— Ведь просил я вас! — неожиданно сердито прошипел чародей, — неужели трудно… — Из-за поворота коридора показалась группа женщин, и он резко смолк, успев лишь напоследок шепнуть: — Посторонитесь!
Однако гости и сами успели сообразить, что обитатели этого дома почему-то их не замечают, и дальше шли вдоль стены, разглядывая попадавшихся навстречу людей со все растущим смятением. Хотя на первый взгляд не было для тревоги никаких видимых причин. Вполне обычные мужчины и женщины, одетые как чародеи, поодиночке и группами шли в столовую, как вскоре сообразила Веся, рассмотрев за широко распахнутыми дверьми ряды столов, на которых повара ловко расставляли тарелки с блинами и пирогами. Жители дома, судя по бодрой походке и свежему загару на руках и лицах, были здоровы, многие мужчины могли похвастаться отличной выправкой и мускулами бойцов.
И всё же что-то было с ними не так, и не сразу княжна поняла, что именно. А когда наконец начала осознавать и оглянулась на наставницу убедиться в верности своих предположений, нахмурилась точно так же огорченно, как Кастина. Всего хватало в этом доме: и еды, и добротных красивых вещей, и одежды. Не было только улыбок, не звучали оживленные разговоры, не слышалось шуток и смеха. Те, кого встретили «гости», были похожи на приговоренных, которым осталось жить несколько часов, и они просто не имеют сил на улыбки и веселье.
— Саргенс, — не выдержала Веся через полчаса, когда они уже обошли помещения первого этажа и рассмотрели огромную кухню, несколько различных мастерских, залы для тренировок, библиотеку, а также уютные гостиные, — когда уже будет кабинет Тироя?
Чародей огляделся, желая убедиться, что его не слышит никто из жильцов дома, и сухо произнес:
— А вы ещё не видели спальни, внутренний дворик и оранжерею.
— А ты ещё не видел, — язвительно сообщил в ответ мельник, — как я сержусь по-настоящему. Перестань уже лукавить и веди нас в кабинет.
— Как хотите, — ещё холоднее проскрипел чародей, но Весе послышалось в его голосе облегчение.
Как оказалось, кабинет Тироя находился в подвале, и перед ним снова была решетка и охрана, но теперь всего из двух человек. Однако они проверяли амулеты новичков с не меньшим рвением, чем прошлые.
— Ну, здесь мы можем наконец разговаривать? — ехидно осведомился Даренс, едва за ними закрылась дверь, и первым прошел к стульям, стоящим вокруг большого круглого стола, — я отсюда шага не сделаю, пока не узнаю, что здесь происходит.
— Увы, — так же едко отозвался Тирой, — вот вы четверо пока не имеете никакого права требовать от нас объяснений. Наши тайны только для тех, кто вступил в круг.
— Кто это — четверо? — оглядел присутствующих Лирсет, — нас трое.
— Ещё ученица Эвесты. Она имеет право здесь жить, раз ее привела чародейка, но пока своего собственного выбора не сделала.
Мелания, ходившая за Весей по пятам и старавшаяся быть незаметнее мышки, сразу растерялась и начала краснеть, обнаружив, с какой заинтересованностью смотрят на нее все присутствующие.
— Я за нее ручаюсь, — веско заявила княжна, — хотя Мила пока и не высказала желания вступить в круг, но это просто потому, что не успела. После того, как она своим предвидением помогла нам открыть новую развилку и изменить судьбы, жизнь в Сером гнезде не для нее, и Мелания это скоро поймет.
— Я тоже за нее ручаюсь, — поддержала воспитанницу Кастина, — девушке нужно просто дать немного времени.
— Я уже подумала… — неожиданно даже для Веси почти шепотом произнесла Мила, — я хочу с вами.
— Я тоже, — не стал долго раздумывать решительный Ранз, — раз мы будем строить тут себе город, нужно держаться всем вместе.
Это были не совсем те слова, которые хотел бы услышать Саргенс, но спорить он не стал, выжидающе глядя на Даренса. Решение немного ослабить правила вступления в круг для людей, доказавших делами свою честность и преданность Этросии, далось совету цитадели не так-то просто, но теперь чародей почти не жалел об изменении вековых традиций.
— Я тоже желаю вступить в круг, — почти одновременно произнесли Лирсет с Даренсом, и все уставились на магистра.
— Тогда готовьтесь к ритуалу, — словно не замечая ехидной усмешки Ольсена, невозмутимо произнес Тирой.
Они и так уже сделали этим княжичам слишком много уступок, и дальше менять главные правила он не собирается.
Готовиться четверке вступающих в круг разрешили вместе с остальными новичками, и для этого всех проводили из кабинета в находящийся неподалеку зал. Он оказался почти пуст, если не считать стоявших вдоль стен скамей и стульев, и непонятно было, чем обычно занимались тут чародеи, но никого из оставшихся это не волновало.
— Рассказывайте, — потребовал Даренс, едва хозяева крепости ушли.
— Не волнуйся, это не больно, — ухмыльнулся Ольсен, проследил, как чародейки усаживаются тесной кучкой, устроив Милу посредине, и шлепнулся рядом с женой, — мы же все живы.
— Вроде женился, должен бы уже остепениться, — не собирался уступать Дарс, — а всё хихикает. Вы же понимаете, что дар у меня несерьезный… и его даже меньше, чем у Лирса. Как же меня будут учить чародейству?
— Думаю, я могу открыть тебе маленький секрет… — вздохнула Веся и покосилась на Кастину, — или ты?
— Могу и я, — мягко улыбнулась травница, начиная понимать, почему Ольсен продолжает подкалывать внуков.
Вовсе не из вредности и не по привычке. Теперь он желает, чтобы княжичи приняли в семью ее, Касю, и оценили возможность получить совет в том случае, если сам он будет занят или окажется далеко.
— Расскажи ты, бабушка, — обрадовался Лирсет и подтащил ближе стул, — я тоже не понимаю, как можно научить человека, у которого слабый дар.
— Ну хорошо, — согласилась Кастина, — тогда открываю секреты, и первый: дар вовсе не камень. Это камень сколько ни поливай — он таким и останется. А дар — это семя, и чем больше вы будете учиться, тем больше оно будет прорастать и однажды превратится в цветок. У меня самой дар был слабый… как я считала по молодости, чувствовать, какая трава от какой хвори помочь может и когда ее брать. А теперь каждый день понемногу занимаюсь и начинаю делать вещи, о каких и не мечтала, например, могу уже зажечь свечу. И это второй секрет: дар, он для всех один… как праздничный пирог ягодник на день летнего солнцеворота. Начнешь есть с одной стороны — он с малиной, с другой — с вишней или ожиной. Просто каждый сам развивает то, что получилось в первый раз… вот и думают потом, будто кого-то обделили или наградили. А награда-то была одна, с рождения, либо твое тело может накапливать в особом месте магическую силу, либо она проходит сквозь него, как вода сквозь сито, вот и всё. А вы все способны и когда-нибудь будете настоящими чародеями, нужно только вступить в круг и прилежно учиться. Ну а зачем в круг — сами скоро поймете, глупых среди вас тоже нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
