какие-то тряпки. В ближней стене были две двери, ведущие в крохотные комнатушки, каждая размером с кабину пассажирского лифта. Там, где прятались живые, размещался биотуалет – должно быть, вторая дверца служила для «депортации» его содержимого из дому.
Кирилл по стеночке прокрался к окну. Пара на углу медленно брела прочь. Живые мертвецы так забили дорогу, что где-то впереди образовалась пробка. Зомби, недовольно ворча, стояли и рычали на впередистоящих. У окна, помимо вынесенной рамы, оказались толстые деревянные створки. Кирилл очень осторожно прикрыл их и облегченно выдохнул.
- Можете вылезать, - шепнул он. – Только тихо. Похоже, мы здесь застрянем на какое-то время.
- Ну, могло быть и хуже, - заметила Катя, оглядывая бытовку изнутри.
Она заглянула за вторую дверь, и обнаружила там душ.
- Интересно, он работает? – прошептала она.
- Думаю, да, - ответила Кристина. – На крыше я видела большой бак, и после вчерашнего дождя он наверняка не пустой.
- То есть, вода тут не слишком чистая, - Катя скривилась.
- Я летом такой мылась, - ответила Кристина. – У нас на даче такая же конструкция. Ничего, как ты говоришь, живая.
Катя фыркнула и отправилась инспектировать вешалку. Кристина положила на широкий подоконник узел с помидорами.
- Не знаю, - прошептала она. – Когда этот гад пинал дверь, мне казалось, я чувствовала его по ту сторону.
- А я уже чувствовал его зубы на своем горле, - отозвался Кирилл. – Ну и кто из нас ближе к зомбятине?
Кристина хмыкнула и развязала узел.
- Тогда давайте пока перекусим, и я оденусь обратно, а то живая я опять тебя смущаюсь.
- Ох, да ладно тебе. После всего, что уже было…
Позади Кирилла раздался печальный вздох. Кирилл обернулся. Катя стояла у вешалки, с отвращением на лице разглядывая вытащенную на свет обувь.
- Более отстойных ботов в жизни не видела, - буркнула она.
- Резиновые сапоги по нынешним временам – штука полезная, - возразила Кристина, тоже бросив взгляд на катины трофеи.
- Розовые? – проворчала Катя. – С зелеными шортами и черной курткой?
- А вот черные есть, - указал Кирилл на крайнюю пару.
- Это не сапоги, это боты, - мрачно ответила Катя. – Ладно, похожу пока в тапочках. Кристина, ты синее носишь? Тут вполне приличная ветровка есть. И куртка тряпочная, но это на Кирилла.
По факту примерки куртка оказалась великовата даже Кириллу, пришлось рукава закатывать, а вот ветровка вполне подошла Кристине. Девушка даже не стала ворчать из-за дырявого кармана. Остальное рванье на вешалке решили оставить тем живым, кто доберется до этого домика после них. Если, конечно, доберется. Пока что зомби стояли на дороге сплошной стеной. За то время, которое потребовалось на «съесть все помидоры и перемазаться томатным соком», пробка на дороге сдвинулась едва ли мертвецов на десять вперед.
- Ну что ж, - сказал Кирилл. – Тогда располагаемся здесь, пока они не уберутся.
Катя, заглянув в душ, заявила, что там раздеваться негде, чем вызвала заинтересованный взгляд у Кирилла и недовольный – у Кристины. На вопрос: «кто первый?» они только молча переглянулись.
- Вы досмущаетесь, пока вода кончится, - заявила Катя. – Короче, я первая. Кирилл, ты бы хоть для приличия отвернулся, а то так уставился, мне даже одетой неудобно.
Курьер улыбнулся и демонстративно повернулся к ней спиной. Послышался шелест. Потом тихо стукнула дверь и раздался звук падающей воды. Зомби на дороге всего этого не слышали. Их собственное ворчание, да их плескающиеся в канаве товарищи создавали достаточно шума, чтобы надежно заглушить тихие посторонние звуки. Кристина молча смотрела куда-то вглубь себя, но, судя по выражению лица, ужасов там больше не наблюдала.
Вода перестала течь. Дверь открылась и на пороге появилась обнаженная Катя со словами:
- Полотенца тоже нет, так что придется обсыхать так. Ой! Кирилл, я же просила отвернуться! – она небрежно закрылась руками, и добавила: - И вообще, иди-ка тоже умойся, а то вон весь перемазался, чисто дите малое. И непонятно, на кого облизываешься, на нашу красоту или на томаты! Давай, давай.
Катя заставила курьера слезть с подоконника – для этого ей пришлось оторвать одну руку от груди, но девушка не обратила на это внимания – и подтолкнула в сторону душа. Пришлось подчиниться. Впрочем, Катя, добившись своего, тотчас отвернулась – как она сказала: «чтобы не смущать смущенного» - и вновь переключила свое внимание на выставленную под вешалкой обувь.
Сбросив свою одежду рядом с катиной, Кирилл нырнул в душевую. Вода была чуть теплой, но умыться после целого дня беготни было так приятно, что на подобные мелочи не стоило даже обращать внимания. Если бы не мысль о том, что воду надо бы экономить, Кирилл бы еще долго простоял под душем.
Когда он вышел, девушки о чем-то шептались под вешалкой. Катя, небрежно набросив на плечи куртку, сидела на тумбочке, скрестив ноги. Кристина стояла рядом уже в одних трусиках и крутила в руках ветровку.
- Как думаешь, - долетел до Кирилла ее последний вопрос: - Сойдет она за банный халат?
- Попробуй, - Катя беспечно пожала плечами. – А то кое-кто опять на нас уставился, как мышь на крупу.
- Сами виноваты, - сказал Кирилл, отворачиваясь. – Нечего быть такими соблазнительными.
- Нашел крайних, - проворчала в ответ Катя.
Потом послышался шелест. Кирилл рискнул оглянуться через плечо. Кристина всё-таки накинула на плечи ветровку и уже под ее прикрытием разделась окончательно.
- А внутри ее всё равно повесить некуда, - поддела ее Катя, когда та направилась в душ.
Кристина заглянула внутрь и вздохнула. Кирилл повернулся спиной уже к ним обеим, и ветровка с тихим шелестом упала на пол. Дверь в душ тотчас захлопнулась.
- Вроде отходит Кристинка, - уже совсем другим тоном заметила Катя. – Я уж боялась, что ее совсем переклинит. Но ты всё равно будь с ней понежнее.
- А сама что?
- А что я? – вопросом на вопрос ответила Катя. – Я с нежностями ее наоборот, в такой шок вгоню, потом вдвоем вытаскивать будем. Мало ли какие у нее тараканы на этот счет окажутся.
- А мне казалось, она без тараканов.
- Ага, разбежался, - заявила Катя. – Запомни, Кирилл, женщин без тараканов в природе не существует. Просто есть те, у кого тараканы дрессированные, и есть те, у кого они совсем дикие.
