Глава пятьдесят девятая
О ТОМ, КАК НАЗВАННОМУ СЬЁРУ ГАДИФЕРУ И ЕГО ЛЮДЯМ ПРИШЛОСЬ ПЕРЕНЕСТИ МНОГОЕ
Теперь нужно вернуться к нашему основному сюжету и продолжить его, излагая последовательно ход событий. Итак, теперь мы расскажем о том, что произошло после того, как король острова Ланселот был схвачен и как Бетанкур и Гадифер распределили <среди своих людей> продовольствие, отобранное при его пленении. Многое до того пришлось им перенести, а они ведь привыкли к хорошей жизни. целый год <французы> оставались без хлеба и вина и были вынуждены жить на мясе и рыбе; долгое время они спали на голой земле без одеял, белья и теплой одежды, на них было только рваное платье, и от этого они очень страдали. И, кроме того, им приходилось тратить свои силы на стычки с врагами, которых они хотя и поставили под свою власть и благодаря Богу крестили и обратили в нашу веру, но которые, и прежде всего <жители> острова Ланселот, из-за совершенного против них предательства, как о том было рассказано выше368, восстали против <французов> и вступили с ними в смертельную войну.
Глава шестидесятая
О ТОМ, КАК ГОСПОДИН ДЕ БЕТАНКУР И МЕССИР ГАДИФЕР ПОСПОРИЛИ ДРУГ С ДРУГОМ
В один из дней 1401 года369 господин де Бетанкур, увидев мессира Гадифера де Ла Салля, погруженного в свои мысли, спросил, что с ним и почему он <по их возвращении> оказал им такой странный прием370. На это Гадифер ответил, что долгое время он трудился вместе с ним, совершил немалые дела и ему было бы обидно видеть, что его усилия напрасны; он хотел бы получить от <сеньора де Бетанкура> один или два из этих островов, чтобы обустроить их и начать извлекать доход для себя и своих людей; кроме того, он попросил де Бетанкура отдать ему, кроме острова Эрбенни, еще один остров, который называют Анфер371, а также и Гомеру, хотя они еще не были завоеваны и требовалось много усилий, чтобы их приобрести. Выслушав <Гадифера>, сеньор де Бетанкур так ответил ему: «Монсеньор де Ла Салль, мой брат и друг, вспомните, что, когда я вас встретил в Ла-Рошели, вы были рады ехать со мной без всяких условий и мы не бросали никаких упреков друг другу. Путешествие, которое я предпринял в эти края, начиналось с моего поместья в Гренвиле-ла-Тентюрьер в Ко, в Нормандии, я взял с собой своих людей, оснастил свой корабль, запасся провиантом и военным снаряжением; все это я сумел сделать до того, как приехал в город Ла-Рошель, где и нашел вас, как было сказано выше, и только потом с Божьей помощью, с вашей и всех добрых благородных мужей и других участников моего отряда я добился успеха. Что я могу ответить на ваши требования, если острова и земли, которые вы просите, еще не завоеваны и их жители не крещены, хотя надеюсь, что по воле Бога они будут завоеваны и обращены в нашу веру? Я прошу вас не беспокоиться по этому поводу, ибо хорошо отношусь к вам. Я совсем не хочу, чтобы ваши усилия были напрасны и вы лишились бы вознаграждения, так как ваши заслуги велики. Давайте, я прошу вас, прекратим этот разговор, останемся братьями и друзьями». «Все это хорошо, – ответил мессир Гадифер де Ла Салль монсень ору де Бетанкуру, – но есть одна вещь, которая мне не нравится: вы же принесли оммаж королю Кастилии за Канарские острова, вы называете себя их сеньором, а кастильский король даже приказал распространить почти по всему королевству и прежде всего в Севилье весть, что вы являетесь их сеньором и что никто не может приезжать на Канарские острова без вашего позволения; кроме того, он приказал огласить его желание, что со всех товаров, которые будут доставлять с островов в королевство Кастилия, вы будете иметь пятую часть натурой или деньгами». «Что касается того, что вы говорите, – ответил Бетанкур, – это правда, я принес оммаж за <Канарские острова> и считаю себя их настоящим сеньором, поскольку так угодно королю Кастилии. Что же касается вашего вознаграждения, подождите, пожалуйста, завершения нашего предприятия, и я вам предоставлю и дам то, что вас удовлетворит». Мессир Гадифер сказал: «Я не буду так долго находиться на этой земле, мне нужно вернуться во Францию; я больше не желаю здесь оставаться». Поскольку монсеньор де Бетанкур спешил, он прекратил разговор, которым, по всему, Гадифер остался недоволен; хотя, по правде говоря, он не только ничего не потерял, но даже во многом выиграл, например, у него были пленники372 и многое другое, что он приобрел и взял на островах, а если бы он не лишился своего корабля373, он имел бы еще больше. <После разговора> наши рыцари успокоились, насколько это было в их силах, и покинули остров Ланселот, чтобы плыть на остров Эрбанн, который называют также Фортавантюр, где они потрудились на славу, как вы о том услышите ниже.
Глава шестьдесят первая
О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ОТПРАВИЛСЯ НА ОСТРОВ ЭРБАНИ, КОТОРЫЙ ОБОШЕЛ ПОЧТИ ЦЕЛИКОМ И С ВЕЛИКОЙ ПОЛЬЗОЙ ДЛЯ СЕБЯ, ИБО СОВЕРШИЛ ТАМ ТРУДОВ БОЛЬШЕ, ЧЕМ КОГДА-ЛИБО И ГДЕ-ЛИБО
Итак, монсеньор де Бетанкур отправился на остров Эрбан, где организовал набег на своих врагов, захватил их и переправил на остров Ланселот. затем он начал строить против них укрепление, чтобы подчинить себе всю страну, к тому же до него дошли слухи, что король Феца374 собирается воевать против него и его отряда, заявляя о своем праве на все острова. Монсеньор де Бетанкур провел на Эрбани полных три месяца и обошел всю страну. здесь он встретил высоких и сильных людей, очень упорных в своей вере и обычаях, что тоже укрепило его в решении обязательно поставить здесь крепость. Форт стали возводить на широком склоне горы, у живого источника, в одном лье от моря и назвали его Ришрок375. Когда же монсеньор де Бетанкур уехал в Испанию, канарцы захватили <форт>, убив большую часть людей, которые там оставались.
Глава шестьдесят вторая
О ТОМ, КАКИМИ СЛОВАМИ БЕТАНКУР И ГАДИФЕР ОБМЕНИВАЛИСЬ ДРУГ С ДРУГОМ
После того как монсеньор де Бетанкур начал строить этот форт, а мессир Гадифер уже возвел крепость в другом месте376, они стали обмениваться посланиями, оскорбительными и для того, и для другого. В письмах, которые мессир Гадифер отсылал монсеньору де Бетанкуру, было написано только одно: «Если вы сюда придете, если вы сюда придете, если вы сюда придете», и ничего другого. А монсеньор де Бетанкур посылал ему через своего человека, прозванного Сижепюи377, столь же краткие ответы: «Если вы там окажетесь, если вы там окажетесь, если вы там окажетесь». Так прошли две недели, полные великого гнева и оскорблений, пока на пятнадцатый день монсеньор де Бетанкур не отправил небольшой отряд смельчаков на Гран-Канарию. Это было двадцать пятого дня июля 1401 года378. К ним присоединился и мессир Гадифер. Таким образом, он поплыл на Гран-Канарию на барке монсеньора де Бетанкура, чтобы посетить остров вместе с людьми монсеньора. Они вышли в открытое море, но через несколько дней попали в страшную бурю; из-за встречного ветра им пришлось преодолевать сто миль целый день, от восхода и до захода солнца. <Французы> подошли к Гран-Канарии у Тельды, но не осмелились пристать, ибо дул сильный ветер и уже стемнело; они проплыли еще двадцать пять миль до поселения по имени Аргинеги379, причалили там и стояли на якоре одиннадцать дней. К ним на переговоры явился Пьетро Канарец, а после него сын <Атидамы> Артами380, король этой страны, и другие канарцы в большом числе, все они поднялись на борт, как это делали и раньше. Когда же они увидели наш отряд и поняли, что нас мало, то замыслили обман. Пьетро Канарец сказал, что нам дадут пресную воду, а также свиней, которых пригнали к бухте, а сам устроил засаду381. Когда наша лодка стала причаливать, чтобы забрать все это, канарцы на берегу взялись за один конец каната, а люди в лодке – за другой. И тут из засады выскочила целая толпа и принялась швырять в <пришельцев> камни в таком количестве, что почти всех поранило. <Туземцы> отобрали у них два весла, три бочонка, полных воды, и канат, да еще бросились к лодке, чтобы захватить и ее. Но Ганнибал, бастард Гадифера, хотя и был ранен, схватил весло, отогнал их и оттолкнул лодку далеко в море <с такой силой>, что все находившиеся в ней попадали на дно и не осмеливались поднять головы. Среди них было два или три знатных мужа, <из числа людей> монсеньора де Бетанкура, у которых имелись щиты, сослужившие им тогда великую службу; избитые и разгневанные, они вернулись на корабль. В лодку сели другие, поскольку было ясно, что перемирие нарушено; они направились к берегу, чтобы напасть на канарцев, но те выступили против них, прикрывшись несколькими щитами с гербами Кастилии, отобранными в прошлом году у испанцев; <о те щиты> наши люди притупили достаточно много острых стрел, не нанеся большого ущерба врагам. Тогда они возвратились на барку и, подняв якоря, поплыли в бухту Тельды, где пробыли два дня.
