В феврале – мае 1947 г. Гумилев работал библиотекарем в Психотерапевтической клинике им. М. И. Балинского, а с мая по ноябрь в качестве научного сотрудника Горно-Алтайской экспедиции (руководитель Ю. К. Руденко) принимает участие в раскопках одного из каменных курганов в долине Пазырык на Алтае. В следующем году, благодаря положительным характеристикам руководителей клиники и экспедиции, допускается к защите диссертации на тему «Политическая история первого тюркского каганата. VI–VIII вв. н. э.», которая состоялась в Ученом совете исторического факультета Ленинградского университета 28 декабря 1948 г. После утверждения в звании кандидата исторических наук был принят научным сотрудником в Музей этнографии народов СССР.
Вновь арестованный 7 ноября 1949 г., Л. Н. Гумилев без какой-либо мотивировки был осужден Особым совещанием на 10 лет и сослан в лагерь особого назначения Чурбай Нура около Караганды. Затем был лагерь у Междуреченска под Омском, в Саянах, где в 1956 г. ученого реабилитировали по причине «отсутствия события преступления».
В советских лагерях и тюрьмах Лев Николаевич Гумилев провел за своих родителей 14 лет. Он так и говорил: «Первый раз за папу, второй – за маму».
С 1959 г. его труды начали печатать небольшими тиражами. В этих условиях он окунулся в работу Ленинградского отделения Всесоюзного географического общества. Через сборники общества ему удалось выпустить в свет ряд своих работ, не допущенных в официальные научные периодические издания. После защиты второй докторской диссертации, основные положения которой публиковались в серии «Ландшафт и этнос» почти в каждом номере «Вестника Ленинградского университета», «научные» власти наложили вето на публикации Л. Н. Гумилева в этом научном журнале.
В Ленинграде Л. Н. Гумилев поселился в маленькой комнате коммунальной квартиры на шестом этаже в доме № 195 на Московском проспекте. Наталья Викторовна Симоновская, ставшая в 1967 г. женой Л. Н. Гумилева, так описывает жилье и быт ученого:
«…Лев меня встретил на Московском вокзале, после чего мы бесконечно долго добирались сначала трамваем, затем автобусом до его жилища на Московском проспекте, где-то в самом его конце.
На автобусной остановке перед домом мы остановились, и Лев сказал:
– Вот здесь я живу, на шестом этаже, видишь, вон то окошко?
– Но почему у тебя над форточкой такое черное пятно? – спросила я.
– Да это мы так много курим.
Кажется, это пятно до сих пор сохранилось.
Надо сказать, я ожидала, что он живет скромно, но то, что я увидела, намного превзошло мои предположения. Комнатка – 12 квадратных метров, узкая, длинная, в квартире „реабилитанс“. Народу там было много, и детей тоже. Но к нему они все очень хорошо относились. Был пьяница Павел – поэт, который его любил и сколотил ему, как мог, книжные полки, которые в конце концов рухнули на меня, и я заменила их отдельными застекленными секциями. Там жили Соня, Рая, Аня, Маша, все с детьми. Они ему помогали, чем могли, и стирали, и клопов морили, и пол мыли, да и он помогал им, чем мог, даже с детьми гулял. Детей он любил и считал, что они никогда не мешают. Эта комната была его первым собственным пристанищем, где он до меня прожил 10 лет и уже много написал и защитил докторскую диссертацию…»[699].
5 марта 1966 г. умерла Анна Ахматова. Лев Гумилев добился отпевания матери по церковному обряду, началось судебное разбирательство о наследстве Ахматовой. Вот что Гумилев писал о тех годах своей жизни: «Мать находилась под влиянием людей, с которыми я не имел никаких личных контактов и даже в большинстве своем не был знаком, но ее они интересовали значительно больше, чем я, и поэтому наши отношения в течение первых пяти лет после моего возвращения неизменно ухудшались, в том смысле, что мы отдалялись друг от друга. Пока наконец, перед защитой докторской, накануне дня моего рождения в 1961 году, она не выразила свое категорическое нежелание, чтобы я стал доктором исторических наук, и выгнала меня из дома. Это был для меня очень сильный удар, от которого я заболел и оправился с большим трудом. Но тем не менее у меня хватило выдержки и сил для того, чтобы хорошо защитить докторскую диссертацию и продолжать свою научную работу. Последние 5 лет ее жизни я с матерью не встречался. Именно за эти последние 5 лет, когда я ее не видел, она написала странную поэму, называемую „Реквием“. Реквием по-русски значит панихида. Панихиду по живому человеку считается, согласно нашим древним обычаям, служить грешно, но служат ее только в том случае, когда хотят, чтобы тот, по кому служат панихиду, вернулся к тому, кто ее служит. Это было своего рода волшебство, о котором, вероятно, мать не знала, но как-то унаследовала это как древнерусскую традицию. Во всяком случае, для меня эта поэма была совершеннейшей неожиданностью, и ко мне она, собственно, никакого отношения не имела, потому что зачем же служить панихиду по человеку, которому можно позвонить по телефону. Пять лет, которые я не виделся с матерью и не знал о том, как она живет (так же как она не знала, как я живу, и не хотела, видимо, этого знать), кончились ее смертью, для меня совершенно неожиданной. Я выполнил свой долг: похоронил ее по нашим русским обычаям, соорудил памятник на те деньги, которые остались мне в наследство от нее на книжке, доложив те, которые были у меня – гонорар за книжку „Хунну“».[700]
Директор Государственного Эрмитажа М. И. Артамонов принял Гумилева на работу библиотекарем «на ставку беременных и больных». Работая в Эрмитаже, Гумилев завершил докторскую диссертацию «Древние тюрки» и защитил ее.
После получения степени доктора исторических наук Гумилев был приглашен на работу научным сотрудником в Научно-исследовательский институт географии Ленинградского университета. Вскоре он стал старшим научным сотрудником, а перед выходом на пенсию – ведущим научным сотрудником. Кроме работы в НИИ, читал в университете курс лекций «Народоведение».
В 1974 г. Гумилев защитил диссертацию на ученую степень доктора географических наук, Высший аттестационный комитет ее не утвердил, посчитав, что она «выше докторской, поэтому и не докторская». Эта работа под названием «Этногенез и биосфера Земли» в 1989 г. вышла отдельной книгой.
15 апреля 1992 г. Лев Николаевич Гумилев после тяжелой болезни ушел из жизни. Похоронен в Александро-Невской лавре.
Л. Н. Гумилев – автор свыше 200 статей и 12 монографий, лекций по народоведению, стихов, драм, рассказов и поэтических переводов. Его учение о человечестве и этносах, как биосоциальных категориях, является одной из самых смелых теорий о закономерностях в историческом развитии человечества и до сих пор вызывает острую полемику.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
