Читаем без скачивания Таймыр. Трилогия - Вадим Денисов

— Это вам, как и большинству местных обывателей, только кажется, что с экологией плато Путорана все окей! — горячо возмутился эколог. Он даже как-то эмоционально ожил неподдельной ревностью, засуетился, будто у него старались вырвать из рук любимую игрушку… А Майеру отчего-то захотелось отвесить толстяку хороший пендель.

— Такой комбинат под боком, как ваш, не может не повлиять на экофауну Таймыра, на целостность системы. Если есть сброс промышленных нечистот в бассейн реки Пясины, значит, неминуемо искажение, а потом и нарушение целых пищевых цепей. Если дикие северные олени меняют пути миграции из-за ниток газо- и нефтепроводов, то это не может не повлиять и на растительность. Я могу вам прямо сейчас показать вполне убедительные доводы в виде таблиц и аналитических отчетов, — предложил он, извлекая нетбук.

— Нет, нет, — торопливо воспротивился грозящей ему лекции Майер. — Не надо, я охотно поверю слову профессионала. И все-таки?

— Мы ищем оазисы, — поначалу безмятежно поведал Юха. Экологическая тема сузила пределы его осторожности.

— Что значит, «оазисы»? — искренне изумился Сергей, прихлопывая комара на запястье. — Да тут везде оазисы! А точнее? Климатические аномалии, как на озере Лама? Ну, знаете, полуостров Каменный…

— Лама? М-гм… Не думаю. Ее нет в нашем плане.

— А что же есть? — вконец обнаглел Майер и наконец-то получил по ушам.

— А это вы узнаете со временем, уважаемый проводник. Со временем… Тем более, что планы будут корректироваться по мере развития событий.

Еще час пролетел незаметно.

Пора бы уже туристам и возвратиться, подумал Сержант. Но ходоки все не щли, а по склону не было слышно никаких звуков, свидетельствующих о передвижении или о находке. Ладно, ждем.

— Слышите?

— Ч-что? Что там? — встрепенулся задремавший Юха, судорожно схватившись рукой за мокрый леер лодки, из которой он не собирался больше вылезать.

Сержант некультурно показал ему пальцем. Оленья тропинка, по которой пошли искатели, плавно поднималась вдоль журчащей речушки, а со склонов к руслу спускались серые каменные россыпи курумника.

— Эти россыпи живые, — заявил Майер, оставляя стаканчик с кофе на камень. — Если подойдешь осторожно, то успеешь увидеть, как пищухи ныряют под валуны. Говорят, что они заячьей породы. А на вид — мышь и мышь…

Торопливо закивав головой, эколог и сейчас не изъявил никакого желания прогуляться по пустынному бережку. Лишь плотнее закутался в куртку. Неужели боязливый такой? Сумерек боится? Или просто вымотался? Ох, мля, как бы не пришлось всю дорогу ему памперсы менять…

Разведчики пришли через два часа, усталые и мокрые от вечерней росы. Шведка была несколько взвинчена, Юрген, казалось, чуть раздражен, и лишь биолог имела спокойный, но задумчивый вид.

— Onko kaikki kunnossa? — почему-то по-фински обратился Юха к Рите. Типа «У вас все в порядке?»

— Kiitos, kaikki on kunnossa, — успокоила его брюнетка и тут же опустилась на поваленное дерево. «Спасибо, у нас все хорошо».

Сержант вопросительно посмотрел на биолога.

— Ничего мы там не нашли, вы были правы, Серж, — объявила заметно уставшая Софи, с благодарностью принимая белый стаканчик с горячим напитком. — Загадочного жилища словно и нет. Или его действительно нет? А вот медведи в этих местах часто бывают. Небольшой двухгодовалый мальчик проходил не позднее вчерашнего дня. Глупый молодой хулиган.

— Мне, кажется, что я что-то такое почувствовала, поле хоть и слабо, но вибрирует, — не согласилась с подругой все еще не отдышавшаяся Рита, снимая с себя плечевую сумку и бережно укладывая туда таинственный «прицел». — Позже, Софи, я еще раз внимательно посмотрю всю, что мы там наснимала на видео. Но нужно будет сделать еще и заключительный кадр с воды.

«Вибрирует у неё»… Шарлатанка. А ведь научный человек Софи вполне серьезно на нее посмотрела при этих словах, с каким-то старым интересом, отметил про себя Сержант, но лишь усмехался, дожидаясь мнения Юргена — это актуальней. Протирая фланелькой винтовку перед тем, как спрятать ее в матерчатый чехол, охотник помедлил и медленно сказал:

— Во всяком случае, герр Майер, я могу сказать определенно, что некоторые следы обитания там все-таки есть. Очень осторожные, или… как это будет правильно сказать? Спрятанные следы? Или стертые, как будет правильно?

Посмотрев на него с удивлением, но и с уважением, Майер бережно столкнул лодку в воду и придержал корму, приглашая остальных проследовать на судно. В «обзорной» точке они постояли еще немного, глядя на место «загадки», но склон было видно уже плохо, освещения явно не хватало.

— Еще тут есть таинственная избушка робинзона-одиночки Петра Маркиянова, но он одновременно мог являться и неким Сабуровым… Загадочная история, вполне возможно, что он на ручьях золото мыл, — дополнил комплект тайн Сержант.

— Скажите пожалуйства, Серж, — переварив услышанное, эзотеричка впервые сама обратилась в Майеру с позитивным началом вопроса, отчего тот чуть не выпустил румпель мотора, сбив с курса лодку. Они медленно тащились к месту стоянки, где на берегу их ожидал Игорь.

— Вы сами знаете? Там что-то есть фактическое, материальное или энергетическое? Допустим, что мне неважно, из какого мира… Или это действительно лишь мираж, игра света?

— Мне-то почём знать, мадам, — серьезно, но весьма неопределенно ответствовал временный сотрудник фирмы «Искатели приключений», пожимая плечами. — Что угодно можно предполагать, дело вашей фантазии. Кто знает… — повторил он, сразу устав от совершенно ненужной в любой эзотерике серьезности.

Но образности речи не потерял.

— Я же говорю вам — тайна. Тут их хватает. И избы есть, и развалины, и пожарища. Когда-то чудаков здесь хватало. Промысловики, аборигены, исследователи. Это сейчас всё забросили-запустили… А какие названия! Вон там, на юге, есть Перевал Непорочного Зачатия, интересно, да? Он расположен на плато, разделяющем реки Аян и Дулук. Туда надо по долине реки Муниль подниматься, отсюда не видно. Кругом вообще много необычного — знатоки говорят, что на юге озера аянские вороны в два раза крупней обычных, видать, хорошо питаются.

Все уставились на юг.

— Посмотрите, Рита, одни краски чего стоят! Вот где настоящая мистика, — хвастливо продолжил он. — Еще не раз нечто подобное увидите, уж покажу, я все места знаю! В нашей фирме приключения вам гарантированны. Да… Как говорил Иван Сусанин подлым полякам: «Ну что ребята, водки не обещаю, но погуляем хорошо». Юрген, вы любите поляков? Я нет.

На юге Аяна преждевременно хозяйничали зимние цвета — густая темная синева чистого кусочка неба и прозрачные голубые блики высоких гор на востоке. А на севере, там, где за далекими горами возвышенности Нимакит солнце скрывалось перед взрывным утренним выплеском, небеса и склоны уже таинственно сверкали ярким светом расплавленного золота. Как бы показывали: «Сокровища здесь!»

Они тронулись в путь ранним утром.

Утром же прошел первый дождь, вызвавший первую походную суету. Можно сказать, мелкий. Когда заводили моторы, мимо важно проплыла огромная темно-серая туча, напитанная водой, как губка. Но путников небесная хозяйка пощадила, не сбросив боезапас на еще не собравшуюся группу.

Поначалу «Шерпам» было туго, маршрут шел по низине, поросшей кустарником. Им предстояло пройти до мелководного устья двух рек Амнундакт (одна текла с юга, ее иногда называют еще и Манумакан, из долины Нерала, а другая с востока) и далее до волока на реку Нерал. Поехали вдоль оленьих троп, легко миновали небольшой разлив, и вскоре увидели уже афишированную Сержантом местную достопримечательность — старое тунгусское кладбище. Все могилы располагались в красивом месте — на ягельных холмиках, откуда было видно и долину реки, и озеро Аян. Иностранцы спешно выскочили из машин, охали, фотографировали. Почему-то у попадающих сюда всегда принято фотографировать и снимать на видео захоронения малых народов. А вот прах цивилизации не интересен, часто ли вы видите экскурсионные группы возле городских кладбищ? К чести иноземцев, ни у кого из них и мысли не возникло что-то взять с земли и тем самым потревожить могилы с традиционным дровяным настилом и христианским крестом необычной формы. Дотрагивались до серого дерева бережно. В прошлом году Андрей Донцов с Лапиным наткнулись в предгорьях на почти такой же деревянный крест в излучине реки, на перекладине которого пришлые уроды вырезали надпись «ДМБ2000» и «Metalliкa» с русским «к».

Еще через несколько минут пути показались совсем другие следы человеческого бытия — брошенные дюралевые детали катамарана какой-то неудачливой экспедиции.

Дальше открылась долинка с наледной поляной. В разрыве туч над уже пройденной частью маршрута к реке пробился косой столб солнечного света, стало веселей и уютней. Местность во многих местах была такой ровной, что Лапин смог расслабиться и даже полюбоваться встречной флорой. В его машине сидели немец и Рита. Пассажиры так распределились еще и сообразно соображению: в каждой группе по два ствола. Женщина сидела на переднем сиденье, а Юрген удобно устроился позади, поставив карабин слева возле контейнеров — на заднем сиденье и места больше, и спокойней, уединённей, что ли. К тому же, именно там в крыше кабины был вырезан широкий откидной люк, можно вылезти наверх при необходимости.