- Как дела? - Задал Максим мне любимый вопрос миллионов наших соотечественников. Голос его был нерешительным и удивленным - встреча со мной не входила в планы этого человека.
- Хорошо, а у тебя? - смущаясь, задала я аналогичный вопрос.
- И у меня хорошо. Учишься?
- Да. А ты работаешь?
- Да. Как родственники?
- Хорошо. А твоя мама?
- Тоже отлично.
И мы замолчали.
Вот и все, о чем можно было поговорить со своей первой любовью, повзрослевшей и возмужавшей. Оставалось только лишь разглядывать друг друга, едва ли не физически ощущая неловкость и отстраненность. Наверное, а я очень на это надеюсь, Максим ощущал стыд или раскаяние, и от этого, должно быть, ему было еще менее комфортно, чем мне.
Странно - вроде бы всюду здесь много людей, и они шумят, разговаривают, смеются, даже кричат, а в паре квадратных метрах от меня и него установилась тишина, похожая сейчас на вакуум прошлого, окутавшего двух совершенно чужих людей, которым…
Дура, ты чего несешь?! Пошли его на село к дедушке и сваливай подальше! А то еще при нем и разрыдаешься!
- Я рад, что встретил тебя, Кать. - Первым нарушил затянувшееся молчание Максим.
- И я тоже…очень рада. Хорошо, что ты стал профессиональным фотографом. - Еще давно, в школе, он мечтал работать именно в этой области, вопреки воле своих родителей, мечтавших вырастить из единственного сына знаменитого врача. Максим - представитель целой династии врачей. Его старый, но бравый прадедушка, оперировал в военно-полевом госпитале всю войну и мечтал сделать из внука хорошего хирурга. Однажды, в девятом классе, когда мы с Максимом были просто-напросто одноклассниками, обменивавшимися глупыми и даже пугливыми взглядами и боящимися признаться в симпатиях друг к другу, совершенно случайно попала к нему домой. Надо сказать, не без помощи Нинки, решившей, что в ее силах сделать так, чтобы, как она говорила, "вы, тормоза, были вместе". Дедушка макса решительно усадил меня за стол и за чаем принялся рассказывать о военных днях в госпитале, и о том, что все представители их славной фамилии - обязательно врача, и о том, что его внук обязательно продолжит семейную традицию, и его будет ждать блестящее будущее. Максим - волосы у него и тогда были всегда растрепанными, как и сейчас, а вот лицо было худым-худым и скуластым, сидел рядом, и я, почти не слушая рассказы его дедушки, просто радовалась тому, что одноклассник находиться рядом, и что сидим мы близко-близко - даже колени соприкасаются слегка.
"Ты нашему Максу будешь отличной девушкой, - на прощание заявил дедушка к нашему обоюдному ужасу, - или, проводи Катю домой, внук".
Я дернула головой, отгоняя прошлые воспоминания. Вот все же ужас - встретить этого парня здесь и сейчас!
- Да, - он неловко улыбнулся, прижимая к себе чехол с фотоаппаратом. - Ты очень здорово выглядишь. Взрослая.
Естественно, лет-то мне уже сколько. Чай не десять и даже не двенадцать.
- Ты тоже прекрасно выглядишь. - Отвечала я, глядя поверх его головы. Интересно, эти волосы до сих пор такие же жесткие, как и раньше?
- Спасибо. Я пойду, хорошо? У меня много работы, - словно оправдываясь, произнес он и ушел, оглянувшись раз пять.
Я в полном недоумении глядела ему вслед. Не может быть. Может быть, я страдаю галлюцинациями? Ущипнуть себя?
Я медленно опустилась на диван, сложив руки на колени. Сейчас, я немного успокоюсь и уйду отсюда.
- Келла! Ты, наконец, пришел! Поторапливайся! - Услышала я громкий окрик. Значит, синеволосый и моя подруга все-таки пришли - в самую последнюю минуту. Нинка тут же подтвердила мои мысли - потрясла за плечо и даже за волосы подергала.
- Алло, гараж!- Услышала я ее голос.
- Нина?
- Нет, ожившее чучело крокозябры. Что он тут делает? - Грозно осведомилась она у меня, скалой нависая над моей головой.
- Кто?
- Не прикидывайся оленем. Я его только что видела - мельком, но все равно узнала. Эта скотина Максимочка, кто еще! - Заорала Нинка, тряся меня за плечи. - Откуда ты его здесь взяла? Сейчас же признавайся!!
- Это не я, это он сам взялся! - Вяло попробовала я отцепить подругу о себя, но она затрясла меня еще сильнее - как грушу.
- Сам?
- Нина, он фотограф, приехал на фотосессию "На краю".
- Да ну на фиг? - Искренне поразилась она и опустилась рядом со мной, нервно дергая ступней - пока никто не видел, подружка многое себе позволяла.- Тааак, - почему-то замерла она, и ее глаза светились нездоровым блеском, - а это еще кто?
- Где? - Кого она там еще углядела?
- Вон. Краля в желтом. - И Нинка с яростью уставилась влево - я скосила глаза и увидела Алину, о чем-то говорящую с Андреем.
- Ты ее знаешь? - Сегодня день открытий, не иначе! Сейчас выясниться, что Алина - добрая Нинина знакомая. Хотя нет, так презрительно на хороших знакомых не смотрят. Скорее, такими взглядами удостаиваются давние враги.
- Естественно, знаю я эту крысу черную. Давно знаю, и давно желаю ей самых комфортных номеров в аду. Ха, здесь она, кукла. - К последнему слову подруга добавила непечатное выражение с очень экспрессивным значением.
Я так и видела, как над белокурой головкой Нины поднимается размытое изображение Алины, перечеркнутое алым крестом, а потом брюнетка начинает гореть в грозных языках желтого пламени.
- Откуда вы знакомы?
- От верблюда. Наш город все-таки не двадцати четырех миллионный Шанхай, вполне естественно, что люди определенного общественного слоя друг друга знаю. С ней я частенько виделась в клубах и на некоторых тусовках, вечеринках.
Продолжая прожигать Алину взглядом, далеким от доброго, Нинка вдруг спросила:
- Катя, вот, смотри, это живой пример самовлюбленной и болезненной стервозности.
По- моему, он неединственный… второй такой пример я знаю с первого класа и вижу почти каждый день. Нинка словно уловила мои мысли и спросила:
Знаешь, чем я отличаюсь от нее?
- Нет.
- Ну, я так и подумала, спасибо, Катенька. Но вообще-то я умею прятать свое истинное, конечно же, прекрасное, личико, а она этого делать не хочет. А знаешь почему?
Я покачала головой.
- Алинчик, эта милая девочка, хочет, чтобы все восхищались ей такой, какая она есть на самом деле. Видишь, даже я дерзнула на это. - Нина злобно расхохоталась. А Алина, продолжая о чем-то разговаривать с менеджером "на краю", ушла вслед за ним - видимо туда, где сейчас должны были происходить съемки.
- Я, допустим, увижу недостаток человека, или к примеру, что ему девушка изменяет, но не стану говорить об этом прямо - лучше я расскажу об этом остальным, чтобы о таком классном факте знала не только я, но и общество. Или попридержу это при себе, чтобы при случае был козырь. А вот Лескова подойдет и в лоб, улыбаясь мило-мило своими острыми зубками, сообщит: "У тебя рога, чувак".
