– Сколько он с вас взял, монсьор? – с сомнением поинтересовался Клаус, умащивая задницу на остром ослином хребте.
– Десять лиардов. Сволочь…
– Сволочь! – с чувством согласился паренек. – Может, пустим ему красного петуха под крышу на обратном пути?
– Хорошая идея: может, и пустим. Поехали, надо к вечеру успеть до города…
Путешествие прошло спокойно, особо даже и нечего рассказывать. Редкие придорожные деревеньки, нечастые рощицы и падаль разной степени разложения по обочинам. Возделанных полей много, но гораздо больше фруктовых садов. Несколько раз по пути попались мелкие группы паломников, даже протрусил мимо торговый караван под мощной охраной. Ближе к вечеру нас обогнал крупный отряд конных латников под штандартом Паука. Вот и все впечатления.
Вскоре показались стены города. Честно сказать, не особо впечатляющие, местами осевшие, а кое-где вообще с трещинами и даже наспех заделанными проломами. Зря, подобная беспечность может аукнуться. Хотя, вполне возможно, у города на ремонт попросту средств нет.
Мы сделали привал, наскоро перекусили припасенным харчем, немного передохнули и неспешно отправились к городским воротам. Спешить некуда, сегодня только и успеем на ночлег устроиться, а вот завтра… завтра и посмотрим, загадывать не привык.
Перед воротами обнаружили довольно большую очередь из повозок и телег. И еще с десяток виселиц, на которых уныло раскачивались под ветерком полусгнившие, высохшие человеческие костяки. С виселицами понятно – они сейчас вообще чуть ли не на каждом шагу. Для устрашения и назидания – куется знаменитое западноевропейское законопослушание. А в очереди, очевидно, окрестные крестьяне, спешащие попасть в город, чтобы с утра распродать побольше на воскресном рынке. Тоже ничего удивительного: народишко, конечно, ущемляется, бывает – и голодает, но в мирное время живет в общем-то неплохо. Вон какие горы провизии везут… Хотя все может быть совсем не так однозначно. А вообще – мне плевать.
Несмотря на длину, очередь двигалась быстро, стражники споро и умело досматривали телеги и особо ни к кому не придирались. Досмотр, монетка скрывается в лопатообразной ладони десятника, властная отмашка – и телега двигается вперед. На нас и наше оружие стража не обратила ровно никакого внимания, но въездную мзду исправно взыскала. Кошелек облегчился еще на пару денье, зато стражники присоветовали якобы приличную гостиницу, расположенную неподалеку от городской стены. Хозяин гостиницы, видимо, им приплачивал за рекламу. Да и хрен с ними, чихал я на местные гешефты и потраченные медяки, главное – мы благополучно проникли в город и есть где переночевать.
Гостиница под пышным названием «Роза Нормандии» на поверку оказалась не так уж плоха, как я ожидал, и мы получили в свое распоряжение вполне приличную комнатушку с двумя грубо сколоченными из досок топчанами и набитыми сеном тюфяками. На ужин доели свои припасы – местной стряпне я благоразумно решил не доверять – и благополучно легли спать. Всю ночь наши тушки зверски грызли блохи, а утром, в довершение чудесных впечатлений, я обнаружил своего мерина дохлым. Сволочь!!! Не мог отправиться в лошадиный рай деньком позже? Ушлепок копытный. Однако весело начался денечек…
Глава 21
– Два, два лиарда! – Мэтр Ломбер, плюгавый хозяин гостиницы «Роза Нормандии», воинственно растопырил усы и требовательно протянул ладонь. – Или тащите свою падаль сами. А если не уберете его, я подам жалобу.
– Он сдох в твоем стойле, тебе и убирать! – непреклонно заявил Клаус и воинственно упер кулак в бок.
– Как бы не так! – Хозяин со злостью пнул башмаком унылую тушу почившего мерина. – Платите, иначе…
Я в переговорах участия не принимал, стоял рядышком и неназойливо отгонял от себя желание прирезать кабатчика. Вот же сволочь такая, уперся рогом и не хочет нас выпускать из гостиницы, пока не заберем труп несчастного мерина, которого я уже успел назвать Морозко. И вправду зарезать его, что ли? Тогда придется отправлять на тот свет и двух дюжих работников, стоявших на входе в конюшню. Можно, конечно, заплатить, но тогда у меня останутся сущие гроши – даже отобедать не хватит. А дукаты из подкладки вынимать долго, да и попробуй их разменять, не вызвав подозрения. Сумма-то для моего скромного облика просто гигантская. М-да, вот и задачка на голом месте нарисовалась…
– А может, ты его уморил? – Клаус сделал ход ферзем. – Вчера-то он был здоровехонек.
– Еще чего не хватало… – Хозяин немного умерил пыл. – Все видели, как он…
– А может, ты колдун? – перебил его Клаус и, сделав шаг вперед, ткнул кабатчика пальцем в грудь. – С чего бы это здоровому коню дохнуть? Тут надо разобраться…
– Ты это, потише… – Мэтр Ломбер опасливо оглянулся по сторонам. – Да за такие обвинения и ответить можно…
– А чего мне бояться? – повысил голос Клаус. – Пусть все знают, что у мэтра Ломбера ни с того ни с сего лошади в конюшне дохнут. А ну-ка, где тут прево? Люди!..
– Эй-эй… – Кабатчик умоляюще сложил руки. – Не надо прево…
– Тогда плати за безвинно уморенного дестриера! – Клаус с наглой рожей протянул сложенную лодочкой ладонь вперед. – Два лиарда гони!
Я чуть не расхохотался, дивясь наглости моего эскудеро.
– Дестриер?! Да побойся Бога! – Хозяин стал пятиться назад, споткнулся о тушу мерина и сел задом на копну сена. – Давай по-хорошему. Я тебе дам денье и сам уберу падаль.
– Не пойдет. – Клаус отрицательно покрутил головой. – Но так уж и быть: давай лиард – и замнем дело.
– Чтобы у тебя рог на лбу вырос… – вполголоса ругнулся мэтр Ломбер и выудил из поясной сумочки серебряную монетку. – Держи, лиходей…
– То-то же… – Парень куснул монету за край, проверяя ее подлинность, и спрятал за щеку. – Что и следовало доказать. Ну что, господин? Пойдемте?
Я молча перешагнул через протянутые ноги горестно причитающего хозяина и направился на выход. За мной, ведя в поводу меланхолично жующего жвачку осла, направился Клаус.
– Молодец, дружок! – Я хлопнул оруженосца по плечу. – Отлично справился. Я даже не ожидал.
– Дык я и сам не ожидал… – озадаченно покрутил головой парень. – Вроде как даже нравиться мне стало. Интересное это дело – лицедействовать…
– Интересное… – Я попытался сориентироваться. – Ну и куда идти?
Вот же клятый город! Мало того что грязный и вонючий, как помойка, так еще и запутанный, как лабиринт Миноса. Даже не представляю, как в таком дерьме смогли снять воистину прекрасный фильм «Шербурские зонтики»… Хотя о чем это я? Сие действо случится только веков через пять. Но все равно отвратный городишко, даже для Средневековья. Ни дна ему ни покрышки…
– Стой! – Клаус поймал за рукав пробегавшего мимо мальчишку. – Где у вас здесь оружейные лавки?
– Налево, прямо, направо, налево… – бойко отбарабанил пацан и, вырвав рукав, быстро смешался с толпой.
– Налево, направо… – тоскливо пробормотал я и покрутил головой по сторонам. – Вот же…
В любом средневековом городишке ориентироваться достаточно просто, в центре почти всегда стоит собор. Где собор, там и высокая звонница, которую видно со всех сторон. А мы стоим на улице, зажатой со всех сторон домами. В два, три и даже четыре этажа. Они нависают над улочкой и закрывают весь обзор. Не то что звонницы – даже неба почти не видно из-за разных пристроек, выступающих с фасадов над головой. Народишко стремится поселиться именно в городе, что дает очень существенный бонус к собственной безопасности. Но город не резиновый – он ограничен собственными крепостными стенами, которые как раз и дают эту желанную безопасность. Вот и гонят дома вверх, сооружая иной раз даже вовсе причудливые конструкции. Архитекторы хреновы…
Пришлось немного поблукать, но в итоге мы все же попали на рыночную площадь. Потолкались на ней, даже воскресную казнь посмотрели. Впрочем, ничего нового я для себя не увидел. Четырех мужичков в рубище повесили без особых изысков, банально.
