– О-о-о-х! – на этот раз гораздо громче.
И тут же последовало растерянное восклицание Эльнорды:
– Ну вот опять!.. А эти… терапевты недоделанные уже спят!
На этот эльфийский вопль, произнесенный шепотом, со стороны облачка последовал незамедлительный ответ:
– Ну вот опять!.. Она опять не спит!.. – И после короткой паузы несколько растерянно: – А если ее опять попробовать напугать, она снова завизжит!
– Конечно, завизжу! – обиделась эльфийка. – А зачем ты меня пугаешь?!
– Так ты же не спишь! – в свою очередь обиделось облачко. – Вот и приходится тебя пугать! Только почему ты визжишь?!
– А что же мне делать, если ты меня пугаешь?! – возмутилась эльфийка.
– Как что?! Падать в обморок! – ответила возмущением ее собеседница.
– С какой это стати? – Эльфийка села в постели.
Облачко скользнуло несколько в сторону от возмущенной девушки и замогильным шепотом, в котором, впрочем, явно читалась некоторая растерянность, пробормотало:
– Так я же тебя пугаю!.. У-у-о-о-х!..
Эльнорда в негодовании всплеснула голыми руками:
– Снова с вас по рубль двадцать!
– Как? – переспросило облачко.
– Ты хочешь, чтобы я визжать начала! – зло прошептала Эльнорда, не отвечая на предыдущий вопрос.
– Нет… – шепнуло в ответ облачко.
– Так что ж ты меня пугаешь!
– Ну, ты же не спишь, вот…
И облако замолкло, понимая, что их содержательный разговор поехал по третьему кругу. В комнате на секунду повисло молчание, но Эльнорда тут же нарушила его:
– А сурки эти спят! Потом опять скажут – галлюцинация!
– Спят только терапевты… – вмешался я в разговор со своим шепотом. – А психиатры все на посту…
– Ой, Серенький, ты не спишь!.. Ты его тоже видишь?! – страшно обрадовалась Эльнорда.
Зато облачко, растерянно шепнув:
– Ох, здесь еще кто-то… – метнулось к спасительному потолку. Однако я остановил его, грозно прошептав:
– Стой, Качеев призрак!
Облако замерло, наполовину срезанное потолком, словно жуткий призрачный сталактит, а затем медленно вернулось в комнату и так же медленно, даже, я бы сказал, угрожающе, двинулось в мою сторону. Подлетев почти к самому моему лицу, оно свирепо зашипело:
– Чей я призрак?!
И тут я увидел лицо. Призрачное, полупрозрачное, совершенно белое девичье лицо с тонкими, правильными чертами и огромными, широко распахнутыми глазами… без радужной оболочки и зрачков.
Может быть, кого-то этот призрак и мог испугать, а на меня его вид подействовал совершенно оглушительно. Внезапно я понял, что за этого призрака, за эту неземной красоты девушку я готов по капле отдать свою кровь или выпустить кишки любому, кто посмеет обидеть ее. А призрак между тем снова пошевелил изящно очерченными белыми губами, и я опять услышал шепот:
– Повтори, что ты сказал! Чей я призрак?
Я хотел ответить ей, но у меня в горле поселился какой-то пушистый комок, который никак не хотел ни выходить наружу, ни проваливаться внутрь моего организма. Может быть, я и попытался пошевелить губами, но толку от этого не было. А призрак упорно ждал ответа. И тут у него за спиной прозвучал совершенно спокойный шепот Эльнорды:
– Что ты привязалась к Гэндальфу? Оставь его в покое, я все тебе объясню.
И призрак тут же оставил меня в покое, метнувшись поближе к эльфийке.
– Так вот, – продолжила та. – Когда нас сманивали к правителю Качею, один странный монашек предупредил Серого, что в Замке имеется некий призрак. Причем этот монашек делал намеки в том смысле, что нам этого призрака надо опасаться… Опасный этот призрак, поняла? Вот Серый и решил, что ты и есть тот самый Качеев призрак.
Пока Эльнорда давала необходимые пояснения моим словам, комок в моем горле несколько рассосался и я смог, правда, с некоторым трудом, произнести:
– Прости меня, если я невзначай тебя обидел. Но судя по твоей реакции, ты не слишком жалуешь правителя Качея. Может быть, мы могли бы чем-то тебе помочь? Если ты расскажешь нам, что с тобой произошло…
Облачко медленно отплыло от эльфийки и приблизилось ко мне. Я снова увидел это незабываемое лицо. Только теперь на нем была написана такая душевная мука, словно своим вопросом я напомнил ей какую-то жуткую, какую-то немыслимо тяжелую историю.
Но постепенно черты лица разгладились. Оно вообще несколько расплылось и смазалось, как будто успокоившись. И после долгого молчания в комнате прозвучал тихий шепот:
– Хорошо. Я расскажу вам свою историю…
И снова последовало молчание. А потом шепот потек неостановимо и непрерываемо.
– Я – королева этой страны, Кина Золотая… – Призрак слегка запнулся и через силу уточнил: – Вернее, то, что от нее осталось. Я унаследовала престол после своего деда, которого называли Кин Синий. Моя мать умерла родами, а мой отец, Кин Зеленый, пропал без вести, когда мне не было и шести лет. Дед же дожил до семидесяти восьми лет и передал мне королевские регалии за два дня до собственной кончины.
Кроме королевства, этого замка и всего прочего, я унаследовала и его двор… В смысле, придворный штат. Первым советником Кина Синего был королевский канцлер, которого звали Ваго Качеев. Он стал и моим первым советником. Когда я стала королевой, мне было всего восемнадцать лет, и я считала, что раз уж люди верой и правдой служили моему деду, то и мне будут служить так же… Очень скоро мне пришлось убедиться в том, как сильно я заблуждалась.
Буквально через несколько дней после моей коронации у первого советника короны появился свой первый советник. Кто он был и откуда взялся, я не интересовалась. Когда он впервые появился на моем утреннем выходе, я спросила, что это за мерзкая рожа, и Ваго ответил мне, что это его советник и что я вижу его первый и последний раз. И он сказал правду! Потому что три дня спустя меня не стало.
Нет, меня не убили – по законам моей страны убийство верховного правителя карается немедленной и очень мучительной смертью. Причем смерть эта наступает вне зависимости от чьего-либо желания.
Видите ли, основатель нашего королевского рода, достопамятный Кин Цветной, был к тому же и очень могущественным волшебником. Именно он составил и привел в действие заклинание, которое карает смертью любого, замыслившего или исполнившего покушение на короля, а также любого, кто оказывал содействие в этом злодействе. Так что просто убить меня возможности не было.
Но эти два негодяя нашли средство обойти оберегающее заклинание. Они с помощью магии разделили мои тело и душу. Фактически меня не стало, но при этом я и не умерла!
Ваго, как первый советник короны, в отсутствие прямых наследников стал правителем королевства. Но только он дважды просчитался!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
