— И вы хотите, чтобы я сейчас отложила в нее яйцо? — спросила женщина.
— Остановитесь! — воскликнул Ванечка. — Мы согласны.
Он вытащил из верхнего кармана мобильник и спросил:
— Ты все слышала, Елена?
— Слышала, — донесся голос Елены. — Куда нести личинку?
— Вот это разумно, — обрадовалась женщина. — Мы спустимся к выходу, там нас ждет машина. Вынесите личинку туда.
— А Вера? — спросил Ванечка. — Почему вы ее не отпускаете?
— Потому что мы не верим людям. Мы для вас — ядовитые, опасные насекомые, нас можно обмануть, а при нужде и сапогом раздавить.
— У вас нет оснований нам не верить! — крикнул Ванечка.
— Есть, да еще какие!
Женщина подтолкнула Верку к двери.
Детеныш семенил рядом. Из его груди тоже торчала сабля.
В коридор он выскочил первым и закричал:
— Все с дороги!
Все послушно кинулись в разные стороны.
Только мужчина с бородкой не побежал.
— Погодите! — закричал он. — Эта девушка нуждается в помощи, она мне сама в этом призналась! Что вы делаете? У вас нож? Это запрещено!
— Расправься с ним! — крикнула женщина детенышу.
Тот кинулся к мужчине.
Но дядька с бородкой и на этот раз не побежал. Он стал отбиваться от детеныша палкой и попал ему по голове.
Детеныш упал и задергался.
Дядька кинулся к женщине. Верка почувствовала, что матка сейчас вонзит в нее свою саблю, и рванулась — сабля полоснула по щеке.
Дядька с палкой накинулся на женщину, но вдруг замер, будто на стенку наткнулся.
В этот момент в коридоре появилась Елена со свертком.
Женщина отбросила Верку, на бегу наклонилась и подхватила лежавшего на полу детеныша.
Тот перебирал ножками и попискивал.
Женщина врезалась в Елену и выхватила у нее пластиковый пакет.
— Это он?
— Он… — Но Елена уже смотрела на Верку, которая сидела на полу и зажимала рукой разрезанную щеку. Между пальцев текла кровь.
В конце коридора наездников встретил человек в ватнике. Именно ему матка отдала на бегу личинку.
— Они сейчас полетят, — сказала Верка.
Но наездники не полетели.
Они повернули в боковой коридор, который, как потом узнала Верка, вел в подвалы.
И сгинули.
Ванечка начал твердить:
— Сейчас мы их перехватим. Сейчас, я уже вызвал ОМОН.
И вдруг Верка закричала на него:
— Оставьте их в покое! Им тоже жить хочется!
— Как можно? — возмутился Ванечка. — Они ведь только кажутся людьми. А внутри — это злобные насекомые. Их надо истреблять, иначе они сами нас истребят. — Он сверкал очками, потому что вертел головой, словно все время отрицал собственные слова. — Может быть, их уже миллионы. А отпустив этих, мы увеличим их число. И сегодня же они нападут на невинную жертву — на тебя, в конце концов!
— Надо не так, — сказала Верка. — Не убивать надо!
— А как же?
По коридору, громко топая, бежали омоновцы в вязаных шапках, в которых видны были только глаза.
— С ними надо говорить.
— Как говорить, как? — кричал Ванечка. — Мы же их естественная пища. Они другой не хотят.
— Пойдем, Верочка, — сказала Елена и повела ее обратно к своему кабинету, оставив Ванечку разбираться с омоновцами.
— Что делать, что делать? — спрашивала Верка.
— Я сама не знаю. И дурак будет тот, кто скажет, что знает ответ.
— А мама? — вспомнила Верка. — Как мама?
— Пойдем, я проведу тебя в реанимационное отделение, — сказала Елена. — Но предупреждаю — ни звука, ни лишнего движения. Тебя не видно.
— А меня и так никогда не видно, — ответила Верка и подумала: вот согласилась бы она на десять тысяч долларов, ничего бы не изменилось — они же своего зародыша все равно получили. А так бы построили для бабы Эллы новый дом…
Потом она подумала: «Сейчас быстренько посплю возле маминой койки, а с утра Катьку доить — и в больницу к бабе».
Но жизнь не будет прежней, потому что теперь вернулась мама.
И Верка теперь не одна.
Убежище
Часть I
Испытание Севы Савина
Глава первая
Сева Савин в лагере «Елочка»
Шел к концу третий день смены в лагере «Елочка».
Этот лагерь с незапамятных времен назывался «Елочкой» по прозвищу «Палочка». Когда-то он был пионерским, и сюда возили Севину маму и многих из ее нынешних сослуживцев. Теперь его называют оздоровительным.
Второй отряд играл в волейбол.
Конечно, не весь отряд, а только те ребята, которые умели играть.
Было уже не жарко, пахло теплой пылью и цветами.
Солнце опустилось к вершинам елей, вот-вот на них напорется, и било в глаза команде слева.
Сева Савин не играл, он сидел на длинной скамейке вместе с болельщиками, но не кричал, не свистел, не переживал, потому что ему надо было подумать.
Ведь он так и не понял, почему у двери автобуса, на котором они ехали в лагерь, его перехватила неприятная старуха в армейском камуфляже и строго прошептала:
— Предупреждаю, не смей смотреть на лягушек. Ты меня понял, бездельник? А то беды не оберешься.
В этот момент сверху спикировала оса, она кинулась на бабушку, но та ей не поддалась и стала отмахиваться когтистыми руками.
— Пришибу! — рычала она. — Шшшибу!
Оса уворачивалась и, пролетая мимо лица Севы, успела пискнуть:
— В болоте твое счастье, принц!
Но тут старуха все же сбила осу, а Севу начали толкать сзади, чтобы он поскорее залезал в автобус.
Так он и не узнал, чем кончился спор старухи с осой и при чем тут болото.
Другой на месте Севы сошел бы с ума от страха и удивления. Но Сева особенный человек.
Когда-то, еще ребенком, он прочел книжку, в которой говорилось, что сказочные существа в самом деле существовали и даже правили нашей планетой. Но потом наступил Ледниковый период, и они все вымерли. А память о них осталась. Сказки и легенды — это не выдумки, а воспоминания людей о древней жизни, когда волшебство правило миром.
Больше того, Сева был уверен, что не все сказочные существа вымерли. Кое-кто смог пережить тяжелые времена, затаившись. Теперь им власть над миром не вернуть, хоть некоторые и стараются. Но они существуют, только не попадаются каждому на глаза, как тигры в летней тайге. И если человек это понимает и не трепещет перед каким-нибудь колдуном-перестарком, он может неплохо устроиться в жизни. По крайней мере, интересно. Только спешить не надо.
Это не значит, что Сева был расчетливым, осторожным и предусмотрительным молодым человеком. Наоборот, он был страшно легкомысленным выдумщиком, и если бы волшебников не было на самом деле, он бы их изобрел. И кое-кому рассказал бы, что у него есть друг чародей, который обещал его взять в субботу на Кассиопею.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
