навредить. Была милосердной и сострадательной даже к врагам. И в итоге… Чудовищно убила саму же себя.
Держа Аризу несколько секунд, клон, как сломанную куклу, бросает её. Понимая, что высота не маленькая, я успеваю поймать девочку, прежде, чем она касается земли, едва удержав из-за скользкости окровавленного тела.
— Финита ля комедия, — произносит двойник что-то непонятное, и тут же два клона, что ударили мальчиков, развеиваются. Я наклоняю голову и вижу мёртвое детское лицо, что было всё в крови и гари.
В мгновения ока отрывки памяти насильно затаскивают меня в омут воспоминаний детства. Отец… Рин… Вы ушли, потому что так захотели. Это был ваш выбор… добровольный. Вы сами встали на этот путь и до конца следовали ему. Я не могу вас обвинять, но мне было так больно и обидно. Я считал, что на моём веку больше не будет человека с такой же судьбой. Что всё… с меня хватит! Но жизнь решила за меня. Нет, не жизнь. Это я… я опять виноват. Я не уберёг, не защитил, не смог! Почему… почему я снова допустил это?! Я сжал хрупкие плечи девочки. 13 лет. Как было Рин…
Проанализировав последние слова ученицы, я понял, что всё встаёт на свои места:
«Я не могу отпустить оригинала к Орочимару. Это поставит безопасность деревни под угрозу! А может быть и всей страны! И пофиг на меня! Отдав её, вы сделаете его сильнее, и он воплотит свою цель по уничтожению Конохи! Вы вообще брали это в расчёт?!» — прокручиваю я снова и снова ту фразу.
Ты была такой же дружелюбной и миролюбивой. Не любила ссоры и конфликты. Разнимала парней, и, несмотря на любовь к Саске, беспристрастно оценивала ситуацию, порой заступаясь и за Наруто. Ты никогда не поднимала руку на мальчиков. Думаю, тебе даже в голову не приходило это. Да и обзывания от тебя в их адрес я никаких не слышал. Ари, ты всегда поддерживала Узумаки с его заветной мечтой стать Хокаге, никогда не высмеивала его, была для него поддержкой и опорой. Я видел, как ты плакала по нему, когда Цунаде вынесла вердикт, что он не выжил. Не знаю, каким чудом ты его тогда спасла, но думаю — это всё благодаря мощнейшей вере в него. Ты никогда не считала Наруто лишним в команде, даже когда так считал сам он, глядя на то, с какой любовью вы с Саске смотрите друг на друга.
Я вглядываюсь в её измученное выражение лица, в заострённые контуры, побледневшие губы и бледное, как белый лист, кожу. Всё внутри вздрогнуло. Ещё совсем ребёнок.
Она лучше всех понимала, что такое командная работа. И её Воля Огня всегда была очень сильной — безопасность товарищей и деревни — вот, что было для неё самым главным. И теперь… я всё осознал — Саито, понимая, что на кону безопасность всей Конохи, не колеблясь, убила себя. Несмотря на то, что хотела жить, несмотря на то, как сильно любила товарищей, несмотря на то, что имела странный для нашего мира и профессии принцип «не убей». Ради родины она переступила через всё.
Мысленно попрощавшись с ученицей, я встал, поднимая её на руки. Старался как-нибудь придержать её голову, чтобы она не откидывалась под таким неестественным углом.
У нас был план. План, в котором мы бы потом вернули её. Мы хотели, чтобы её спасли, но в то же время понимали, что отдавать девочку им опасно для деревни и для неё самой же. Мы планировали согласиться на их условия, а потом, когда они вылечат, снова ввязаться в бой. Далеко бы они не ушли, тянуть время, если они хотели спасти Аризу, они бы не стали. А мы бы за это время всё продумали.
Но всё пошло не так, с самого начала. Мы не учли, что Ариза могла где-либо оставить клонов. Мы даже не додумались до этого. Это было нашей грубейшей ошибкой.
А Ари… она не знала нашего плана и думала, что мы просто отдадим её. Вот так. И поэтому убила себя. Она не дала спасти её ни нам, ни им.
«Только если бы…», — начинаю я, но тут же откидываю эти мысли. Поздно. Она мертва. Всё закончилось, и думать над тем, как надо было поступить, уже не актуально.
— Как прискорбно… — хлопая играюще в ладоши, смеётся Кабуто, подходя чуть к нам. И мне внезапно яростно захотелось распотрошить, уничтожить его, настолько я был зол. Он её отравил. Он поставил нас всех перед таким выбором! В смерти Аризы виноват он. — Ни себе, ни людям. Эгоистка.
— Что ты там вякнул, ублюдок?! — крикнула ему разъярённая Сенджу.
— Хах, удачи с похоронами! — помахал нам чуть Кабуто.
— Уходим, — проговорил Орочимару, и они все исчезли в шуншине.
Я тяжело выдохнул и медленно направился к своим, осторожно неся девочку на руках. Я прошёл около парней, чуть оглядев их состояние: клоны вырубили и аккуратно уложили на землю. Ариза не хотела, чтобы мальчики увидели, как она убьёт себя. Она понимала, что парни, возможно, не простят ей этого, но всё равно пошла на столь роковой шаг.
— Какаши… — Цунаде тут же подбежала, и я, не спеша, положив Аризу на траву, отдал её санину. Она начала осматривать её техникой мистической ладони, но через несколько секунд отняла руки, безнадёжно покачав головой.
— Скажи… зачем? — мрачно обратился Джирайя к кому-то за моей спиной, и я, обернувшись, увидел подошедшего к нам двойника Аризы. Сама она вела себя так спокойно, будто не лишила себя жизни несколько секунд назад.
— Не переживайте. Всё под контролем, — неожиданно для всех проговорила она, и мы все замерли. Она подошла к Цунаде и вытащила из кобуры свиток. — Я использовала на ней технику заморозки. Все процессы в её организме заморожены. Несмотря на отсутствие питания и кислорода, клетки её мозга не умирают. Эта техника будет действовать два дня. За это время вы успеете и горло залечить, и противоядие изобрести.
— Ты всё продумала?! — поражённо воскликнула Шизуне, и девочка кивнула.
— Как будет всё сделано — выведете меня из техники и запустите сердце, — она протянула окровавленной рукой свиток, и Цунаде, шокировано глядя на девочку, взяла его.
— Что же это за техника такая? — сдавленным голосом спросила женщина, открыв свиток.
— Понятия не имею, мне помогла в этом Кэори.
— Та девочка-Учиха?
