– Добро пожаловать в ад, – сказала она.
Ксолотль застонал и попытался вспомнить сон, но тот быстро улетучивался из памяти.
– А где же Миктлан? – спросил он.
– Что такое Миктлан?
– Подземный мир моего народа, ацтеков. Место, куда мы попадаем после смерти.
– Никогда о нем не слыхала. Иногда Министерство возрождения ошибается. Но ты не волнуйся – где-то здесь наверняка отыщется и ацтекский ад.
– А это что за место?
– Это Новый Ад. Добро пожаловать в чудесный мир вечного проклятия. – Она хихикнула.
– И что теперь? – спросил Ксолотль.
– Оставайся на Лифте, – велела старуха. – На тебя хочет взглянуть сам Босс.
– Кто это такой? – спросил Сатана.
– Его имя Ксолотль, – объявил демон-мажордом, стоявший у входа в просторное помещение с обитыми ореховыми панелями стенами, где Сатана и его друзья беседовали со вновь оживленными духами.
– Как, говоришь, его зовут? – переспросил Сатана.
– Его имя начинается на «к», – пояснил демон, – но произносится, начиная с мягкого «ш». Он ацтек, и ему полагается находиться в другом аду. Должно быть, отдел по сортировке мертвых душ лопухнулся.
– Чем ты занимался, когда был жив? – поинтересовался Сатана.
Ксолотль взглянул на Сатану и вздрогнул, потому что тот напомнил ему большую статую Тескатлипоки, стоявшую на главной площади Теночтитлана до того, как Кортес со своими испанцами разрушил город. Тескатлипока считался богом войны и беспорядка, жертв и возмездия, набожности и нищеты. Он был амбициозным и жутковатым божеством, а Ксолотль – одним из его жрецов.
– Я был жрецом, волшебником и пророком, – ответил он. Ксолотль был невысок, с бочкообразной грудью и жилистыми тонкими ногами. Длинные черные волосы спадали до лопаток, он был одет в плащ и набедренную повязку из оленьей кожи – не в настоящие, разумеется, а в то, что Центральная адская костюмерная сумела подобрать в качестве имитации одеяний мексиканского индейца.
– Добро пожаловать в ад, – пробасил Сатана с порочной уверенностью. – У нас здесь множество всевозможных священников. Будь как дома. У тебя нет для нас какого-нибудь забавного пророчества?
– Пока еще нет, господин. Я только что появился здесь.
– Если я предоставлю тебе в Новом Аду свободу, что ты сделаешь?
– Честно говоря, господин, пока не знаю. Возможно, я увижу свое предназначение в пророческом сне. А если нет, то стану искать место слияния девяти рек. Там начинается Миктлан, загробный мир ацтеков.
– А что в твоем Миктлане есть такого, чего нет здесь? – полюбопытствовал Сатана.
– Ничто, – ответствовал Ксолотль. – А я как раз и ищу ничто. Миктлан, господин, есть ад пустоты. И спокойствия.
Сатана рассмеялся:
– Тогда иди и ищи свой Миктлан.
Покинув здание адского Управления , Ксолотль зашагал по улицам Нуэво. Добравшись до пригорода, он направился на север, в направлении моря Чистилища. На север он пошел потому, что в древних знаниях Кецалькоатля говорилось, что именно там расположено место слияния девяти рек.
Четыре дня ходьбы и бега привели его в окрестности Нью-Кейптауна. Расположенный неподалеку от города лагерь огромной армии он обнаружил по запаху задолго до того, как увидел его или услышал. Он дождался темноты, осторожно подкрался к линии пикетов, украл коня и незамеченным скрылся.
Сев на коня, он продолжил путешествие на север, окруженный монотонным ландшафтом из кривых деревьев и холмов ржавеющего вооружения. За полем боя отыскалась дорога, прямая, словно смерть, и по ней Ксолотль поднялся на пустынное пространство, продуваемое всеми ветрами плато.
Задремав в седле, он увидел во сне Кецалькоатля, лежащего в каменном гробу. Бог открыл глаза и сказал:
– Ксолотль, брат мой, иди со мной, и мы навсегда исчезнем в царстве мира и покоя.
– Не могу! – воскликнул Ксолотль. – Я заперт в этом теле. Можешь ли ты помочь мне?
Кецалькоатль скорбно улыбнулся, покачал головой и исчез. Затем к Ксолотлю подошел Тескатлипока:
– Теперь, когда ты обладаешь телом, Ксолотль, у меня для тебя есть кое-что приятное.
И вновь Тескатлипока показал ему зеркальную ладонь. В ее туманных глубинах Ксолотль увидел восхитительную темноволосую женщину в плиссированном одеянии из небеленого льняного полотна. Казалось, она кого-то ищет.
Ксолотль проснулся и понял, что видел вещий сон. Поэтому он не удивился, увидев на очередном перекрестке дорог поджидающую его темноволосую женщину.
– Приветствую тебя, Кассандра, – сказал Ксолотль.
– Привет, Ксолотль, – отозвалась Кассандра. – Надеюсь, ты не будешь возражать, если я стану звать тебя Джо. У меня всегда язык не поворачивался выговаривать всякие там «кс».
– Возражать я не стану. Но откуда тебе известно мое имя?
– Из сна. Да и ты, наверное, мое имя узнал во сне. Вещие сны куда удобнее службы знакомств, верно? Ты мексиканец?
– Ацтек. Ты очень красивая, но слишком много говоришь.
– Ничего себе! – возмутилась Кассандра. – Я лишь старалась вести себя по-соседски. Приветствовала, так сказать, нового соседа-пророка. Но если тебе это не нравится…
Она повернулась и быстро зашагала по одной из дорог, что тянулась вдаль, исчезая за расплывчатой линией плоского горизонта.
– Кончай глупить, – бросил ей вдогонку Ксолотль. – Ты ведь пророчица и прекрасно знаешь, что тебе суждено сидеть на коне за моей спиной.
– Верно, – ледяным тоном отозвалась Кассандра и остановилась. – Но в предсказании не указано, когда это произойдет. Так что поищи меня опять примерно через миллион лет, ладно?
– Ну хорошо, – сдался Ксолотль. – Извини.
– Я и в самом деле много болтала, – признала Кассандра. – Но лишь потому, что нервничала перед встречей с ацтекским жрецом, с которым меня связала судьба. – Она легко забралась в седло позади Ксолотля. – Куда мы едем?
– Зачем спрашиваешь? Наверняка ты знаешь это из предсказания.
– Не могут же предсказания всякий раз оказываться идеально точными. А сейчас наше будущее я вижу несколько расплывчато.
– И я тоже, – признал Ксолотль.
Некоторое время они ехали молча.
– Прелестная получается картинка, – сказала наконец Кассандра. – Два предсказателя на одном коне, и никто из двоих не знает, куда они едут.
Ксолотль промолчал.
– И один из них – предсказатель, которому не хватает пророческой силы, чтобы раздобыть второго коня.
– Сама должна была предвидеть, что тебе потребуется лошадь, – ответил Ксолотль.
– Я полагалась на тебя. И никогда не заявляла, что способна обеспечить себя сама. Я все-таки женщина из древнего мира.
Некоторое время они опять ехали молча.
– Я ведь из Трои, сам знаешь.
– М-м-м-м, – отозвался Ксолотль.
– Когда-то в древности я была членом царской семьи. Мой отец Приам был последним царем Трои.
– Помолчи, пожалуйста, – сказал Ксолотль. – Я пытаюсь думать.
И они снова некоторое время ехали молча.
– Я была обручена с богом.
– Ты? – удивился Ксолотль.
– Я. Его звали Аполлон. Знаменитый и красивый бог. Он по мне с ума сходил. Послушал бы ты, что он мне говорил. Мне это по-настоящему льстило, потому что Аполлон мог обладать любой богиней, какую только пожелал бы, и все же он выбрал меня, простую смертную принцессу. Правда, изумительно красивую.
– И ты с ним переспала.
– Нет, я ему отказала.
– И тогда он тебя убил.
– Нет, Джо! Греческие боги так не поступали.
– Он что, отрезал тебе губы и нос?
– Конечно, нет! Так поступают только варвары! Видишь ли, он вдохнул в меня дар пророчества. Так вот, когда я ему отказала, он не стал лишать меня этого дара, но прибавил дополнительное условие.
– Какое же?
– Он сказал, что, хотя все мои пророчества сбудутся, никто не станет к ним прислушиваться, пока не станет слишком поздно.
– Гм, весьма неудобно, – заметил Ксолотль. – Тебе следовало бы переспать с ним именно тогда и попытаться отговорить.
– Я так и поступила… в том смысле, что предложила ему себя. Но к тому времени я его перестала интересовать. Знаешь, что он мне сказал?
– Нет.
– Он сказал: «Я увижу тебя в аду раньше, чем лягу с тобой, Кассандра». Да еще таким грубым тоном. А я просто старалась ему понравиться.
Ксолотль промолчал.
– Или же… как по-твоему, может, он так назначил мне свидание? Тебе не кажется, что он намеревается отыскать меня здесь, в аду?
– Сомневаюсь, Кассандра. А теперь слушай внимательно. Я хочу тебе кое-что сказать.
– Да, Джо, я слушаю.
Ксолотль остановил коня и обернулся. Его плоское бронзовое лицо с крючковатым орлиным носом, черными глазами и тонкими губами оказалось в нескольких дюймах от лица Кассандры. Она уловила его запах – мескит, древесный уголь, пот, текила, убийство.
– Если ты еще раз посмеешь чесать языком, – сказал Ксолотль, – я тебя побью.
– О! – выдохнула Кассандра, широко раскрыв глаза. – Но ты не имеешь права так поступать!
