Когда Пол проснулся, все еще была ночь. Взошла красная луна, превратив воды реки в струящийся пурпур. Бегство животных от кэксма закончилось. Тишина нарушалась лишь негромкими голосами Райта и Элиса. Пол увидел рядом маленькую фигурку Низаны. Больше он никого не мог разглядеть, но слышал негромкое сопение олифантов. Они, должно быть, побывали в джунглях и вернулись, потому что вместе с сопением от них доносился хруст пережевываемых листьев. Пол подумал: «Любимцы Сирса… Один из десяти тысяч даров, которые он оставил нам. Целой жизни не хватит, чтобы воспользоваться всеми… И смех его был одним из этих даров…»
Райт рассказывал спокойным тоном:
— Мы полагаем, что на этой планете жизнь развивалась таким же образом. Основные принципы везде одинаковы, Элис. Маленькие и примитивные существа усложняются за миллионы лет, прожитые ими в морях — отличная солевая среда для развития жизни. И снова проходят миллионы лет, в течение которых первые неуклюжие амфибии, выбравшиеся на сушу, учатся носить жизнетворное море с собой и продвигаются все дальше. История не торопится.
— А что было до возникновения жизни?
— Трудный вопрос, Элис. Есть, например, такая теория, согласно которой на месте каждой звезды, имеющей планеты, когда-то было две. Наши астрономы называют такие звезды двойными…
Маленькая хрупкая фигурка возникла рядом с Полом и позвала — таким тоном, будто ей было очень больно.
— Низана, — позвала Пэкриаа.
Низана подняла голову и переспросила — неуверенно, чуть испуганно:
— Принцесса?
— Просто Пэкриаа… Низана, я слышала, как ты заговорила с вестойкой, и она успокоилась. Может, ты приведешь ее… и Тейрон, наверное, тоже. И мы все вместе пойдем послушать, как Токрайт рассказывает про звезды, про мир… Я подумала — может, мы сможем ей перевести? Пойдешь со мной, Низана?
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГОД ДЕСЯТЫЙ
1
Повинуясь лежащей на румпеле руке Дьюнин, «Арго-4» скользил на юг. Дул легкий попутный ветерок. Главный конструктор корабля Пол Мейсон называл его шлюпом, хотя и признавал (неохотно), что вряд ли можно считать классическим шлюп, у которого по середине бортов располагались двенадцатифутовые весла. От носа до кормы суденышко имело в длину тридцать шесть футов. Не имея лесопилки, обработать доски для его обшивки оказалось труднее, чем сделать и поставить на место киль из целого ствола. Части судна крепились преимущественно деревянными шпеньками. Железа, добытого из единственной залежи железной руды на Адельфи, на постройку корабля ушло немного. Постройка началась семнадцать месяцев назад, в году девятом. Месяц назад дочь Пола Элен разбила о нос корабля глиняную флягу с вином производства Низаны, и «Арго-4» выплыл из устья Белобережной реки, отправляясь в свой первый рейс. «Арго-4» совершил сорокамильный обход вокруг острова. В числе прочего корабль прошел по узкому проливу между Адельфи и безымянным островком на юге, в котором волны, идущие из открытого моря, становились яростными и опасными. С тех пор «Арго-4» совершил несколько коротких рейсов вдоль берега, привыкая к своим возможностям и обучая своих хозяев.
«Арго-2» был неуклюжим весельным плотом из героического прошлого. Девять люциферианских лет тому назад, что соответствовало примерно двенадцати земным годам, «Арго-2» доставил пятнадцать оставшихся в живых после войны на остров. Плот починили и расширили, и он переплыл десятимильный пролив и вернулся на материк, чтобы забрать шестнадцатого из выживших — Эбару — вместе с добродушными белыми животными, которых он отказался оставить. Эбара провел их на юг, через семьдесят миль неведомых ужасов, и еще десять миль вдоль берега. Там их продвижение остановили отвесные скалы, и там их нашел «Арго-2». Олифантов перевозили на остров по одному. Наверное, никто кроме Эбары не сумел бы уговорить животных взойти на плот. Во время проливных дождей в конце года второго, вздувшиеся воды Белобережной реки оборвали швартовы, крепившие плот, и унесли его в море. От Арго-2» осталась лишь горстка бревен где-нибудь на неисследованном берегу, да добрая память.
«Арго-3» все еще существовал. Его чаще называли прозвищем Бетси. Это была деревянная платформа с бортиком и двумя парами весел с выносными уключинами. Когда за весла брались четверо гигантов, да двигаясь по течению, Бетси шла со скоростью до трех миль в час, и несла при этом несколько тонн. Ее построили в год четвертый, и добросовестное суденышко до сих пор перевозило на остров от подножия прибрежной горной гряды каменные блоки для строительства. Камень был черно-красным, иногда черно-пурпурным; тяжелым; и поверхность его была более гладкой, чем полированный мрамор. В отличие от известных на Земле горных пород, он был таким твердым, что ни солнце, ни ветер за сотни лет ничего с ним не сделали. Райт полагал, что именно по этой причине горная гряда на берегу материка столь высока при таком сравнительно небольшом основании. Миллионы лет превратили другие горы в равнины, а блестящие, как стекло, скалы остались в своем первозданном виде. Этот камень можно было отбивать кусками, чтобы использовать. Но эрозии он не поддавался, как алмаз.
«Арго-4» был настоящим кораблем. После испытательного плавания Пол вырезал для носа корабля фигурку с мечтательным лицом Пэкриаа.
— Может быть, — сказала Дьюнин, — если построить еще несколько таких кораблей, мы сможем исследовать материк с берега, а не пешком по суше. Что, если у нас будет еще два или три таких корабля к тому моменту, когда Крис-Миджок вырастет настолько, чтобы отправиться в путь?
Пол знал, что Дороти страдальчески нахмурилась, хотя не видел ее лица. Дороти смотрела вдаль, на воду, окрашенную лучами заката.
— Если он все еще будет этого хотеть, когда вырастет…
Крис-Миджок, ее третий ребенок и единственный сын, родился в год третий. Ему было всего девять земных лет. Его стремление к дальним странствиям, возможно, было вызвано лишь привязанностью к Дьюнин, которая сама еще не стала взрослой и жила мечтами и фантазиями. Взрослые направляли и упорядочивали выдумки детей, чтобы приучить их планировать свои действия. Так постепенно ребячья затея превратились в серьезный план. Основные исследования должны были начаться, когда Крис-Миджок вырастет и будет достаточно силен, чтобы принять в них участие.
— Может, к тому времени у нас и будет несколько кораблей. — Пол старался говорить беспристрастно. — Скажем, в году восемнадцатом или девятнадцатом. Да, отправить исследовательскую экспедицию на кораблях было бы лучше, чем пересекать континент пешком. Но в кругосветное плавание можно будет отправиться не скоро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
