не видел. Мне очень интересно.
Эти слова вызвали у Александра искреннюю улыбку:
— Техник до мозга костей, да? Хорошо, тем более что Ворона все равно нужно осмотреть после всего произошедшего. Так что лучше ты, чем непойми кто. Ладно. Если мы решили этот вопрос, то я пошел?
— Э… куда? — сейчас реальность нормально воспринимала только Мэг, бедный Макс после полученного карт-бланша пребывал в своих мечтах.
Холодный взгляд серебряный глаз заставил девушку быстро вспомнить кто перед ней:
— Да так… Порядки наведу — некромант кивнул и покинул рубку.
* * *
Тяжелые шаги разносились по всему отсеку. Запах крови витал в воздухе. Но здесь не было тех, кто был бы к нему непривычен. Или тех, кого он вообще волновал. Воин в антрацитовой броне остановился рядом с сидевшим на полу некромантом. Тот поднял голову вверх. На мече легионера был нанизан труп штурмовика повстанцев.
— Ага. Это последний. Туда кинь — Александр на мгновенье взглянул на гору тел повстанцев, что сложили легионеры. Они принесли их всех, в один отсек, в одну кучу. Короткий взгляд и некромант снова вернулся к своей работе.
Лужа крови, от сложенных трупов, растекалась по полу, но тут же преобразовывалась в рисунок. Руны, которые с ювелирной четкостью контролировал своей силой Александр. Кровавые надписи на полу опоясывали все тела и крупные кристаллы кварца, что были выложены вокруг них.
Когда работа по переносу тел была окончена, легионеры просто замерли у стен по периметру отсека. Сам ритуал, кстати, проходил недалеко от грузового отсека, в одном из небольших, дополнительных помещений.
— Хорошо. Закончил — Александр встал, отряхивая одежду — Начнем утилизацию.
Вспышка серебряного света превратилась в искру. Маленький огонек, что упал на каплю крови на полу. Алая жидкость неожиданно вспыхнула с невероятной силой. Будто и не кровь вовсе. Волна серебряного огня не обжигала, наоборот. Холод наполнил помещение. Руны и кровь на полу вспыхнули без остатка и теперь огонь пожирал уже тела повстанцев. Тела, броню, даже принесенное легионерами оружие… все жрало пламя. Лишь пепел оставался неизменным на месте этого пиршества.
Кристаллы кварца. Это единственное, что могло сопротивляться потустороннему пламени. Но и они изменялись под его воздействием. Прозрачные, как слезы, они темнели, становясь абсолютно черными. Когда же огонь погас окончательно, кварц стал антрацитового цвета, с металлическим отливом. Некромант подошел ближе, собирая их в небольшой стальной тубус на поясе.
Все кристаллы были собраны, а Александр ненадолго остановился, сосредоточенно глядя на пол отсека. А точнее на прах, что остался от штурмовиков повстанцев. Он медленно поднял правую руку на уровень груди. Легкое свечение серебряного огня на его ладони отбрасывало странные тени. Тонкие, искореженные. Куда ни падал свет от этого огонька — все видимое пространство занимали несуразные, хрупкие тени.
Шепот. Тихий шепот множества голосов. Он появился вслед за тенями. В нем не было угрозы, не было агрессии. Был страх. Да. Они умоляли. Просили. Шепот доносился от теней. Они извивались от агонии и страха.
— Вам что-то не нравится? — голос некроманта промораживал саму душу. Он спокойно смотрел на агонию теней. А потом на его лице появилась хищная улыбка — Колонисты так не делали, да? Ничего, тут ума не набрались, может в будущей жизни прибавится. Свободны.
Рука резко сжимает колеблющийся на ладони огонек. Свет гаснет, а с ним уходят и они — души тех, кто совершил ошибку.
* * *
— Командор, искин почти закончил. Осталась только процедура стыковки с доком, и мы на станции — Макс радостно встретил вернувшегося на мостик некроманта.
— Скажи, тут существует практика частных ангаров? — Александр сел на капитанское кресло, проверяя параметры Ворона и контролируя постановку в доке. Вернулся он, кстати, не с пустыми руками. Но об этом позже.
— Да. Не проблема. Корабли дороги, поэтому пилоты стараются поддерживать их в хорошем состоянии. Долгосрочные ремонты нередки. Ну и никто не захочет, чтобы рядом с вами крутились незнакомые личности, когда судно недееспособно. Поэтому ангары заказывают постоянно.
— Отлично — командор достал несколько небольших кристаллов морфита и отдал их Максу — сможешь договориться о постановке Ворона в такой ангар или для этого нужны «живые» деньги?
— Да нет, здесь народ жизнью не балован. Тут что угодно — это «деньги», но… — парень замялся.
— Мэг, пока Макс занят, мне понадобится твоя помощь. И да, Макс, я вижу твое тонущее в пучине печали лицо. И вашу гастрономическую клятву я слышал и помню — на этих словах командора, оба, по сути взрослых человека, густо покраснели — Займёшься Вороном завтра, просто проконтролируй, чтобы его переставили в хороший ангар. К этому времени мы тоже должны вернуться. А тогда уже идите празднуйте, я вас держать не стану. У меня будет, чем заняться и без вас.
— Какая помощь? — Мэгги в плане работы была куда серьезней настроена, хотя и ее лицо не преминула посетить тень разочарования — А что именно нужно сделать?
— Прямой товарообмен — это замечательно. Но местная валюта тоже не будет лишней. Я хочу кое-что продать. У вас есть крупные скупщики, с относительно стабильной репутацией?
Девушка лишь ухмыльнулась на последние слова:
— Стабильность репутации наших скупщиков заключается в ее нестабильности. В этом медвежьем углу каждый выживает как может и чаще всего за счет других. Но десяток человек относительной надежности подсказать могу. Все будет зависеть от товара. Я так понимаю нужен скупщик драгоценных камней? — Мэг немного расслабилась и перешла на деловой тон.
Но, к удивлению, ее и Макса, Александр отрицательно покачал головой:
— Нет. Не то, чтобы их количество было критичным, но морфит мне и самому нужен. Я помню, Мэгги, как ты говорила, что в Глазу Демона собирают и скупают остатки Криста. Этот товар ценен? Его можно продать?
— Эм… Можно, но… Такими вещами больше на планетах занимаются. К голым станциям Криста особого интереса не проявляют. Поэтому и скупщиков будет… э… — Мэг замялась.
— Дай угадаю. На станции есть только один торговец таким товаром? И к тому же не особо высоких моральных ценностей человек? Что, в целом, логично, раз у него тут почти монополия — Александр положил рядом с собой плотный мешок, что держал в руке. Такие обычно использовались на кораблях для складирования неорганических отходов или
