– Отлично. А теперь давайте забудем о делах, и позвольте мне вас побаловать. Вам нравится икра?
– Побаловать? – странным голосом переспросила Алекс.
– Вы так удивились, будто никто никогда вас не баловал!
Она внезапно покраснела и смущенно потупилась.
– Ну, это было слишком давно.
– Отлично. Давайте договоримся – вы перечисляете мне свои любимые вещи, и я время от времени подношу их вам в виде сюрприза.
Алекс не выдержала и рассмеялась. Похоже, это ему было приятно.
Да, это было так приятно – видеть, как улыбаются ее чудесные уста!
«Осторожно, Гомес! – язвительно подумал он про себя. – Ты снова распалился! Спокойно! К ней надо подбираться на бархатных лапках, иначе спугнешь, и от убежит!»
Но пока она никуда не бежала. Она сидела напротив него за столом и охотно отвечала шуткой на шутку.
– Собираетесь начать с икры?
– Как вам угодно!
– Что меня действительно заводит… – произнесла Алекс с лукавой гримасой.
У Джо Гомеса, признанного эксперта по женщинам на всем западном побережье, взыграло сердце.
– Да?
– Но я понимаю, что это невозможно, – проворковала она.
– Нет ничего невозможного!
– Ну тогда… – Она посмотрела на Джо – широко распахнутые, бездонные глаза и шелковистые, как у спаниеля, кудри. – Сандвичи с мармеладом!
Он ошарашенно вытаращил глаза.
А она запрокинула голову и расхохоталась – как будто рассыпала перед ним горсть драгоценного жемчуга.
Через миг Джо преодолел оцепенение и тоже рассмеялся. Это было неожиданно и так прекрасно, что теперь он готов был положить к ее ногам что угодно. Любой волшебный дар.
– Вы поймали меня на слове! – шутливо пожаловался он.
Алекс же прикусила язычок и наградила его кокетливым взглядом, удовлетворенно заявив:
– И очень хорошо!
– Но я бы хотел знать и остальные пункты вашего списка. Первый, конечно, сандвичи с мармеладом.
– Это должно быть что-то из еды или напитков?
– Что угодно!
– Что угодно? Ух, красота! – Она задумалась. – Ну, и люблю цветы. По большей части садовые. Такие, которые хорошо пахнут. Жасмин, лилии, орхидеи.
– Это проверка? – Джо посмотрел на нее с тайным подозрением.
– Проверка? – Она невинно распахнула глаза. – Почему?
– Вы отлично знаете, какие цветы можно купить в это время года. Только не эти.
– Но вы уже завалили меня чудесными букетами. Так и быть, от цветов я вас освобождаю.
С каждой минутой эта игра все больше увлекала Джо.
– О'кей. С цветами придется что-то придумать, А дальше? Должен ли я угощать вас шоколадом?
– Шоколад я не люблю! – капризно заявила Алекс.
– Да, с вами не так-то просто!
И снова его обволокли россыпи ее переливчатого смеха.
– Ну ладно. Я люблю кружевные платочки, глиняные кружки со слонами и хорошее красное вино. Этого вам хватит?
– Маловато. – Джо с сомнением покачал головой. – И все недостаточно дорогое. А какого цвета должны быть слоны? И как я узнаю, что вино вам понравится?
Алекс улыбнулась – теперь уже не губами, а глазами. Улыбнулась ему, ему одному.
– Слонам, – поучительно произнесла она, – полагается быть серыми. А у вина должен быть вкус жаркого полдня на летнем лугу.
Джо взял ее за руку, не отводя взгляда.
– Договорились, – мягко промолвил он.
Медленно поднял ее руку, повернул ладошкой вверх и поднес к губам. И увидел в обращенных к нему бездонных золотисто-карих озерах тревожную рябь, которую Алекс не в силах была скрыть.
– Я буду рассматривать это, – прошептал он, – как вызов.
При этом речь шла совсем не о смешном списке любимых предметов.
Об этой встрече Алекс ни словом не обмолвилась Джулии. Ей не хотелось выслушивать от подруги никаких комментариев по поводу личности Джо Гомеса – какими бы восторженными они ни были. Согласно своему «кодексу чести» она не сказала о новой работе никому из родных. Включая и Руперта.
Однако она не забыла посоветоваться со своим адвокатом.
– Впечатление такое, что он ведет с вами честную игру. Но все равно я должен непременно взглянуть на контракт. А до этого ни в коем случае не подписывайте никаких чеков!
– Послушайте, но он не просил у меня денег! Напротив, это он хотел купить меня!
– Посмотрите на вещи реально, – снисходительно посоветовал адвокат. – Во-первых, у вас нет серьезного образования. Во-вторых, он чрезвычайно, баснословно удачлив. Вряд ли у вас достаточно денег, чтобы говорить о равноправном партнерстве. Если, конечно, вы не обратитесь в попечительский совет.
Обращаться в попечительский совет значило бы поставить в известность Лаванду. И Алекс решительно заявила, что об этом не может быть и речи.
– Ну, тогда вам ничего не остается, кроме как быть служащей на жалованье.
И Алекс уже готова была с этим смириться. Но у Джо появилась новая идея.
– Не знаю, как вы к этому отнесетесь, – сказал он по телефону на следующее утро. – Это большой риск. Тем более что заниматься этим делом вам будет практически некогда. Большую часть времени вы будете посвящать нашей конторе. Но это позволит вам попробовать себя на новом поприще. Кто знает – может, вам даже понравится!
И он вкратце описал ей идею Тома Скелтона создать документальный сериал, в популярной форме рассказывающий об архитектуре.
– Телесериал? – с сомнением протянула Алекс. – Но что я там буду делать?
– Решать организационные вопросы. Техническая сторона будет целиком возложена на Тома. Я буду вести программу. А вы станете платить по счетам и следить за тем, чтобы мы не выбивались из графика. Справитесь?
– Да, – ответила Алекс.
Годы работы под началом ее взбалмошной бабки позволяли сказать это с полной уверенностью.
– Тогда советую подумать. Но все равно вам следует заглянуть к нам не откладывая. Скажем, сегодня днем? Часика в три?
Тогда у него еще будет время убедить своих молодцом не очень наседать на Алекс на первых порах, поскольку они не слишком обрадовались администратору со стороны.
– Наводите внешний лоск? – с сомнением заметил Чарли. – Не думаю, что это пойдет нам на пользу.
– Офис есть офис, – пожал плечами Джо.
– Александра Эйр? – переспросил другой. Этот парень был вхож в дома высшего света, однако Джо рискнул и принял его в свою команду. – Моя сестра училась с ней в одной школе. Молчунья и тихоня. Из тех, что вечно держатся в стороне.
Все заметно приуныли. Коллектив фирмы «Гомес и партнеры» был слишком мал, чтобы там нашлось место для человека с таким характером. Молчание и замкнутость одного запросто могли разрушить общую дружелюбную атмосферу.
Джо немедленно ринулся в бой:
