К несчастью, за год многое изменилось, и Изабелла Ангулемская уже не так стремилась к браку с Гуго де Лузиньяном. Год назад произошел великий мятеж: могущественные вассалы восстали против своего сюзерена, короля Англии. Но английский престол занимал тогда Ричард Львиное Сердце, и взбунтовавшиеся бароны были разбиты наголову. Ричард победителем вступил в Ангулем, и дело могло бы обернуться совсем плохо, если бы не вмешался французский король Филипп II Август. Не желая обострять отношения с Капетингом, Ричард пошел на переговоры и упустил верную добычу. А потом стрела лучника оборвала его жизнь у замка Шалю. Однако Изабелла не забыла пережитого унижения. Гуго де Лузиньян, как и ее отец граф Эймар, оказались в стане побежденных: только благодаря королю Франции сохранили они свои владения. Все ее мечты пошли прахом – она хотела править независимым государством, а пришлось выходить замуж за вассала, который подчинялся воле двух королей!
Вот почему она шла к венцу без особой радости, хотя и не отвергла своего избранника. Лишь одно обстоятельство служило утешением для ее оскорбленной гордости: сейчас здесь появится король Англии, а завтра именно он поведет ее к алтарю! Конечно, это было ничтожной компенсацией за поражение, но все же незримая душевная рана стала ныть чуть меньше…
Изабелле не пришлось долго ждать – едва она успела поздороваться со всеми приглашенными на свадьбу, как оглушительно загремели трубы и герольд в расшитом золотом кафтане возвестил о прибытии короля Иоанна. Толпа мгновенно выстроилась в два ряда, образовав широкий проход, по которому Изабелла, ее отец и жених двинулись навстречу своему высокому гостю.
Увидев короля, Изабелла с трудом скрыла разочарование. В свои тридцать три года Иоанн Безземельный обладал приятной внешностью, но не более того – во всяком случае, с Лузиньяном он тягаться никак не мог. Вдобавок он был слегка грузноват, и глаза у него бегали, что в сочетании с неискренней улыбкой производило неприятное впечатление. Однако это был король, и для безмерно честолюбивой девушки титула было достаточно – монарха всегда окружает неповторимый, слегка загадочный ореол. Не имело никакого значения, что этот Иоанн являлся узурпатором, поскольку отобрал власть у законного наследника английского престола – своего юного племянника Артура Бретонского. Можно было пренебречь и тем, как обошелся он со своей супругой Эдвизой Глостерской, которую попросту изгнал. Все равно это был король! Девушка присела перед ним в глубоком реверансе и оставалась в этом положении до тех пор, пока ее не подняла королевская рука.
– Не вам быть у моих ног, а мне у ваших! – улыбнулся Иоанн.
– Сир, это была бы слишком большая честь для одной из ваших смиренных подданных!
– Смиренных подданных? Черт возьми, мадемуазель, вы так красивы, что подданной быть не можете: вам должно царить, а всем прочим склоняться перед вами!
Покраснев от удовольствия, Изабелла взяла протянутую королем руку, и они вместе направились к столу. Помрачневший Гуго де Лузиньян и Эймар Тайфер двинулись следом за ними в сопровождении остальных гостей.
За ужином Иоанн не оставлял Изабеллу своим вниманием: не сводил с нее глаз, нашептывал ей на ухо комплименты, словно бы невзначай касался руки. Девушка принимала ухаживания с улыбкой, тогда как Лузиньян, наблюдая за этим со своего места, бледнел, краснел и сжимал кулаки, пытаясь сдержать бессильную ярость. Когда пиршество наконец закончилось, на лбу жениха выступили крупные капли пота, однако Изабелла, казалось, ничего не замечала и с сияющими глазами смотрела на короля Иоанна.
В конце концов монарх удалился в отведенные ему апартаменты, и Гуго смог подойти к невесте. Теперь он уже не скрывал своих чувств.
– Глядя на вас, Изабелла, никто не поверил бы, что завтра вы собираетесь стать моей женой! Любой подумал бы, что ваш жених – король!
– Неужели вы ревнуете? Как это глупо! Короля нельзя ревновать. Он здесь господин и владыка… стоит ему отдать приказ, и все подчинятся! Да и могла ли я быть с ним нелюбезной? Ведь он наш гость!
– Знаю! Все это мне известно так же, как и вам! Но почему вы так радостно улыбались? Ведь он просто пожирал вас глазами, а вы, мне кажется, с охотою ему это позволяли!
Изабелла лукаво усмехнулась.
– Какая женщина устоит перед комплиментами? – кротко произнесла она. – Тем более если речь идет о короле. А теперь оставьте меня, Гуго. Уже поздно, и мне нужно отдохнуть. Завтра я хочу быть очень красивой…
– Как вам угодно, Изабелла, – мрачно ответил Лузиньян. – Но, умоляю вас, будьте красивой только для меня! По правде говоря, порой мне хочется, чтобы у вас был хоть какой-то изъян…
– Вы снова говорите глупости. Будь я уродливой, вы бы меня никогда не полюбили.
Она направилась к двери вслед за своими камеристками, но молодой человек удержал ее.
– Не уходите так! Скажите… скажите же, что вы меня по-прежнему любите!
В зеленых глазах Изабеллы внезапно вспыхнул насмешливый огонек.
– Я выхожу за вас замуж, Гуго! Разве это не лучший ответ?
На следующий день весь город расцвел яркими красками. Шелковые покрывала и цветные полотняные простыни свисали из каждого окна. Улицы были заполнены радостными людьми в праздничной одежде. На подступах к первозданно белоснежному собору Святого Петра толпа густела, напирая на оказавшихся впереди с такой силой, что ее с трудом удерживали ряды вооруженных стражников. Сквозь распахнутые настежь двери был виден алтарь, уставленный бесчисленными горящими свечами. Священники, мальчики-певчие, люди на площади – все замерли в ожидании.
Когда наконец появился конный кортеж, раздался оглушительный приветственный клик, от которого, казалось, содрогнулось само небо – синее, как в самые дивные летние дни. Народ славил доброго графа Эймара, прекрасную Изабеллу и короля Иоанна, украсившего своим присутствием долгожданную свадьбу. Гуго де Лузиньян оказался несколько в тени. Он был всего лишь жених, а все взоры были устремлены на красавицу-невесту.
Под звуки труб всадники спешились перед порталом церкви, и Иоанн, подав руку Изабелле, повел ее по проходу, усыпанному свежими цветами. Одновременно запел стоявший у алтаря хор. Рука Изабеллы дрожала в ладони Иоанна, она не видела блистательных дворян, заполнивших собор, и смотрела только на короля. В эту минуту она ощущала себя королевой, и ей хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно… Какое несчастье, что ей не удалось встретиться с английским монархом до того, как она совершила величайшую глупость, согласившись стать женой Гуго! Хоть он и носил гордое имя Лузиньянов, но был всего лишь вассалом. Разве можно его сравнить с сюзереном? А взгляды, которые то и дело бросал на нее Иоанн, лучше всяких слов убеждали, насколько она ему понравилась.
