- Нет... Но ты... Ты...
- Демон, - закончил за нее Астарот. - А ты - Око Бога.
- Кто я? - Мария вскинула тоненькую бровь.
- Око Бога. Так называют людей, которые могут видеть ангелов.
- Не может быть...
- Я вполне серьезно. Но почему ты не знала об этом? Имеющие такой дар передают его по наследству. Тебе должны были рассказать, научить...
- Дедушка... - прошептала она. - Я теперь поняла... Он, наверное, думал, что я не имею такого дара, вот и не объяснил ничего...
- Ты мне нужна, - честно сказал демон. - Помоги мне.
- Как? Как я могу помочь тебе?
- Просто будь рядом. Без тебя я не узнаю, когда Задкиил придет убить меня.
- Я буду рядом.
- Поедим? - Астарот облегченно вздохнул. Она поверила ему и расслабилась, но он не собирался сдаваться. Попробовав это тесное нежное тело, демон хотел еще.
Мария приготовила завтрак, все еще стесняясь его. Она даже поела вместе с ним, не поднимая глаз от тарелки. После этого они вышли на улицу, и Астарот с самым безобидным видом предложил ей сходить на озеро.
- Здесь есть озеро? - Мария заинтересовалась и посмотрела на свои ноги, обутые в комнатные тапочки.
- Да, совсем рядом, - демону хотелось отнести ее на руках, но он сдерживал свои порывы, чтобы не спугнуть ее. - Пойдем.
Они пошли по тропинке между пахнущими смолой деревьями, и девушка вдруг спросила:
- А когда я смогу вернуться домой?
- Я постараюсь решить эту проблему, и ты сможешь вернуться. Тебя ждет кто-то?
- Мама. Муж - вряд ли...
- Муж? - демон остановился как громом пораженный.
Какой к черту муж?! Его начинала охватывать ярость, вытесняя человеческие чувства. Какой-то мужчина прикасался к ней, любил ее, и он до сих пор где-то ждет ее!
- Да... Пока еще муж, но я думаю исправить это, как только выпадет возможность, - ответила Мария, и ее лицо стало грустным.
- Ты любишь его? - демон уже был готов убить этого мифического мужа.
- Нет, - ответ прозвучал резко.
- Он обидел тебя?
- Да. Он изменил мне, - Мария нахмурилась и отвернулась. - Давай не будем говорить о нем.
- Не будем, - Астарот изумленно приподнял брови.
Зачем этому придурку другие женщины, когда он имеет такую малышку? У которой внутри так горячо, тесно и уютно... Он почувствовал, как его член уперся в джинсы. Жаркая ночь все еще будоражила его разум и тело.
Озеро было чистым и прохладным, что было очень на руку демону. Его плоть не хотела слушать доводы разума и вздымалась, стоило ему посмотреть на Марию. Он стянул джинсы и сиганул в прозрачную воду. Проплыв к противоположному берегу, демон вернулся обратно и крикнул:
- Почему не заходишь в воду?
- На мне одна футболка, - Мария присела на песок и подставила лицо солнышку.
- Плавай в ней, я отдам тебе свою.
Девушка встала и с радостью вступила в воду. Видимо, желание искупаться в озере у нее было не менее сильным, чем у него. Она окунулась полностью, а потом медленно поплыла к середине, и демон видел сквозь прозрачную воду ее миниатюрное тело. Когда она вернулась к берегу, он молча схватил ее за руку и притянул к себе.
- Что ты делаешь? - Мария слабо отбивалась, но он видел, что это не сопротивление, а скорее страх перед страстью, охватывающей ее. - Ты обещал...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Я не могу сдержать свое обещание... - прошептал Астарот и стянул с нее футболку.
- Я так хочу тебя, моя малышка...
Она застонала и обхватила его бедра ногами. Ее живот прижался к его животу, и демон сжал ее еще крепче, желая ощущать девушку еще больше, еще сильнее. Он скользнул пальцами между ее ног, поглаживая столь сладкое желанное местечко и поцеловал ее, медленно и чувственно. Девушка обмякла в его руках, ее лицо раскраснелось. Он с рычанием вдохнул ее нежный запах, сводящий его с ума. Когда его член проник в нее, она страстно и жалобно вздохнула, сжимаясь вокруг него.
- Тише,тише... - Астарот просто безумствовал от ее аромата, от ее нежности и шелковой плоти. - Ты теперь моя... Теперь моя...
Они лежали на золотистом песке. Демон гладил гладкую спину девушки, наполняясь доселе неведомыми ему чувствами. Теперь он начинал понимать, что чувствовал Асмодей к своей смертной. Он поцеловал смуглое плечико и улыбнулся: какая же она крошка! Теперь он будет носить на руках свое сокровище, чтобы ее маленькие ножки не ступали по камням и сучкам в лесу.
- Чем ты занималась раньше? - спросил он и тут же вспомнил о ее муже. Что за козел!
- Работала в школе, - лениво протянула она, поворачиваясь к нему и кладя свою маленькую ручку ему на грудь. - Я - учитель истории.
- Да что ты? - удивился Астарот. - Тебя с твоими учениками не путали?
- Всегда! - засмеялась она, и ему вдруг стало легко и весело. - Однажды директор даже отчитал меня, когда я со своими ученицами громче положенного хохотала в коридоре.
- Пойдем домой, я хочу разжечь костер, напоить тебя вином и еще раз услышать: "О-о-о, какой у тебя..."
- Ты обещал! - Мария вспыхнула и стукнула его кулачком в плечо. - Вот как тебе верить после всего этого?!
- Безоговорочно! - Астарот сжал ее в объятиях и поцеловал.
* * *
Я переживала такие моменты, что мое сердце грозило взорваться от счастья, поселившегося в нем. Нечеловеческая природа моего мужчины совсем не беспокоила меня, я вообще об этом не думала.
- Мне кажется, это мерзость, - низкий голос прозвучал так неожиданно, что я дернулась в руках демона.
У меня пересохло в горле, когда я увидела стоявшего рядом с нами мужчину из сада. Архангела с бледным красивым лицом.
Демон все понял, не видя и не слыша его. Он прижал меня к своей груди, злобно зарычав:
- Дьявол!
Подняв глаза, я уставилась на Задкиила. "Разве Ангелы такие?" - мелькнула мысль.
Сверкая небесными глазами, в которых застыл холодный ледяной мрак, он приоткрыл свои безупречные губы и сказал:
- Во имя Господа нашего!
Огромный, сверкающий меч взлетел в воздух. Я завопила, зажмурившись от ужаса...
«Что мне ад без тебя». Часть 2.
Мы снова кружились в водовороте перемещений. Меня опять то затягивало в огромный водоворот, то выплевывало в серую туманную реальность, в которой не было ничего, кроме горячих рук Астарота.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда я влипла в стену, больно ударившись о влажную поверхность, мое дыхание было тяжелым, а голова пустой и звонкой, как большая кастрюля.
