— Я хочу сказать, что мы были виновны в том, что недооценили их. Мы знаем, что они перевернули Таро с ног на голову, пытаясь выяснить, как утекли их планы до того, как случился Армагеддонский Риф. Мы также знаем, что они так и не нашли ответа, поскольку Таро на самом деле не имело к этому никакого отношения. Но что должно было прийти нам в голову, когда мы анализировали их «план прикрытия», так это то, что в конечном итоге им придётся предположить, что у нас есть какая-то дьявольски эффективная шпионская сеть. Очевидно, что это именно то, что они сделали… так как тот факт, что они вообще озаботились планом прикрытия, должен был сказать об этом, чёрт возьми, кому-то такому умному, как я!
В голосе дородного маленького князя звучало столько горечи, сколько Мерлин когда-либо слышал от него, и его гнев на самого себя был болезненно очевиден, когда он сделал паузу, чтобы глубоко вздохнуть.
— Как я уже сказал, мы должны были понять, что они собираются придумать что-то подобное, — продолжил он более сдержанным тоном. — И, учитывая все закодированные сообщения, которые все они в тот или иной момент отправляли через семафор, они должны были знать, что кто-то другой может отправлять закодированные сообщения под видом простых коммерческих сообщений или личных писем. Единственный способ, которым они могли бы остановить это, — это прекратить всё светское использование семафора, а это вызвало бы всевозможные сбои, не говоря уже о том, что стоило бы им изрядной части их доходов. Кроме этого, как только они начнут думать в этом направлении, им придёт в голову, что могут быть другие способы создать альтернативную систему связи, даже если они действительно отключат семафорные станции. Например, почтовые виверны.
Он снова сделал паузу, и Кайлеб фыркнул. В те времена, когда князь Нарман из Изумруда замышлял убийство короля Хааральда и кронпринц Кайлеба из Черис, его главный агент в Теллесберге был одним из самых престижных поставщиков охотничьих и домашних виверн в королевстве. Который и предоставлял Нарману быстрое, безопасное средство связи между Черис и Изумрудом.
— Если они решили, что у нас действительно есть шпионы в Храмовых Землях, и, если они согласились с тем, что эти шпионы могут передавать нам информацию так же быстро — или даже почти так же быстро — как они могут отправлять сообщения с помощью семафора, тогда это был только вопрос времени, прежде чем они начнут принимать меры предосторожности. Думаю, так всё и было. Они сказали своим капитанам готовиться к отплытию на запад, ожидая, что любой из наших шпионов, который перехватит эти приказы, отправит их нам, в то время как всё это время они планировали изменить приказы своих капитанов в последнюю минуту.
— Я думаю, что князь Нарман прав, Ваши Величества, — предложил Ражир Маклин из своих апартаментов во дворце Теллесберга. — В любом случае, это имеет смысл.
— Может быть, так оно и есть, — признал Мерлин. — И, может быть, это заставит меня чувствовать себя лучше из-за того, как они обманули нас. Однако это не очень помогает, когда дело доходит до принятия решения, что с этим делать.
— Нет, в этом ты прав, — согласился Кайлеб гораздо более мрачным тоном.
— Честно говоря, мы мало что можем сделать, — мрачно сказал Остров Замка́. — Коди Нилц и ваши подкрепления отстают от вас и Шарлиен едва ли не на пятидневку, а преобладающие ветры дуют с запада. Даже если бы мы могли связаться с ним немедленно — и объяснить, как, чёрт возьми, мы это сделали, — ему всё равно понадобился бы по меньшей мере месяц, а скорее всего, семь или восемь пятидневок, чтобы вернуться сюда.
— Спасибо моему стремлению заставить его отплыть пораньше, ты имеешь в виду, — сказал Кайлеб.
— Если ты не хочешь, чтобы Мерлин пинал себя за то, в чём он не виноват, не пинай себя за то, в чём ты не виноват, — едко сказал ему его кузен. — Учитывая то, что все мы «знали», ты принял правильное решение. Они просто — как сказал Мерлин — «обманули нас». — Верховный адмирал хрипло усмехнулся. — Предполагая, что «обманули нас» означает то, что я думаю, что это значит!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну, если предположить, что приказы, которые они послали Колману и Ярасу, не являются очередной «дезинформацией», как сказал Нарман, они, очевидно, планируют поймать тебя и Доминика между двумя силами, — сказала Шарлиен. — Поэтому я бы сказала, что первоочередная задача — убедиться, что они этого не сделают.
— Я мог бы согласиться с этим, — с чувством сказал Остров Замка́.
— Конечно, есть небольшая проблема в том, как двадцать семь наших галеонов будут драться со ста тридцатью их, даже если предположить, что мы сможем вступить с ними в бой без того, чтобы Ярас ударил нас сзади, — указал Каменный Пик.
— Только девяносто из них вооружены, — ответил Остров Замка́, и Каменный Пик фыркнул.
— Хорошо, как двадцать семь наших галеонов будут сражаться с их девятью десятками? Я готов считать, что один наш стоит двух их, может быть, даже двух с половиной. Чёрт возьми, давайте будем считать, что трёх! Но даже если предположить, что мы повернём северные силы назад, мы понесём потери, Брайан, и ты это знаешь. Так что же произойдёт, если мы столкнёмся с одним противником, а затем будем атакованы другим?
— Мы понесём большие потери, — мрачно сказал Остров Замка́. — Но мы позаботимся о том, чтобы они понесли ещё большие потери.
— У них нет нескольких сотен транспортов, загруженных войсками, которые плывут вместе с ними, — отметила Шарлиен. — Даже если им удастся добраться до Деснейра, у них нет армии, готовой высадиться где угодно.
— Ты думаешь, мы могли бы избежать стычки? Тянуть время? — сказал Кайлеб.
— Более или менее, — согласилась она. — Всё, что они действительно могут делать, это плавать вокруг да около. Они, конечно, не могут вторгнуться в Старую Черис или Изумруд… не против гарнизонов, которые мы вооружили винтовками и новой артиллерией
— Проблема в том, что мы не можем позволить этим двум соединениям объединиться, — ответил Кайлеб. — Тогда у них будет более двухсот галеонов в заливе Матьяс. А если бы они могли подхватить Тирска и его доларцев у Ховарда, у них было бы три сотни. — Он покачал головой. — Мы должны помешать им сгруппироваться.
— И давайте не будем забывать о Таро. — Тон Каменного Пика был мрачным. — Вы, вероятно, правы, что у них недостаточно войск для серьёзной высадки в Старой Черис или Изумруде, Ваше Величество. К сожалению, я уверен, что у них достаточно сил, чтобы проводить рейды, как минимум такие же разрушительные, как те, которые мы провели в Корисанде. И независимо от того, смогут они это сделать или нет, если говорить про моряков и солдат, которых они держат на борту всех этих кораблей, у них более чем достаточно сил, чтобы вторгнуться в Таро. У Горжи нет никакого нового оружия, и хотя я не думаю, что Таросских Храмовых Лоялистов так много, как думает «Группа Четырёх», их достаточно, чтобы развязать настоящую гражданскую войну, если они решат, что Церковь начнёт вторжение. Если Клинтан и Трайнейр доставят пару сотен галеонов в бухту Тол, Таро пропадёт.
— Замечательно, — вздохнул Кайлеб.
— Каковы ваши последние данные по производству снарядов, Эдвирд? — спросил Остров Замка́.
— Такие же, какими они были, когда ты спросил меня вчера, — ответил Эдвирд Хоусмин из своей спальни. Его обычно приветливый голос был значительно более резким, чем обычно. — Другими словами, фактически ноль. Мы всё ещё настраиваем производственную линию, Брайан. Ты знаешь это, и…
— Я не критикую, — быстро сказал Остров Замка́. — Но с двадцатью галеонами нам требуется преимущество, если мы собираемся остановить этих ублюдков.
— Ну, я не смогу запустить новую линию по крайней мере ещё две пятидневки. — По тону Хоусмина было очевидно, что он ругает себя за то, что не сделал этого раньше, хотя, учитывая проблемы с погодой, с которыми он столкнулся…
— Ну, у тебя есть как минимум ещё восемь пятидневок, прежде чем они смогут достичь Залива Таро, — ответил Каменный Пик. — Это почти полтора месяца, Эдвирд!
