Из минусов можно отметить только то, что в том районе Шотландии я никогда не был. Поэтому добираться пришлось магловским транспортом. Сперва аппарация в Эдинбург, а потом на попутках. Такси в эту глушь не ходили, а для полета было довольно далеко. Так-то я и оказался в этом уголке Шотландии.
По моим прикидкам Долохов должен был находиться где-то на северо-западе большого массива Каледонского леса. Соблюдая все возможные и невозможные меры предосторожности, я двинулся в путь.
Лес был самый обычный, не особо густой, но старый, величественный и какой-то мрачный. Снега не было, не смотря на довольно раннюю весну, последние несколько дней были не по-весеннему жаркими. Лесная природа постепенно просыпалась после зимней спячки. Сквозь серый ковер прошлогодних листьев пробивалась первая трава. Вездесущий мох серо-зелеными волнами шел по камням, пням и даже засохшим деревьям, покрывая их от корней до самой макушки.
Стоило мне ступить в лес, как тут же навалилось легкое чувство беспокойства. И раньше никогда не жаловал леса. А после той памятной ночной встречи с Хагридом у меня появилась к ним стойкая неприязнь, и только дух покровитель не дает перерасти ей в откровенную фобию. Он то внутри меня сейчас просто наслаждался лесной прогулкой. Очень хотелось перекинуться в волчью ипостась, чтобы почувствовать лапами холодную землю, но пока я гасил в себе это желание.
После получасовых блужданий дорогу мне перегородил широкий, стремительный ручей. Где-то неподалеку густой гул воды сообщал о близком водопаде. Перелетев ручей я сделал несколько шагов вперед и замер с поднятой ногой. Татуировка-страж на плече ожила и напомнила о себе болезненным покалыванием. Настороженно оглядевшись, я аккуратно сделал шаг назад — татуировка-страж немного успокоилась. Я отступил еще, оказавшись на самой берегу ручья — покалывание прекратилось. Вот оно значит как. Похоже впереди ждет серьезная опасность. На что-то иное страж не отреагировал бы.
Магическая татуировка оказалась не столь полезна, как казалось изначально, помощь от нее была и помощь немалая, но извещала она далеко не обо всех опасностях. Но я еще ни разу не пожалел о решении разукрасить свое тело.
Попытки обойти непонятное место, или перелететь успехом не увенчались. Страж оживал каждый раз, стоило только приблизиться к некой невидимой границе. Было совершенно ясно, что я нашел свою цель. Но что делать дальше? Мне нужно попасть в центр этого защищенного периметра, чтобы узнать, к чему быть готовым в грядущей схватке. Но как это сделать?
Испробовав все известные способы и уже совсем было отчаявшись, я решил попробовать подняться повыше и пролететь. Но тут меня охватил очередной приступ затаенного волчьего желания пробежаться по лесу.
— Собственно, а почему бы и нет? — пробормотал я и принялся стягивать одежду.
Защитный периметр вполне мог не реагировать на зверей, ведь был расположен в лесу.
Сложив одежду аккуратной стопкой прямо на мох, я недовольно поежился от холода и взвесил в руках две свои волшебные палочки: оливандровскую и созданную мной. Я редко использовал ту, что с подачи Дамблдора, всучил мне Оливандер, в основном только на занятиях. Но носил с собой всегда. Этой палочке в моих планах тоже отводилась определенная роль. И не та, какую назначил ей Старик.
Интересно, а Волдеморт знает об особенностях своей волшебной палочки, сестры моей? Он готовится бороться с Дамблдором и его крестраже-фениксом, который к тому же еще и родная сестра Дамблдора, с помощью волшебной палочки с частицей этого самого крестража-феникса — гремучая смесь. Сколько еще таких подводных камней заложено Дамблдором?
Рассказать все Волдеморту? Нет. Пусть сам выкручивается. Он и в беспалочковой магии достаточно силен. Если не победит, то уж точно измотает Дамблдора, а там посмотрим…
От размышлений меня отвлек порыв холодного ветра. Я тряхнул головой и вновь поежился. Нашел тоже место для раздумий и планов. Еще раз взвесив палочки в руках, я положил их к одежде. Можно, конечно, взять одну из них в зубы. Но волк с волшебной палочкой в зубах будет выглядеть как-то подозрительно, не находите?
Короткий миг, земля приближается и вот я уже не на двух ногах, а на четырех. В нос ударили запахи леса и… Я фыркнул и отбежал немного в сторону к ручью. Надо чаще принимать душ и менять одежду.
К границе защитного периметра я подходил с опаской. Предположения, предположениями, а что произойдет на самом деле, кто его знает? Вот она эта невидимая граница совсем близко. Шаг — все в порядке. И еще шаг — тишина и покой. Полшага, шаг. Наконец я уже без страха устремился дальше в лес.
Волчьи лапы ступают тихо, не тревожа покой засохшей прошлогодней листвы и сухих веток. Уши ловят сторонние шумы, а чуткий нос запахи. Беззвучная серая тень бежит по лесу, прячась среди других теней.
Не смотря на звериную шкуру, мне не особо хотелось попадаться на глаза Долохову. Кто знает, может он сразу догадается, что я не обычный зверь? А там и до правильных выводов недалеко.
Долго бежать не пришлось. Первым о близком присутствии человека сообщило обоняние. А затем и уши уловили впереди звуки тихого пения. Я остановился, склонился к самой земле и осторожно двинулся вперед, едва ли не ползком. Скрыться в тенях. Слиться с лесом. Меня здесь нет.
Долохов расположился на большой поляне, торчавшей на вершине пологого холма, словно плешь на макушке лысеющего человека. Возле деревьев стояла простая палатка. Горел костер, над ним грелся котелок, причем явно не с зельем, а с ужином. Просто турист на отдыхе. Вот только занимался этот турист чем-то непонятным.
Да и сама полянка была явно не проста. Это я и своей звериной шкурой чувствовал. Не место силы, нет. Но что-то тут есть или было. Что-то древнее и почти забытое. Может когда-то в глубине холма жили неуступчивые и жадные цвеги, или фэйри водили свой хоровод на его вершине, празднуя Самайн. Волшебные народы ушли, но под луной еще можно найти тень их следов.
Долохов между тем прекратил свое пение, присел на корточки и что-то поставил на землю. Встал. Поклонился. Отошел к палатке. Покопавшись в своих вещах, он вынул из них какой-то предмет и вновь пошел к краю поляны. Отметив, где по краям поляны примята трава, я осторожно двинулся к ближайшему такому месту. Долохов очень удачно оказался по другую сторону поляны, да еще к тому же стоял спиной и был занят своим пением, да и трава была довольно густая.
Так, что тут у нас? В примятой траве стояла, воткнутая в землю деревянная фигурка изображавшая медведя. Это же тотем! Очень похожий на один из тех, что я видел у дома Долохова. Резная фигурка была сработана тщательно и с любовью. Если Долохов решит бросить магию, то он вполне сможет заработать себе на жизнь резьбой по дереву. А вот это уже интересно! На спине тотема было нанесено несколько рун. Склонив голову к самому тотему, я жадно втянул носом воздух, ловя запахи. Пахло кедром, Долоховым, чем-то еще не уловимым, кровью и… Волдемортом. Значит это и есть затаенный козырь Темного лорда. Интересно, очень интересно. Как я понимаю, тотемы — это работа Долохова, а вот руны наносил Волдеморт, причем использовал для этого свою кровь. Все-таки он гений! Создать за столь короткий срок столь причудливое сочетание из тотемизма, рунической магии и магии крови… Зачем, зачем он полез в политику. Он же первоклассный маг-исследователь! Хотя, с учетом направления его изысканий спокойно заниматься исследованиями ему бы просто не дали. Министерство позапрещало столько всего, в том числе безопасного и даже полезного, что развитие магической науки практически застопорилось. Да какое там развитие! В пору говорить о постепенной деградации. Единственное что худо-бедно двигается вперед, так это зельеварение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
