парней превышают даже мои. И это не про потенциал я сейчас говорю, а про реальные, уже освоенные ими навыки. Разумные с такими возможностями очень редкИ в этом мире.
Не удивительно, что гильдия охотников так сильно уцепилась за них и всячески их прикрывает. По моим сведениям гильдия охотников отшила не только нас, но даже службу безопасности АОрии. Причем сказано это было в довольно грубой форме, не терпящей двояких толкований. Никаких даже мало-мальских сведений они предоставлять никому не собираются и прикрывают следы парней максимально тщательно.
— И об этом я уже в курсе.
— Но вы не в курсе о того, что эти парни не так давно вошли в столицу. Не удивлюсь, если они причастны к тому, что город закрыли так, что даже я сюда никак не мог попасть столь длительное время.
— А вот это уже интересно, ты уверен, что они здесь были?
— Я полностью в этом уверен. Но я предполагаю, что они до сих пор находятся здесь. Молодые охотники крайне умны и не станут покидать город в первые же дни после открытия ворот.
— Отличная новость. Тогда в твоем распоряжении все ресурсы, которые тебе потребуются, можешь оцепить город и прошерстить каждый дом и каждый уголок столицы. Ответственность я возьму на себя. Его величеству я смогу объяснить необходимость таких действий. Как-никак было совершено нападение на его любимую племянницу.
— Столь крайние меры не требуются. Мы их только вспугнем. Нам не нужно, чтобы парни нас боялись. Если мы хотим заполучить их к себе на службу, то их необходимо в этом убедить мирными методами. Но для того, чтобы иметь возможность поговорить с ними, их, все же, необходимо найти. Поэтому предлагаю использовать монахов и послушников для дежурства у каждых ворот. К каждой группе приставить кого-нибудь из инквизиторов, одетых как монахи, для руководства и координации действий. Запретить им применение грубой силы, только переговоры. Слепка их ауры у меня, к сожалению, нет. Да и вряд ли он помог бы, но кое-какие описания их поведения имеются. Поэтому работы предстоит много. А я пока пойду по их следу. После того, как проведу расследование, смогу уже более точно сказать, причастны ли наши ребятки к покушению на высокородных леди.
— А описание внешности? Может, стоит их искать по описанию внешности?
— Не думаю, что это поможет. Сменить внешность не проблема, а вот если они увидят свои портреты в руках монахов, то затаятся так, что мы их еще долго отыскать не сможем.
— Пожалуй, ты прав. Тогда начинай действовать, а я отдам соответствующие распоряжения.
— Но чай-то можно допить?
Патриарх усмехнулся и ответил:
— И чай допей, и в купальню обязательно загляни. Смердит.
Королевство АОрия
С караваном мы добрались до ближайшего города, где закупились всем необходимым для длительного путешествия. Последние четыре круга меня не покидало сосущее чувство опасности. Я понимал, что это возмущается моя интуиция, но никак не мог понять, откуда исходит опасность. Я даже специально отбивался от каравана и менял направление движения, чтобы убедиться в том, что мы не идем в ловушку. Как ни странно чувство опасности не уходило. Оно периодически немного ослабевало, но со временем снова нарастало. К слову, у Лихта ощущения были сродни моим. Поэтому мы решили, что кто-то очень нехороший идет по нашему следу, и нам стоит ускориться, а то мы рискуем так и не добраться до портальных застав.
Никаких заказов в гильдии охотников мы брать не стали. Закупились по максимуму, но так, чтобы не перегружать лошадей, и выдвинулись прямиком в сторону портальных застав, как только ворота города открыли. В этот раз никаких ухищрений и маскировки следов. Мы самыми первыми покинули город и двигались до самого вечера, останавливаясь, чтобы накормить и напоить лошадей.
Круг пролетал за кругом, а чувство опасности все росло и росло. И когда оно усилилось настолько, что буквально ощущался чей-то взгляд, мы остановились и решили встретиться с противником лицом к лицу. Умирать уставшими нам с братом жутко не хотелось.
До того момента, как нас нагнали, прошло несколько хортов. И мы, и лошади, успели достаточно отдохнуть. Мы даже довольно плотно поели, но не настолько, чтобы это мешало нам сражаться. Однако, чувство опасности поднялось до определенного уровня и остановилось. Никто на нас не нападал и никто не выходил. Я мог различить только направление, откуда исходила опасность, но при этом никого я там не видел. Ни обычным зрением, ни альтернативным. У Лихта была та же проблема.
Так, оставаясь на месте и пытаясь вычислить, кто же это наводит на нас такую жуть, и где он находится, мы заметили приближение инквизиторской ищейки, но, как ни странно, эта опасность исходила не от него.
— Доброго вечера, молодые люди, — произнес инквизитор и спешился. — Позволите погреться у вашего костра?
— Нет, — ответил я. — Можем поделиться с вами головешками и дровами, чтобы вы развели свой костер, но приглашать вас к своему мы не желаем.
— Отчего вдруг?
— Это не вдруг, просто не желаем.
— Я знаю много интересных историй и готов развлечь вас занимательной беседой.
— Не интересует.
— Почему вы так категоричны? Я ведь просто желаю поговорить, не более.
— Просто поговорить?
— Именно.
— Дайте мне свой нож.
— Нож?
— Да, нож. Тот, что находится у вас под рукавом.
— Этот? — поинтересовался ищейка, вынимая метательный нож из ножен на предплечье.
— Да. Этот.
Он протянул мне нож, и я взял его.
— Кажись, я нашел тебе собеседника! — обратился я к ищейке и метнул нож в ту сторону, откуда веяло жуткой опасностью. Нож, как бы это ни было странно, завяз в воздухе, в тени высокого кустарника. После чего там проявился силуэт человека, ну или кого-то похожего на человека. Лицо того, кто остановил нож недалеко от себя, было скрыто повязкой и капюшоном.
— Валите отсюда! Быстро! — среагировал на появление незнакомца инквизитор.
— Ага, щас! Бежим, аж волосы назад, — отозвался Лихт. — Слышали мы про подобные ваши уловки. Вдруг откуда ни возьмись, появляется страшный противник, может даже жуткий монстр. И доблестный инквизитор бросается на выручку бедным подросткам, загораживая их собой и связывая жуткого врага боем, чтобы детишки могли сбежать. После чего он доблестно побеждает невероятного противника и предъявляет спасенным долг жизни, для оплаты которого подростки должны пойти на службу в святую инквизицию и провести всю оставшуюся жизнь служению ей.
Никуда мы не пойдем. И если ты вдруг кинешься на него или попытаешься нас защитить, то это будет исключительно твой выбор, ничего за это мы тебе должны не будем. Так,
