Читаем без скачивания Даун - Михаил Ремер

Мы с бабушкой идем по длиннющим коридорам больницы. То тут, то там попадаются люди в белых халатах. Точь-в-точь как тот бородатый дядька, к которому водили меня. Они все знают бабушку. Знают, зачем она пришла. Они стараются не смотреть на нее. Вот к нам подошел большой человек в очках. В руках у него толстая-толстая тетрадь.

– Надежда Владимировна, здравствуйте.

– Здравствуйте, Алексей Владимирович, – отвечает она ему.

Какая-то нехорошая пауза растянулась между ними. Бабушка смотрела на дядю, а тот не знал, что ему делать. Наконец он заговорил.

– Состояние Юлии Дмитриевны крайне тяжелое. Операция не дала результатов. Готовьтесь к самому худшему. Простите, но больше я ничем помочь не могу. – Он протянул бабушке тетрадь и молча ушел.

Бабушка подошла к одной из белых дверей. Перед дверью она остановилась. Словно собиралась с силами, перед тем как войти. Потом она толкнула дверь и молча вошла внутрь.

Наверное, в этой комнате живет какой-то свой Хозяин Задверного мира. Как только бабушка вошла, она как-то сразу поникла. Я впервые в жизни увидел это: как меняются люди, когда уходят за дверь. Не успеешь досчитать до трех, и перед тобой уже другой человек. Но почему именно здесь? Мне стало страшно. Я не хочу так меняться. Но в этот момент я увидел маму.

Я зашел внутрь. В комнате пахло лекарствами. Я не люблю этот запах. Когда так пахнет в комнате, значит, кому-то плохо. Кто-то болеет. Я посмотрел на маму. Она лежала какая-то бледная и маленькая. И неподвижная. Я никогда не видел ее такой. Даже тогда, когда она простудилась и долго-долго лежала в такой же комнате. Тогда она была слабой и уставшей, но она улыбалась. Она спрашивала, как мое здоровье, она обнимала Сережу. А сейчас она просто лежала без движения. И мне стало страшно. Я понял: мама больше не вернется.

Мама

Все, что мне остается, – вспоминать. Мне есть много чего вспомнить. Очень. И почему-то все воспоминания радостные. Я не помню ничего плохого. Совсем. Я помню нашу с Борисом свадьбу. Свадьбу случайную. Тогда женились мои друзья в деревне. Я получила приглашение, но одна ехать не хотела. Как раз тогда мы и познакомились с Борисом. Месяц встречались. Я пригласила его с собой, было немного обидно ехать одной. Все мои друзья к тому временем были женаты, а у меня даже жениха не было!

Уже там совершенно случайно у меня вырвалось что-то о женитьбе. Странно. Сколько я ни пыталась, так и не смогла вспомнить, что же именно… Может, и не вырывалось ничего. Может, это потом мама что-то придумала. Уж больно хотелось ей меня замуж выдать. А тут на тебе: комсомолец, выпускник МГУ, красавец. Отец – директор элеватора. Дочь сама же его и привезла.

В общем, для мамы это было как отмашка. Уж как она договорилась с загсом, достала три ящика шампанского, выбила у председателя «Волгу». Новую. Черную. Блестящую! А утром просто ошарашила нас: к свадьбе все готово! Неделя на сборы.

И полетели телеграммы во все города. Всем родственникам и друзьям. Никто не поверил, но приехали все. Тогда я думала, что я – самый счастливый человек в мире!

Рождение Сережи. Мы ждали его с нетерпением. Наш первенец! Он должен был обязательно стать космонавтом. Или летчиком. Первые бессонные ночи. Сумасшедшие недели, когда никто не знал, что делать и где искать молоко, пеленки, соски и все остальное. Мы были уставшими, но такими счастливыми!

Потом – провал. Я не помню ничего. Ничего, кроме букета ромашек. Даже не букета. Нет! Целого куста ромашек! Костик выкопал его с корнем и принес на порог бабушкиного дома. Уж не знаю, как он ухитрился вытащить его из земли! Странно, но он не любил цветы в букетах. Не знаю почему. Наверное, потому, что знал: они срезаны с грядок. Они – не живые. Наверное, именно поэтому он тогда принес эти ромашки. С корнями. Живые ромашки!

А еще запах моря. Красное море! Курорт. Настоящий курорт. Почему-то попала я туда только теперь, ближе к концу жизни. Запах и шум моря. Что может быть лучше?

Кто-то пришел. Я почувствовала это. Мама. Ко мне больше никто не приходит так часто. Борис с Сережей несколько раз наведывались. Временами заходит Оля. Одна. Хорошая девушка. Она всегда приносит открытку или еще что-то. Мне так жаль, что не получится у них ничего с Сережей. Я вижу это. Слишком она живая для моего сына.

Мама приходит каждый день. Но сегодня она не одна. Она с Костей. Боже мой, как же, наверное, тяжело ему видеть меня такой: неподвижной и невесомой. Наверное, я похожа на тот цветок, что срезали с грядки. Костя, Костя. Как же ты будешь без меня? Кто будет тебя любить? Надеюсь, мама заберет тебя к себе. Надеюсь, ты познакомишься с Михалычем и его женой. Они добрые. А еще – очень одинокие. Они позаботятся о тебе. И я. Я тоже позабочусь. Обязательно. Знай, что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Мама всегда будет с тобой, Костя, сыночек мой!

Костик

Люди всегда возвращаются. Они уходят во владения Хозяина Задверного мира, но через какое-то время приходят назад. Наверное, им не нравится там. Но мама уже не придет. Наверное, Хозяин расставил какие-то ловушки, чтобы не дать ей вернуться. Наверное, ему тоже хочется немного любви и тепла. И он знает, что только мама может дать его. Но это несправедливо! Хозяин Задверного мира забирает ее у меня! Почему он такой злой? Неужели там, на небе, о нем некому позаботиться? Неужели там, на небе, ему одиноко? Мама уйдет в мир, где всем хорошо. Так думает бабушка. А я думаю, что Хозяин Задверного мира ее обманет. Он заберет ее к себе. И ей будет плохо. Плохо, потому что из нее сделают чучело, как из тех зверюшек.

Мы проводим с мамой много времени. Из дома мы вышли, когда солнце только-только начинало подниматься, а возвращаемся – когда оно уже почти спряталось. Все это время я смотрел на маму. Такую уставшую. Такую неподвижную.

– Возможно, она еще придет в себя, хотя шансов почти нет. – Здоровый дядя в белом халате зашел в комнату. – Ах, вы с внуком, простите, – тут же поправился он. – Как же нас зовут? – наклонился он ко мне.

– Костя, – ответил я.

Вместо ответа он чуть внимательней посмотрел на меня.

– Синдром Дауна? – посмотрел он на бабушку.

Она кивнула головой.

– Лет сколько?

– Девятнадцать, – чуть слышно прошептала она.

– Сожалею.

Дядя тут же потерял ко мне всякий интерес, словно я куда-то исчез.

– Мы рассчитывали на эту операцию как на последний шанс, но, увы, она не помогла. Вы слишком поздно обратились. На ранних стадиях это лечится. – Дядька говорил все это, уже не смущаясь моего присутствия. Конечно, из всего этого я понял очень мало. Очень. Но и того было достаточно, чтобы окончательно убедиться: Хозяин Задверного мира забирает маму в свои владения.

– Что вы порекомендуете делать? – посмотрела на него бабушка.

– Как человек – отключить систему жизнеобеспечения. Как врач – бороться.

Вместо ответа бабушка взяла меня за руку и молча вывела из этой страшной комнаты. Мы молча шли домой, когда где-то сбоку что-то сверкнуло. Я посмотрел туда и увидел ярко-оранжевый шар с крестом на макушке. Внезапно я вспомнил: так выглядит дом Хозяина Оранжевого Мячика. То самое место, где я разговаривал с мужчиной на кресте. Тогда он все понял! Он общался со мной. Он тот, кто может нам помочь.

– Бабушка, бабушка! – закричал я. – Бабушка, я хочу поговорить с дядей на кресте. Он живет в доме Хозяина Оранжевого Мячика. Он добрый. Он поможет нам. Правда! Я разговаривал с ним!

– Что? – бабушка словно проснулась.

– Бабушка, пойдем со мной! – Я попытался потянуть ее за собой. – Пойдем туда, – кивнул головой я в сторону мячика.

Бабушка подняла голову и увидела шарик.

– Костя, ты хочешь туда? – мне показалось, что бабушка удивлена.

– Я хочу попросить за маму. Тот дяденька на кресте, он очень добрый. Он знает, как нам помочь.

Вместо ответа бабушка молча пошла к дому Хозяина Оранжевого Мячика.

Мы вышли к невысокому белому зданию. Почти такому же, куда водила меня нянечка. Чуть потрескавшиеся стены, облезшая краска, потертые картинки. Так, именно так должен выглядеть дом этого одинокого существа.

Мы остановились перед дверью. Странно, я помню: няня быстро вошла вовнутрь. Она исполнила какой-то из своих обрядов и повела меня за собой. Бабушка же замерла перед дверью. Она стояла, словно не решалась потревожить Хозяина. Наконец, она открыла дверь, и мы вошли.

Первое, что я почувствовал, было ощущение уюта. Словно я вдруг оказался дома. Нет, не в квартире. Именно дома, там, откуда я родом. Теплый запах, очень красивое пение. Только дома возможно испытать что-то такое. Наверное, так же выглядит этот мир на небе. Наверное, есть два мира. Тот, где главный – Хозяин Задверного мира. Те, кто попадают в него, становятся чучелами. И мир Хозяина Оранжевого Мячика. Мир, который находится высоко-высоко на небесах. Мир, где всем хорошо. Мир, куда должна попасть мама.

Я остановился. Начал искать глазами мужчину на кресте. Я нашел его. Не такого, как был в прошлый раз: нарисованного на дереве и укрытого белым полотенцем. Нет. Вырезанный из дерева, он находился точно в центре Дома Хозяина Оранжевого мячика.