Снова хлынула кровь. Рука залезла в карман за целительным эликсиром… и ничего не нашла. Бестельглосуд сам не заметил, как истратил весь экстренный запас.
Есть еще пара фиалов, во внутреннем кармане! Но… но чтобы добраться до него, нужно снять доспехи.
Бестельглосуд думал недолго. Голова кружится, дыхание слабеет, сердцебиение замедляется. Он жив исключительно благодаря колдовству — и умрет, если срочно не примет новую порцию.
Продолжая бежать куда глаза глядят, глава Совета расстегнул застежки, сбрасывая адамантиевую кирасу. Удивительно легкий металл — вес почти не чувствуется.
А вот и заветный фиал!..
И солдаты…
Бестельглосуд Хаос выбежал из Промонцери Альбра и в ужасе замер, глядя на рокушцев, охраняющих вход. Он узнал эти лица… эти мундиры…
Гренадеры «Мертвой Головы»!
– Нет!.. – истерично завизжал колдун, махая руками. — Убирайтесь!.. Пошли прочь!.. прочь!.. Вы мертвы!.. мертвы!..
Его услышали. Солдаты начали озираться, с подозрением поводя очами. Бестельглосуд в ужасе увидел у них в ноздрях комочки ваты. Грозные штыки наклонились, готовые пронзить любого противника…
Но не пронзили. Хотя вот же он — стоит совсем рядом с ними! Бестельглосуд облегченно вздохнул, вспомнив о Латах Незримости, утер выступившую испарину…
– Ба, да вот же он! — радостно крикнул какой-то гренадер, указывая куда-то вниз.
Сердце ухнуло в пятки. Кровь, собственная кровь предала Бестельглосуда. От входа тянется цепочка капель… и новые падают на землю прямо сейчас! Появляются из пустоты и капают… капают… капают…
В воздухе свистнул палаш. Бестельглосуд повалился на колени и закричал, завыл раненым зверем, держась за разрубленное плечо. Так больно… почему так больно?..
– Да это же мой старый приятель! — прозвучал голос. Невыносимо страшный голос. Бестельглосуд несчетное число раз слышал его в ночных кошмарах.
Колдун в ужасе поднял глаза. Латы Незримости спали, едва плеча коснулся клинок эйнхерия… и теперь на него смотрит до боли знакомое лицо.
Лицо, которого он абсолютно не желает видеть.
– Железный… Маршал… — запекшимися губами прошептал Бестельглосуд, чувствуя, как ноги превращаются в воду.
– Он самый, мразь, — криво усмехнулся Хобокен, с силой вонзая колдуну в горло свой ужасный протез. — Не по чину тебе солдатский штык — хватит и мясницкого крюка…
Бестельглосуд Хаос забулькал, пуская кровавые пузыри. Сфера Жажды лопнула и погасла — во все стороны хлынули голубоватые волны. Из ослабевших пальцев вывалился фиал с так и не пригубленным эликсиром.
Измученное сердце наконец остановилось. Глава Совета Двенадцати умер.
Однако убил его не посох Креола. И не крюк Хобокена.
Его убил страх.
Креол сделал еще шаг. И еще шаг.
А потом упал.
Но тут же начал подниматься, помогая себе посохом. В глазах пылает невероятное упорство, на шее вздулась пурпурная вена.
Они с Логмиром спустились уже до двадцатого этажа. Сверху ощутимо веет жаром — в Промонцери Альбра начался пожар. И не просто пожар — пламя бушует с невероятной силой, пожирая даже камень и металл. Это не обычный огонь, а нечто поистине страшное. Если не поспешить, от них не останется и пепла.
– Командир, ты как, идти-то можешь? — почесал в затылке Логмир, глядя на упрямо шагающего мага. — Хабова мать, как же тебя помяли-то…
– Совсем обезманен… — прохрипел Креол. — Маны не просто не осталось — она в минус ушла…
– Ну так ты новой набери!
– Идиот! — зло блеснул глазами Креол. — Мог бы — давно бы!.. Здесь сухо, как после магической войны — колдуны высосали все до капли…
Креол тряхнул посохом, едва удержав равновесие. Прислушался к ощущениям. Конечно, какие-то капельки уже набежали от плененных душ, но пока еще слишком мало, слишком… Восстановление маны естественным путем — процесс долгий, спешки не терпящий…
– Командир, так ты это — на меня обопрись! — дружелюбно предложил Логмир, подставляя плечо.
– Пошел вон! — оттолкнул его маг. — Я дойду сам! Или сдохну. Ну, что-то одно из двух точно…
Слегка отдышавшись, Креол смерил Логмира странным взглядом и спросил:
– Чего ты тащишь эту дрянь? Выкинь!
– Черешню съел?! – возмутился Логмир, прижимая к груди рукояти катан. — Это же мои Рарог и Флейм!.. то, что осталось. Я их похороню.
– Да хоть съешь, — проворчал Креол.
– А вот есть как раз очень хочется, — обиженно почесал живот Логмир. — Интересно, меня вообще кормили, пока я… как бы без башки ходил? Ни хаба не помню, что там было…
– Лучше и не вспоминай. Ничего хорошего точно не было.
– Все-то ты, командир, знаешь… Если не врешь, конечно. Слушай, а это мне кажется, или вправду шашлыком пахнет?!
Креол ничего не ответил — только беспокойно зыркнул через плечо. Надо прибавить ходу — иначе здесь действительно будет шашлык.
– Ум-м?.. – неожиданно потянул носом он.
– Чего, командир, тоже чуешь? — с интересом спросил Логмир, скатываясь по перилам. — Вуи-и-и-и-и-и-и-и!..
Креол опять не ответил. Он сбежал по ступеням и резко свернул в коридор, даже не окликнув обогнавшего Логмира. В глазах отразилось нешуточное беспокойство.
Очень знакомая аура. Эту ауру Креол отличит из тысячи — и безразличным не останется.
– Ученица?.. – недоверчиво пробормотал он, нюхая воздух подобно ищейке.
Запертая дверь — из-за нее слышится противный тягучий рев. Креол без раздумий закрутил посох, со всей силы шарахая навершием. На краткое мгновение обсидиановый шар потяжелел в десять тысяч раз, ударяя с мощью стенобитного орудия. Дверь слетела с петель, во все стороны брызнула странная кровянистая слизь.
Не обращая внимания на хлюпающую под ногами мерзость, Креол ринулся вперед. В воздухе захлопали тысячи крыльев — навстречу магу устремилась туча гомункулов. Обезумевшие твари вытянули ядовитые жала, часто замахали когтями…
Креол резко выбросил ладони. С них сорвалось бушующее пламя. Всепожирающий огнь поглотил и в долю секунды испепелил крохотных тварей. Креол же сдавленно застонал, едва удерживаясь на ногах. Из ушей и ноздрей хлынула кровь.
– Ученица… — утвердительно пробормотал маг, нагибаясь над неподвижной фигуркой.
Креол поднял Ванессу с удивительной для себя нежностью. Пошатываясь, обливаясь кровью, он упрямо зашагал вперед, держа на руках бессознательную девушку. Нужно спешить — потолок уже раскалился, пожар распространяется с огромной скоростью.
Еще немного, и колдовская цитадель просто обрушится.
Ванесса вздрогнула и слабо застонала. Левый глаз с трудом приоткрылся. Правый… правый открываться не захотел. Почему?.. Ах да, его же выкололи… Но почему тогда совсем не больно?.. Наверное, все еще действует колдовская анестезия…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
