Мы едем в машине. За руль сел Кадыр. Я на заднем сиденье с Лисой устроился.
— Не волнуйся, Лисёнок. Больно не будет, — пытаюсь подбодрить. — Я нашёл грамотных специалистов. Они всё сделают правильно, как профессионалы. Мы едем в самую лучшую, дорогостоящую клинику города.
Обычное дело. Ну бывает! Не нужен нам этот отпрыск, как ты не понимаешь? Дети должны в любви рождаться, а не из-за случайного перепихона.
— Как же быстро ты это сделал! — Лиса уже не боится, а на полном серьёзе злится. — Я только час назад узнала, что беременна, а ты тут же примчался! Клинику нашёл, с врачами договорился. Нас уже с особыми почестями там ждут! Какой же ты, Саид, мерза…
А вот это лишнее!
Не позволю. Чтобы на меня голос повышали. И пытались обозвать.
Это недопустимо!
Рыкнув, за горло дрянь хватаю, с силой сжимаю.
— Следи за языком, девка! Знай с кем дело имеешь! Ты забываешься… Я последний раз предупреждаю!
Разговор выдался трудным. Она всё истерила, пыталась обвинить меня в убийстве. Но какое убийство, милая моя? Внутри тебя всего лишь мелкая точка. Личинка. Которая не соображает ничего. О каком убийстве речь?
Не надо ни себя, ни меня мучить.
Сделаем дело, забудем. Время вылечит.
Тачка останавливается недалеко от центрального входа в клинику. Двери разблокировались. Я не ожидал такого поворота… Алиса, как пчела блять прыткая, ловко выскочила из машины и наутёк со всех ног бросилась.
Благо я молниеносно среагировал.
Вот дура! Почти на дорогу вылетела…
— Алиса! Блять!
За талию успеваю её схватить. За пару секунд до того, как грузовик превратит идиотку в лепёшку.
Жадно прижимаю к себе, крепко-крепко обнимаю. Чуть сам не сдох от ужаса. Сердце грохочет в груди на вылет.
— Отличная попытка. На тот свет захотела? — зло ехидничаю.
Алиса почти таит в моих бандитских руках. Жар по коже разливается. Как хорошо… вот так вот просто её обнимать. Соскучился, млять. Но мы в последний раз видимся. Уже точно! Только начал забывать засранку, и вот опять… навеяло.
Алиса вырывается из моего захвата. Бьёт меня. Не кулаком, а словом!
Вот как она умеет. Если я кулаком могу в щепки превратить, то она языком.
Задевает, бля!
— Лучше бы ты позволил мне сдохнуть под колёсами грузовика! Уж лучше умереть, чем позволить тебе сделать то, что ты собираешься…
За локоть её перехватываю.
— Перестань! Я же сказал, что всё будет хорошо.
Кричу, но сам в глубине души не верю в собственные слова.
В клинику её веду. Нас медсестра встречает, в кабинет проводит.
Я обо всём договариваюсь. Сижу рядом с Лисой на кушетке, но она всё ещё мне язвит. Хочется просто взять и укусить её за этот дерзкий язык!
Дождавшись врача, я поднимаюсь с кушетки, намереваясь уйти. Но топчусь на месте, словно борюсь сам с собой. Всё таки странные ощущения. Никогда так долго не маялся, не делал сложный выбор, без угрызения совести. Это все изнутри само собой идёт. Как бы не старался держать свою жалость в кулаке.
— Найдёшь себе другого мужика, Лисичка. Намного лучше меня. Со мной ты пропадёшь. Не пара я тебе, ясно! Ты светлая, чистая девочка, а я подонок редкостный.
Разворачиваюсь к выходу шагаю. Точнее, заставляю ноги двигаться прочь через силу.
— Что же ты уходишь, Саид? Останься. Может сам лично примешь участие в “убийстве”? Тебе ведь это в кайф! Не привыкать. Бандит и в Африке бандит. Убивать — твой смысл жизни. Вон, выбирай инструмент. Какой тебе по душе? Скальпель, ножницы, скребки?
Мать твою!
Хруст кулаков.
Почти пальцы все себе ломаю от неимоверного напряжения.
Уйти. Срочно. Прочь. Чтобы глаз ведьминских не видеть!
Как же ловко манипулирует, стерва.
Впервые со мной такое. Впервые. Душа как в аду горит.
Мучительно тяжело внутри. Но я должен! Должен бороться.
Грохот двери. Такой сильный, что стёкла завибрировали.
Я вылетаю в холл.
— Где она? Почему так долго!
Я затрахался ждать. Выбиваю дверь кабинета гинеколога почти с ноги.
— Саид Маратович! А где же Алиса? — курва отвечает вопросом на вопрос.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что? В смысле где?
Они что прикалываются?
— Ну она же в туалет попросилась и не вернулась….
Да твою ж мать!
— Как? Когда?
— Я заждалась уже, хотела искать идти. Думала, вы передумали и сбежали, — врачиха краснеет, пожимая плечами.
— Проклятье!
Пулей вылетаю обратно в холл, набираю номер Кадыра.
— Да, босс!
— Девчонка сбежала! Как это могло произойти? Вы видели ее?
— Нет. У входа дежурили, как вы и приказали. Мимо меня ни одна муха, вы же знаете!
— Уроды кривожопые! Быстро искать её! Быс-тро!
— Понял. Сейчас, мигом.
— Чтобы каждый переулок, каждую щель, каждый куст! Бойцов собирай, пусть кто-то из них к папаше нагрянет. Наверняка туда помчалась. Больше ведь некуда. Друзей, подруг всех прошурудите! Чтобы через три часа она передо мной на коленях стояла! Понятно?!
Отключаюсь.
Я в бешенстве. Пинаю ногой колесо тачки. Руку под пиджак сую, ствол нащупываю. Крепко рукоять сжимаю. Холодную. Тяжёлую…
Допрыгалась ты Лиса. Больше унижаться и жалеть не стану.
Не хотела по-хорошему… Я сделаю всё сам. И быстро.
В тачку запрыгиваю, прикидываю примерный план действий. Строю в уме маршрут. Просто тупо начинаю колесить по городу. Ах да, у меня где-то в телефоне её фотка имеется. Сфоткал, как-то. Хрен знает зачем? Знал же, что расстанемся. Но как память хотелось что ли сохранить. Оставить где-то те мгновения, когда нам было вместе хорошо. Нежится подолгу в постели и просто молчать. Мне нравилось, что Алиса не трындела лишнего.
Молчаливая, тихая. Возможно, будь она богаче, а её отец не был бы придурком, у нас могло всё сложиться. Она почти идеальна. Почти. Только с родословной беда. А так тихая достаточно. Не заёбывала разными вопросами. Рот открывала лишь тогда, когда я этого хотел. Не только когда минет делала, а когда я о чём-то её спрашивал. На тему личного в разговорах.
Беру телефон с её фоткой и начинаю у прохожих спрашивать, не видели ли они “беглянку”. Я час времени наверно убил. Уже думал забить. Все равно парни найдут. Не сейчас, так завтра. Но мне нужно было сейчас. А вдруг Лиза узнает? Браку конец. И от парней никаких вестей. Каждые пятнадцать минут им наяривал — ничего. Никто не видел паршивку.
Как вдруг телефон зазвонил. Смотрю на дисплей — вижу номер отца.
— Да! — рявкаю.
Что-то херово мне. Нехорошее предчувствие. Как будто он узнал о моей интрижке с простой смертной.
— Саид, Саид, сын! Беда! — отец не может отдышаться. Слова глотает. Орет так, словно живьём горит в огне.
Он узнал. Анохины тоже. Твою ж мать!
— Успокойся. Не разобрать твоих слов.
— Елизавета… она..
Я замираю. Жизнь проносится перед глазами.
Неужели браку конец?
— Что она?
— В аварию попала.
— Что? Как? — бледнею. Ноги не держат тело.
Я на стену какого-то магазина навливаюсь, поражённый тем, что слышу.
— Жива.
— Фух, — выдыхаю. — Но?
— Но состояние средней тяжести. Врачи были вынуждены сделать операцию. Весь удар пришёлся на брюшную полость. Она выпила. Был девичник… Перебрала с выпивкой, за тачку села, не справилась с управлением. Машину занесло. Она ещё пристегнуться забыла! Её подруга, что сидела рядом с ней… — отец сглатывает. — Скончалась на месте.
Шок. Ступор. Горло невидимая удавка стягивает.
Немного собираюсь с мыслями. Беру себя в руки. Отвечаю.
— Бля! Ну почему я только сейчас об этом узнаю? Кто ее пустил туда?
— Ты слишком занят был в последнее время. Весь в делах.
— Но я не ожидал от нее такой выходки! Со мной она навсегда от выпивки отказывалась…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Арсений нам кое что не досказал о своей дочери.
— И что же?
— У Лизы есть небольшая зависимость. От спиртного. Но она вылечилась. Это было в прошлом. И вот сорвалась девочка.
