пока не выслушаю тебя, я не буду принимать решений. А теперь прости, мне нужно идти. Да и мама скоро с Петром придут. — Намекаю ему, чтобы он уходил, и он тут же попрощавшись, уходит, а мне плакать хочется от безысходности.
А ночью, случается ужасное. Я просыпаюсь от полного боли крика сестры, и тут же срываюсь к ней. Мама уже там, плачет и не понимает что происходит.
Ева лежит на полу, в позе эмбриона, кричит и плачет. На лбу ее испарины, и глаза воспалены, на ее пижамных шортах замечаю пятно крови, и тут же срываюсь за телефоном. Нужно срочно вызывать скорую.
А Ева тем временем кричит, и просит маму помочь. Говорит, что ей очень больно, я даже не помню, что говорю диспетчеру скорой, кажется, умоляю их скорее приехать. Мне так страшно потерять сестру, что я готова, что угодно сделать, лишь бы ей скорее помогли.
Диспетчер обещает, что в скором времени карета скорой помощи будет у нас, так как уже выехала, и я, поблагодарив, отключаюсь.
— Софушка, побудь с сестрой. Мне нужно одеться, и документы собрать, у нее жар, и скорее всего Еву заберут в больницу. — Просит мама, не своим голосом.
— Хорошо мам, иди. Потом я быстро оденусь.
Сажусь на пол, и глажу сестру по голове, как это делала пару минут назад мама.
— Соф, ты давно дома? — Шепчет Ева.
— Ну да, с обеда. Ты же пришла, я уже дома была.
— О чем ты говоришь? Я была одна.
— Нет, Ева. Ты ошибаешься, я помогла тебе раздеться когда ты пришла, и отвела в душ, а после того как ты помылась, я принесла тебе чай, который ты кстати так и не выпила.
— Не помню этого. Мне больно. Софа, что со мной?
Не хочу озвучивать свои догадки, и пугать сестру еще больше, только молюсь, чтобы скорее приехала скорая, и ей помогли.
— Не знаю, милая. Но, ты горишь. Потерпи немного скорая уже едет. Скоро тебе помогут.
Мама была права, Еву госпитализировали в срочном порядке, а мы поехали в клинику на машине дяди Пети, он тоже ужасно переживал, на маме вообще лица не было. А я только и могла что молиться.
Как только мы приехали в больницу, нам сообщили, что Еву забрали на операцию, и более подробно нам скажет уже врач, после. А пока не оставалось ничего иного как ждать.
Так в ожиданиях прошли два часа, уже светало, когда к нам вышел замученный и уставший доктор.
— Операция прошла успешно, мы успели вовремя. Через час ее переведут в палату.
— Что с ней доктор? — Спросила мама.
— Она была беременна. Плюс у нее от переохлаждения развилась пневмония. Все что мог я сделал, теперь нужно лечить пневмонию, а потом уже будет период долгого восстановления на дому. А сейчас прошу меня простить, нужно идти. Вас проводят к ее палате, как только Еву переведут туда. Зайдите ко мне утром, я расскажу вам все более подробно. — Сказал врач маме, и ушел.
— Нужно Диме позвонить, сказать! — Произносит мама.
— Не нужно. Он не должен ничего знать.
— Ну, как же милая? Он ведь ее молодой человек, и отец…
— Мама, он на нее поспорил, а потом высмеял перед всей группой. Именно поэтому она ушла из Универа в холод, и замерзла. Поверь, он последний человек, которого она сейчас хотела бы увидеть! — Произношу я, и выхожу из зала ожидания.
Мне нужен свежий воздух, нужно успокоиться, и немного прийти в себя. Как сообщить Еве про ребенка? Да и вообще как Ева это переживет? Почему не сказала мне о беременности? Столько вопросов в голове.
Мальчики, мальчики, что же вы делаете. Сколько душ вы погубили?! Какую кашу заварили…
19 Глава
Егор
Моя девочка пообещала выслушать, прежде чем делать свои выводы, и я очень надеюсь на то, что мне удастся убедить ее в своих чувствах. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы она осталась со мной. Моей.
Мне не важно, что за глупости творит Дима, и как будет исправлять свою ошибку перед Евой, а он
