Вот и сейчас старик возился со своим костром. Серовато-зеленые клубы дыма стелились по земле, проникая в деревню и приводя в замешательство работающих на грядках женщин. Одетые в невероятные лохмотья, грязные и нечесаные представительницы женской части населения нервно косились на колдуна, не забывая, впрочем, и про работу. Тяжелые мотыги раз за разом опускались на землю. Большинство инструментов были медными, хотя кое у кого в руках все еще мелькали каменные. Камень и медь.
Среди привычно тянущих лямку своей убогой жизни женщин наравне со взрослыми работали и дети. Впрочем, детей было немного. Взрослели здесь рано. Любой, доживший до тринадцати-четырнадцати лет, уже считался взрослым и совершенно самостоятельным, а, прожив в этом негостеприимном мире лет сорок-пятьдесят, становился дряхлым стариком.
Один из чумазых детишек, забыв о мотыге, стоял и, разинув рот, потрясенно рассматривал приплясывающего колдуна. А в его глазах слабо мерцала какая-то особая искорка. Искорка разума, упорно ищущего ответы на свои вопросы...
- Чего уставился. Ты работать-то будешь? - Одетая в грязные одеяния, сшитые из небрежно обработанной волчьей шкуры, женщина решительно отвесила глазеющему мальчонке подзатыльник. - И за что только боги наказали меня таким дурачком? Тебе вот уже десять зим, а в голове все еще гуляет ветер. Смотри, твои сверстники уже мастерят копья, готовясь пойти на охоту, а ты...
- Но мамочка, это же так интересно. Этот старикашка так забавно приплясывает. А я что-то ощущаю. Будто что-то щекочет меня изнутри.
- Ох, горе... - Женщина вздохнула. - Щекочет его что-то. Бери мотыгу.
- Мамочка, можно я сбегаю и посмотрю, что это он там делает. Я быстро.
- Что?! Вассиан, я гляжу, ты совсем спятил! Не смей подходить к колдуну. Ты хочешь, чтобы он тебя проклял? Все расскажу отцу. Может быть, он своей рукой вобьет тебе хоть немножко умишка.
- Да, мамочка.
И любопытный мальчонка подобрал свой ненавистный инструмент, отрешенно вонзая его в неподатливую землю. Ощущение какого-то зуда под кожей не пропадало и даже постепенно становилось все сильнее и сильнее. Более того, мальчик был уверен, что при желании с легкостью сможет повторить действия старого колдуна и вызвать к жизни зеленый дым. Но эту крамольную мысль он решил не высказывать никому.
О боги... Это же так просто... И чего этот старикашка так долго возится? Я бы сделал все гораздо быстрее... Жаль, что матушка не отпускает меня поговорить с колдуном. Может быть, я смогу научиться еще чему-нибудь... Подобная мысль показалась ему необычайно привлекательной. Таинства колдовства упорно тянули мальчонку к себе, обещая невероятные возможности. Или стоит сбежать из дома? А если колдун меня не примет и велит убираться?..
- Вассиан, о проклятье небесное, что же ты делаешь!?
* * *
2369 год по летоисчислению Творцов.
Широко и привольно раскинулся Таулус. Город Таулус в мире, который назывался Таулус. Город, являющийся столицей Мироздания. Мироздания, которое включало в себя уже восемь миров.
И шесть из них созданы моими руками. Кто бы мог представить, как далеко пойдет чумазый мальчишка, которого все считали дурачком не от мира сего. Шесть миров из восьми. И один мирок, сотворенный тем парнишкой. Ну и, конечно, Таулус, которого никто не создавал...
Вассиан стоял на вершине небольшого холмика, который еще предстояло срыть. Если бы дело происходило в любом другом мире, где он мог просто приказать Сети... Холмик мгновенно бы сравнялся с ликом мира. Но Таулус не позволял таких действий. Сеть не окутывала этот мир своим мягким покрывалом, защищая, ограждая, предохраняя... И силы, защищающие Таулус от смертоносного дыхания Бездны, все еще оставались загадкой. Никакой магии. Тьма просто игнорировала этот мир и все тут. Это интриговало. Это потрясало. Это было невозможным. Но это было.
Как бы то ни было, существует еще и Барьер. Мое первое творение...
Но о загадках Бездны будем раздумывать потом... Вассиан неспешно окинул взором картину уходящих за горизонт бесчисленных крыш столицы миров и повернулся.
Озаренное лучами заходящего солнца, перед ним открылось потрясающее зрелище. Громадная стройка. Исполинское сооружение, окутанное лесами и буквально источающее магию. К небесам гордо взметнулись витые башенки, окутанные маревом скрепляющего волшебства. Вверх медленно ползли, увлекаемые силой мощнейшей магии исполинские каменные блоки. Сотни волшебников и десятки тысяч мастеров трудились над этим сооружением уже три года. И их труд все еще был далек от завершения.
В стороне вдруг взметнулся туман волшебства. Вассиан отчетливо ощутил могучий поток эфира, пронзивший почву Таулуса. Громадные груды камней медленно поднялись в воздух, вращаясь в незримом вихре магии. Чудовищная сила укладывала исполинские блоки один на другой. Прямо на глазах росла ажурная башенка. Тонкие нити магии вырвались из земли, мгновенно спаивая каменные глыбы в одно целое и придавая им невероятную твердость.
Ощутив сложнейшее плетение магии и исполинский шквал силы, направленной на сооружение этой башенки, Вассиан слабо улыбнулся и кивнул. Все правильно. Паренек старается. Правда, он еще не избавился от своей привычки работать на публику, устраивая из своего труда настоящее представление, но это вполне простительно. Эх, молодость, молодость... Вассиан вздохнул. Совсем ведь молодой еще. Всего четыре сотни лет - для Творца это не возраст. С высоты своих двух с половиной тысячелетий Вассиан с улыбкой поглядывал на выходки своего ученика. Ну почему человечество так редко рождает Творцов? Если бы нас было больше... Не было бы пределов нашим возможностям.
Даже Творец не может находиться в двух местах одновременно.
Из пелены стоящей у подножия холмика Арки Перехода вышел человек в пропыленном балахоне. Глубоко поклонившись, он уверенно подошел к стоящему на вершине холма Вассиану.
- Великий Творец, старший мастер-волшебник просит уделить ему минуту внимания...
- Нет-нет. - Вассиан решительным жестом пресек попытку мага сразу же перейти к сути проблемы. - Обращайся к Иринарху. Он руководит строительством, и я в его дела вмешиваться не стану.
Пусть парнишка покажет себя в деле...
- Воля Созидающего. - Волшебник-строитель вновь поклонился и мгновенно скрылся в мареве Арки Перехода.
Вассиан вздохнул, еще раз окинув взглядом грандиозную картину строительства. Согласно планам Дворец Совета будет завершен только через два года. Потом внутренняя отделка, статуи, мозаики и гобелены... Работы еще полно. Но зато всего через несколько лет Мироздание увидит величайшее творение человеческих рук. И любой желающий сможет войти внутрь, чтобы увидеть великолепие этого дивного места. Дворец Совета. Место, где будут решаться судьбы миров. Дворец Совета. Будущий центр Мироздания.
Когда-то давно, еще до начала этой эпохи, Вассиан поклялся, что никому и никогда больше не придется бояться волшебства. Он ни на минуту не забывал о своей клятве. И вот, спустя два тысячелетия, никто уже не вспоминал о тьме прошедших времен. Магов радостно приветствовали на улицах. Дети бросали им цветы. Любая гостиница с радостью предоставляла лучшие покои тем, кто дарил мирам процветание, и при этом частенько хозяева отказывались принять справедливую плату за свои услуги.
Конечно, в семье не без урода.Некоторые так называемые волшебники только позорят это высокое звание, но, слава Вечности, таких не слишком много. И когда-нибудь мы от них, наконец, избавимся.
Поморщившись, Вассиан отринул неприятные мысли и сосредоточился на деле. У меня еще много дел... У Творцов всегда было и будет много работы.
Мгновенно вывернув ткань Мироздания, он прошел в открывшуюся щель. Прокол моментально затянулся за его спиной. Подобной магией во всех мирах обладали всего двое. Двое Творцов. Все остальные дабы попасть в другие миры должны были воспользоваться более привычными путями - порталами.
