— Трахал её подругу.
— А подруга красивая?
— Вейл!
— Ладно-ладно, — жена шаловливо мне подмигнула. — Рот на замок, ключ в океан.
Окси и Сандра отправились гулять по острову.
Я всё чаще ловил себя на мысли отправиться дальше. Каждый день ведь одно и то же. Ни тебе шторма какого-нибудь, ни приличного городка с магазинами и развлекательными центрами, ни спорткомплекса, где можно найти достойного соперника и помахать бамбуковым мечом. Мне даже бегать по утрам стало лень.
В России я бываю редко.
Стараюсь держаться нейтральных вод и автономных юрисдикций. Просто привычка такая выработалась. Год назад я наломал дров — убил Марка Адамса, сменил правящий род и встал серым кардиналом за спиной лидера. Вырезал почти всех Чжао. Почти — потому что я не трогаю детей. Такой вот пунктик. Нынче Азиатским Пандемом правят Ма. У них там была серьёзная заруба за власть, но я не вмешивался. Чуть ли не до гражданской войны дошло. Соответственно, разгоревшийся между ЕМ и Пандемом глобальный конфликт был остановлен. Чандрадатта под шумок оттяпали себе какую-то провинцию, но азиаты оказались слишком потрёпанными войной, чтобы открывать дополнительный фронт. Сейчас между индусами и китайцами искрит, но никто в драку не полез.
Мир после моих действий выдохнул с облегчением.
Чжао и Адамсы успели повоевать над Тихим океаном, в Алтайской автономии и немножко в Монголии. Были диверсионные рейды боевых магов, сухопутные манёвры, но до обмена хтоническими ударами так и не дошло.
Не скажу, что я сильно повлиял на сложившийся миропорядок. Ведущие клановые структуы никуда не исчезли, просто с горы упали могущественные рода. Границы империй не сдвинулись. Даже Алтайская автономия сохранила нейтралитет, получив гарантии безопасности после подписания мирного договора.
Убытки были колоссальными.
Один из линкоров, рухнувших в океан, поднял волну цунами. Кучу прибрежных городов стёрло с лица земли. Дредноуты падали в тайге и за полярным кругом, в одном из сражений чуть не уничтожили Тайвань.
Сейчас все успокоились.
Восстанавливаются торговые связи, открываются воздушные коридоры. Банки вновь обмениваются транзакциями. Оживают пассажирские линии. Отели вновь принимают туристов.
Окси отказалась от военной карьеры и время от времени консультирует владельцев яхт по установке радарных систем и спутниковой навигации. Вейл теперь занимается инвестициями, только работает на нашу семью, а не на Адамсов. Сандра читает лекции по демонологии в университетах мира.
Я не сумел найти занятие по душе.
И поэтому предаюсь безделью.
С другой стороны... зачем рвать жопу, выбиваться из нищеты, обретать могущество и влияние, если ты продолжаешь пахать и света божьего не видеть? Отдых — закономерный итог бурно прожитой жизни.
— А знаешь, — говорю я жене. — Тут у вас... совсем недурно.
— У нас? — переспросила блондинка.
— Ладно, — исправляюсь я. — И у вас, и у нас. Вряд ли ты поверишь, если я скажу, что перенёсся в тело малолетнего дрища через тысячелетия с затонувшего континента. И в моём мире не было даже электричества. Не поверишь ведь?
— Ты на солнышке перегрелся, — хмыкнула Вейл.
Я погладил жену по руке.
И ничего не ответил.
октябрь 2022 — январь 2023 г.
Друзья, это последний том цикла. Изначально я собирался сделать три книги, затем — пять. Но в какой-то момент понял, что не вижу схватку Джерга с Анумом. Развиваться Илье Невзорову дальше просто некуда. И любые сюжетные повороты предсказуемы. Хорошего понемногу. Я ставлю окончательную точку в этой истории.
ОДНАКО!
Не спешите разбредаться, ведь у меня есть еще один интересный цикл. Предлагаю вашему вниманию серию боярки «Здесь вам не клан». Первый том лежит здесь: https://author.today/work/203708
И таки подписывайтесь на аккаунт!
Ян Бадевский
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Здесь вам не клан
Глава 1
— Витя, очнись!
Меня трясут за плечо, это неприятно. Чувствуешь себя тряпичной куклой в руках ребенка-психопата. Неслабого ребенка, между прочим.
Открываю глаза.
Надо мной склонилось мутное пятно, которое постепенно обретает форму. Девушка. Весьма симпатичная. Заостренные черты лица, пронзительный взгляд зеленых глаз. Одежда — нечто серое, изобилующее карманами и вставками. Аппетитные формы, которые ничем не скроешь. Грива черных волос собрана в небрежный пучок.
— Вставай уже!
Мерный гул двигателя и плавный занос на очередном повороте намекают, что я пребываю в движении. Вокруг девушки формируется фон. Безликие серые очертания кузова, прямоугольники окон, линии задней дверцы. Я в фургоне. Снаружи — непроглядная тьма, из которой то и дело выступают подсвеченные неоном громады. Я в городе? Кабина водителя отсюда не видна.
Девушка говорит по-русски.
Уже кое-что.
— Отстань, — бурчу я.
— Живой, — моя спутница выдыхает с облегчением.
Мимо проносится вышка, напоминающая телебашню в Торонто.
— Где я?
Фургон притормаживает на перекрестке. Слышатся гудки машин, в окна льется свет уличных фонарей и громоздящихся в черную пасть неба жилых уровней. Большой город. Стоп, небо? Значит, я не в Дубае. Этого не может быть. И вообще, я же мертв. Меня невозможно реанимировать, после такого не живут…
Я понял.
Загробный мир существует.
Это после, мать его, смертие. Чистилище, лимб. Оно выглядит как высокотехнологичный микроавтобус с выдвигающимися из стен креслами. И секциями для хранения весов, чтобы взвешивать мою душу на суде Осириса.
Девушка смотрит на меня насмешливо.
— Ты в фургоне.
— Это понятно, — пробую выпрямиться. И понимаю, что мое тело распято на плоской поверхности. Руки и ноги опутаны проводами, подключенными к разъемам в полу. В правую стенку вмонтирован дисплей, по которому ползет кривая кардиограммы. Что-то пикает.
— Ты меня в больницу везешь?
Девушка качает головой.
Фургон резко срывается с места и набирает скорость. Мы вихляем, встраиваясь в соседний ряд. Тело ноет, в памяти — существенные провалы.
Дергаюсь сильнее.
— Лежи спокойно, — девушка начинает нервничать. — Я провожу диагностику.
— Какую еще диагностику?
— Ты чуть не откинулся, дружок. Не знаю, под какими веществами тебя занесло в этот дистрикт, но я была уверена, что провалю задание. А теперь нам нужно выбираться. И побыстрее.
— Развяжи меня.
— Это медицинское оборудование, кретин. Подожди немного.
В руках моей новой знакомой появляется устройство, напоминающее планшет. Хрень беспроводная, как пить дать. Я наблюдаю, как девчонка снимает показания с приборов, ее пальцы стремительно бегают по сенсорному дисплею. Лицо становится удивленным. Нет, ошеломленным.
— Если верить моим данным, — тихо произносит моя загробная проводница, — твое сердце не билось… около четырех минут. Ты умер, а затем воскрес.
— Чушь собачья.
— И я так думаю.
В этот момент раздалась автоматная очередь.
Злобные маленькие клювы начали долбить борт нашего фургона.
* * *
Я зашит в силовую броню, это моя вторая кожа. Сижу в «кузнечике» — десантном модуле «Ростехно», отколовшемся от дирижабля в стратосфере. Подлетая к земле, «кузнечик» выдвинул четыре пилона с турбореактивными дюзами, погасил инерцию и запустил винты. Кабина наполнилась гулом роторов.
Внизу простиралась пустыня.
Бесконечная пустыня смерти, граничащая с морем. Желтое и синее. На стыке двух миров вспучился Дубай — автономный экополис, жители которого годами живут под геодезиками. Такова суровая реальность. К 2100 году большая часть территории Земли пришла в негодность, там невозможно жить. Изменение климата, все дела. В этой пустыне, например, дневная температура доходит до шестидесяти градусов.
