наши люди, пусть даже они сто раз немцы. У меня всего-то часов восемь-десять, чтобы их вытащить, и я должен хотя бы попытаться.
– И сдохнуть, – мрачно резюмировал Мартынов.
– Ну почему же. Вряд ли я пойду один – кто-то да постыдится бросить командира.
– Не сомневаюсь, – Мартынов одобрительно кивнул. – Ты в авторитете, везение зашкаливает от сказочного до невероятного. Но остальные предпочтут остаться в стороне – они устали, а ты для них уже не столь знаковая фигура. И что потом? Даже если твои разведчики пойдут за тобой, у немцев будет подавляющий численный перевес. Тебе хватит сил на одну атаку, а потом она захлебнется, и твои танки пожгут. Улицы – не лучшее место для них. Это при условии, что тебе их вообще позволят взять.
– Угу. А запретить мне никто не рискнет. Потому что вы правы, Александр Палыч, люди устали. И мои разведчики по факту наиболее боеспособное подразделение. Я вас понимаю, конечно, вы кадровый офицер, видящий риски намного лучше меня. Плюс на вас давит поражение, плюс контузия… Но мешать мне не стоит. Чревато.
– Бунт на корабле? – Мартынов рассмеялся вдруг. – Ты вырос, мальчик. Не переживай, никто тебе мешать не будет. Просто ты не справишься.
– Так, стоп, – Колобанов громко щелкнул пальцами, привлекая внимание. – Не стоят эти дважды пленные немцы скандала.
– Там и наши. Эти сволочи…
– Баба у него там, – хмыкнул Мартынов.
Сергей невольно покраснел. Он никому, даже самому себе не признался бы в этом, но художница по имени Ольга и впрямь имела свое (и немалое) место в списке его мотиваций. Однако, к его удивлению, Колобанов не рассмеялся. Задумчиво посмотрел на парня, кивнул, словно бы собственным мыслям:
– Личная заинтересованность – это не так и плохо, товарищ полковник. В общем, товарищ Хромов, я даю вам добро. Работайте. Если, конечно, сами готовы к такому риску. Для отхода можете воспользоваться ранее предоставленной аппаратурой, – брелок скользнул по столу, и Сергей машинально накрыл его ладонью. – Надеюсь, в этот раз обойдется без сбоев.
Слова работодателя прозвучали столь неожиданно, что Хромов решил: глюк. Ослышался, бывает. Или это не вполне уместная шутка. Но нет, Колобанов смотрел на него серьезно, без малейшей смешинки во взгляде. И Сергей вдруг понял: этот человек его понимает. И признает за ним право на риск. Что же, оставалось воспользоваться моментом и действовать. Конечно, могут и убить, но к этой мысли Хромов успел привыкнуть. Равно как и к тому, что у него лучше получается побеждать – как сказал незабвенный Сабатини, храбрость чаще сокрушает силу[97], а в трусости Сергея никто не смог бы упрекнуть.
– И все же я не считаю это правильным, – задумчиво сказал Мартынов. – Сергей, а вот интересно, что будет, если я тебе сейчас все это запрещу?
– Да, в общем-то, все просто… – Хромов, словно бы в шутку, улыбнулся. Вот только знающие его люди ныне семь раз подумали бы, сколько шутки в его словах на самом деле. – Я матом ругаться не буду. И вселенскую обиду корчить тоже. Сейчас достану пистолет, загоню патрон в ствол – и вы все сделаете так, как я хочу. Устраивает?
Колобанов демонстративно поаплодировал:
– Александр Павлович, я вижу, вы воспитали себе достойного помощника. Храбр, авторитеты признает, но только до определенного предела//. Людей своих ценит, опять же. Вот что, молодой человек, лично вам я советую в обязательном порядке вернуться живым. У меня для вас найдутся серьезные перспективы. А вы, Сергей, работайте. И постарайтесь не затягивать.
– На затягивание у меня нет времени, – усмехнулся Хромов, собираясь выйти на улицу. Все, пути назад отрезаны. Осталось лишь определиться, кто пойдет за ним. На пороге он остановился и, обернувшись, спросил: – А как вы называете этот… брелок?
– Да брелком и называем.
Хромов кивнул и закрыл дверь.
Нет, все же масштабы у этого времени совсем не те, что в будущем. Город, ага. Бывал Хромов аккурат перед украинскими разборками в Саратове, так по дороге станицы видел побольше. И переходили они одна в другую почти незаметно, иной раз между ними и ста метров не было. Здесь же не города, а прямо хуторки в лесу, нанизанные, как бусины, на тонкую стальную нитку железной дороги. Наверняка такие старые русские города, как Новгород, Москва или Киев, выглядят повнушительнее, но здесь вам не центр – провинция-с. А она всегда жила беднее, что, к слову, не есть гут.
Тем не менее для Хромова все это выглядело одним громадным плюсом. Попробовал бы он провернуть свою авантюру в каком-нибудь Смоленске или любом другом городе с историей! Да проще самому застрелиться, не так больно получится. В этот же населенный пункт они вошли достаточно спокойно, причем средь бела дня.
Лучше бы ночью, конечно, только время поджимало. Бывших своих механиков фрицы запланировали расстрелять этим вечером, остальных повесить следующим утром. Хромов же решил вытаскивать всех, невзирая на происхождение. Риск, конечно, получался запредельным – ну да куда деваться. Вот только сил и впрямь было маловато.
Всего с Хромовым вызвалось идти чуть более тридцати человек. Его разведчики вызвались в полном составе, они же и стали костяком группы. Пошли все, кроме получивших ранения. Непосредственно в город, правда, отправились всего дюжина, остальные же, усиленные добровольцами, остались в резерве.
Сергей мог гордиться собой. Все, кто пришел с ним, знали, что их товарищи уже эвакуировались в другой мир. Туда, где на их головы не падают снаряды, где безопасно. И прекрасно осознавали – шансов выбраться живыми из новой переделки у них немного. Знали – и все равно пошли на риск. К слову, и полковник все-таки хотел идти, но с его контузией… В общем, не стоит о грустном.
С другой стороны, Мартынов с его опытом – это круто, но за полгода, когда экзамен принимали самые, пожалуй, суровые экзаменаторы, немецкие пули, Хромов многому научился. Достаточно, чтобы обойтись без приказов сверху. А потому сейчас хоть и ощущал некоторый мандраж, внешне был совершенно спокоен. Как и шагающий позади Селиверстов. Остальные разведчики, видимо, командиру тоже верили – не было заметно среди них особой нервозности. А что там Ильвес?.. Ну, оставалось надеяться, что эстонец с его уравновешенной психикой не потеряет головы и не напортачит. Потому что резервом командовать, не зная, что творится в эпицентре событий, задачка далеко не самая простая.
Хорошо еще, что у города имелась обычная, можно сказать, классическая проблема населенных пунктов, не заключенных в кольцо стен. Площадь их велика, закоулков по периметру много, и контролировать их практически невозможно. При обороне
