Корт в заключительном выступлении указал на тот факт, что численность банды Пэккардов растет, становится с каждым днем сильнее, и вскоре они могут целиком захватить город и прилегающие территории, если немедленно не предпринять решительных мер.
— Не возникает сомнений, что Элиас виновен во всех этих преступлениях, — заявил Арон. — Он даже не пытался оправдаться, а занимался лишь запугиванием адвокатов и суда. Если вы не признаете его виновным, а именно этого и ждет этот негодяй, это означает, что у вас не хватило мужества постоять за себя. Думаю, нам надо доказать им, что на этот раз они просчитались. Может, Пэккарды начнут испытывать к нам хоть немного уважения, если мы повесим одного. Если же вы сдадитесь, то получите, что заслуживаете, — новые грабежи, новые убийства. — Корт сел, сурово взглянув на Элиаса. Тот нахально улыбался.
— Желаете отказаться? — спросил судья у присяжных.
Председатель вопросительно взглянул на Корта, затем повернулся к судье.
— Мы за то, чтобы его повесить, — небрежно бросил он.
— А они не голосовали! — возмутился Элиас.
— Есть такие, кто считает Элиаса Пэккарда невиновным? — обратился к присяжным Голт. Получив отрицательный ответ, он заявил: — Так-то, Элиас. Ты виновен в убийстве и во всем остальном. Хочешь еще раз послушать обвинение? — Пэккард был слишком изумлен, чтобы ответить. — Нет? Отлично, тогда я приговариваю тебя к смертной казни через повешение. Шериф, отведите его к большому дереву у дома Хобсона и повесьте его.
Шериф был так же удивлен быстротой процесса, как и Элиас:
— Когда вы хотите, чтобы я это сделал, судья?
— Прямо сейчас, — рявкнул тот.
— Может, подождем, пока присяжные посовещаются и вынесут решение?
— Они уже все решили.
— После смертного приговора мы всегда устраиваем вечеринки, — пробормотал шериф.
По толпе пронесся одобрительный гул. Особенно обрадовались молодые люди, которые были рады любой возможности повеселиться, даже во время приятного ожидания, виновен или нет обвиняемый.
— Надо принести сюда пару бутылочек, — предложил Макси, который тайком торговал спиртным.
— Веселье будет позже, парни, — настаивал судья. — Я не желаю ждать, пока сюда явится Джоб и прикончит несколько человек, выручая сына.
— Хочу получить право на последний танец, — уцепился за крошечный шанс Элиас.
В прошлом приговоренные к казни преступники пользовались исключительной привилегией — потанцевать с самой красивой девушкой города. Это вносило некоторое оживление в общественную жизнь местных красавиц. Девушки, с нетерпением ждущие вечеринки, нахмурились, услышав приговор судьи.
— Ты женатый человек, Элиас, — усмехнулся Голт. — Выведите его и повесьте, шериф. Прямо сейчас!
Приказ заставил аудиторию подняться со своих мест и поторопиться к выходу, чтобы успеть на казнь.
— К порядку! — призвал Голт. — Сядьте!
Сотни удивленных лиц повернулись к нему. Девушки надеялись, что строгий судья одумался и согласился на бал. Сюзанна содрогнулась, человеческая жестокость ужасала ее.
— Сначала выйдут шериф и его помощники, чтобы подготовить веревку и лошадь, — продолжал Голт. — Остальные выйдут через несколько минут. Нельзя пропускать такое зрелище — впервые в Амновилле казнят Пэккарда.
Ропот, раздавшийся было в толпе, мгновенно стих, как только в зале суда появились вооруженные люди. Арон Корт и судья, не ставя в известность шерифа, решили подстраховаться на тот случай, если члены банды Пэккардов надумают выручить родственника из беды.
Брыкающегося и орущего Элиаса со связанными руками усадили на лошадь. Поскольку шериф не ожидал, что казнь свершится так скоро, то веревку с собой не захватил, и ее пришлось одолжить у приезжего ковбоя. Когда все необходимые меры были предприняты, судья разрешил зрителям собраться у места казни. Среди них находился Эбнер Квинси, довольный решением суда, Клара Шмидт, переминающаяся с нога на ногу в предвкушении такого события, и ошеломленная Сюзанна, не способная поверить, что человека могут осудить и казнить с такой поспешностью. Ей очень хотелось вернуться в гостиницу. Ее сердце болезненно сжималось при мысли, что придется стать свидетелем казни, однако она боялась идти домой без Квинси. От присутствующих, как казалось несчастной девушке, исходила угроза.
— Неужели вы не дадите мне последнее слово? — горестно воскликнул Пэккард, побелев от страха. — Мне должны предоставить эту возможность, как и последний обед и последнюю сигарету. Кстати, я хочу курить!
— Тебе предоставляется возможность быть повешенным, — заявил Арон.
— Ты же не хочешь этого делать, Корт, — заявил Элиас. — Ты знаешь, что мой папаша отомстит тебе за мою смерть. Достанется всем, а тебе особенно. Неужели за то, что я хотел взорвать твой поганый сейф, ты меня повесишь? — голос Элиаса становился все визгливее и визгливее, он, наконец, понял, что никто не собирается прийти к нему на выручку.
— Сейчас умрешь ты, а не я, Элиас, — заявил адвокат. — Не беспокойся за меня. — Арон демонстративно повернулся к нему спиной и отошел от дерева, на толстом суку которого помощник шерифа крепил веревку.
Он намеревался наблюдать казнь вместе с помощниками шерифа, образовавшими оцепление, но, идя вдоль толпы, заметил знакомую голубую шляпку. Увидя испуганные глаза девушки, адвокат чертыхнулся и направился к ним. Толпа в предвкушении зрелища хлынула вперед, жадно пожирая глазами действия блюстителя порядка, и Сюзанна, увлекаемая силой людского потока, по инерции подалась вместе с ними, отстав от Эбнера и Клары. Она в ужасе смотрела на Элиаса Пэккарда и не заметила приближения адвоката.
— Что вы здесь делаете? — строго спросил он. — Молодой женщине не следует находиться одной в таких местах.
— Я пришла с мистером Квинси и миссис Шмидт, — Сюзанна с удовольствием отошла бы от Арона, если бы могла, но толпа напирала, не давая сделать шаг в сторону.
— И вы не хотите пропустить казнь, я правильно вас понял?
— Я пришла на суд потому, что мистер Квинси должен был выступать в качестве свидетеля, — защищаясь, пробормотала она, на мгновение посмотрев ему в лицо и тут же отводя глаза, чувствуя себя ужасно неловко под его враждебным взглядом. В это время шериф хлопнул по крупу лошади, на которой сидел Пэккард, вынуждая ее прыгнуть.
Девушка, видя это, побледнела и подняла ладонь ко рту. Арон глянул через плечо и понял, что испугало ее: тело Пэккарда, болтавшееся на веревке, начало судорожно извиваться. Мужчина, шагнув вперед, загородил Сюзанне сцену казни.
